Страница 166 из 2571
— Фух! Ребят! От души! — Первым к нам подошел более молодой охотник. Парень на вид лет двадцати пяти, невысокий, шустрый и раскрасневшийся от непрекращающихся салочек. — Я Игорь. Великанов. Отряд «Куница».
— Тоха. Иванов, — представился второй охотник, выглядевший постарше и посолиднее, когда дошел до нас, слегка прихрамывая. — Парни, спасибо. Выручили.
— Икра пополам, — мрачно подытожил майор, убирая иголки и спрыгивая на землю. — Если вообще будет.
И тут же грозно рявкнул:
— Какого хрена на жабу без амулетов пошли? Нервишки пощекотать захотелось?
— Да с амулетами мы были, Гефест! — тут же попытался оправдаться Тоха, который, судя по всему, был знаком с майором. — Вот! На каждом!
Он тут же выудил из-под амуниции шнурок с висящим на нем кулоном. Таким же, как у нас с Матвеем.
— Но сработали только два из пяти! — снова выпалил охотник. — Коляна сразу срубило, еще на подходе, — взмахнул рукой на тело, любующееся небом, — а Федька с Михеем через пару минут вялыми стали. Вернусь в лавку Геннадьича, всё там к чертям собачьим разнесу!
И тут же, сбавив обороты, сменил тон на просительный:
— Гефест, выручай. Своими силами мужиков не вытащим. Пока до КПП, пока обратно, их тут просто сожрут.
— Должен будешь, — буркнул Тюменцев и махнул рукой мне. — Саша, глянь пока переломанного, надо хотя б кровотечение остановить, пока совсем кони не двинул. Матвей, давай за рюкзаками. Игорь, Антон — в дозор.
Раздав всем указания, сам майор примерился к жабе и, выразительно размяв руки, взялся за меч.
— Ну а я займусь вскрытием…
И да, икра внутри была. Не так много, как в прошлый раз в моей, но литров девять точно.
Лишь раз скосив глаза на майора и то, как ловко он вскрывает брюхо твари, я сосредоточилась на внезапном пациенте. Дела его были плохи, без прикрас. Перелом обеих ног ближе к тазу, вывернута кисть руки, вдавлена грудина, а значит с ребрами тоже всё не очень хорошо, хриплое дыхание с кровавой пеной на губах…
Жив мужчина (но без сознания) был исключительно потому, что был магом камня, а они изначально парни крепкие. Но медицинская помощь ему нужна как можно быстрее.
Первым делом вколов обезбол и энергетик, чтобы внутренние ресурсы организма пошли на оздоровление, я внимательно осмотрелась и сбегала до ближайших невысоких деревьев, срубив сначала два крепких шеста для носилок, а затем веток потоньше для шин. Обе ноги, рука… Грудину перевязывать нет смысла, сейчас её главное не передавливать.
При этом в качестве ткани между шестов прикрутили пласт кожи с жабьей шкуры, причем мясом наружу. Вырезал её лично майор, потому что только его меч брал эту прорезиненную тварь. Пока суть, да дело (носилок надо было две штуки), я снова успела пробежаться по округе и надрать пару стогов лекарственной травы из списка Фельдштейна. В самом деле, зря что ли сходили? Икра — это, конечно, хорошо, но четыре литра на троих — смех один. А так еще соточка. Плюс-минус.
При этом на мою беготню остальные смотрели кто скептично, кто снисходительно, но меня чужие взгляды мало волновали. Мне реснички надо, губки. Ноготочки красивой формы!
Так что нет, мужики. Ваши взгляды меня не трогают.
Кстати, с жабы майор вырезал не только икру и кожу на носилки, но и подъязычную железу с нейротоксином, которая, кстати, тоже стоила денег. Тысяч семьдесят, если не путаю.
К этой минуте более или менее пришел в себя Николай, который попал под ментальную атаку жабы, так что была надежда, что идти он будет сам, пускай и с поддержкой. Мужчина был вялым, дезориентированным, но коллег признал и встать смог.
В итоге Коляна вел Антон, мы с Матвеем несли переломанного Федора, а Игорь с майором — парализованного Михея. Рюкзаки контуженых распределили между собой, периодически меняясь, причем я намеренно не светила своими силами, чтобы не вызывать лишних вопросов, и держалась со всеми наравне.
Обратный путь занял три часа с двумя привалами на отдохнуть и перекус. По дороге я с искренней радостью укоротила на пару хвостов вылезших встречать нас скорпионов, потому что мы специально держались ближе гряды и подальше от леса. Всё-таки против кабана мы сейчас вообще не выстоим. А вот скорпионы — это не только сотня-другая кило хитина, но и минимум полста тыщ навара!
— Саня, всё-таки ты двужильный, — с отчетливой завистью скрипнул зубами Матвей, когда я, идя впереди самым зорким дозором, скомандовала очередной «стоп» и метнулась вперед, наперерез скорпиону, пока он не сделал то же самое. — Ты как их вообще умудряешься замечать⁈
— Деньги нужны, — ухмыльнулась, возвращаясь уже с жалом и сердцем. — Приедет сестра, а мне даже в кафе сводить её не на что. Что я за брат такой?
— Сам готовь! — хохотнул Карепанов и покачал головой. — Ладно, потопали.
В целом же сходили мы неплохо. Жабу грохнули, мужиков вытащили. При этом я сразу понимала, что выручку со скорпионов мы будем делить на троих, это обговаривалось изначально.
И что с того, что убивала их я? Шли-то командой. Тем более остальные тоже без дела не прохлаждались, а защищали раненых. И если бы у меня в заднице кое-что не свербело и в защиту поставили меня, то скорпионов всё равно бы убил кто-то другой. Не майор, так Карепанов.
У них просто выхода бы не оставалось.
Ну а так все довольны: и я размялась, и сходили не зря.
При этом, стоило нам только выйти на КПП, как Антон вызвонил бригаду скорой прямо к аномалии и уже через тридцать минут приехали сразу две машины: один реанимобиль за Федором и одна просто карета скорой медицинской помощи, куда уложили обоих контуженых.
Мы же, обменявшись контактами с Игорем и Антоном, загрузились в машину майора и отправились в Москву — сдавать ценности в пункт приема. По моей просьбе отправились именно к Якову Моисеевичу, который обрадовался майору, как родному, деловито поздоровался с Матвеем и восторженно вскинул руки, когда помимо икры, железы и скопионьих жал-сердец, я вручила ему ещё и траву.
— Александр, вы мой спаситель! Только сегодня мне Йося задал вопрос, как поживает его любимый поставщик, а вы тут как тут! Моё почтение. Извольте…
В общей сложности мы вынесли из аномалии товара на семьсот тридцать тысяч плюс сотня за траву. Из тех семисот тридцати — двести двадцать майор сразу отправил перечислением Антону. Их доля за икру. На мою персональную сотню в принципе никто не претендовал. В итоге на троих раздербанили полмиллиона с мелочью, и получилось сто семьдесят тысяч на руки. Без учета травы.