Страница 56 из 108
— Чего? – не поверила ушам Ада. – Как приедешь? Ты где?
— Я в городе. Прилетел час назад. Мне нужно увидеться с Сашей. Скажешь ты мне адрес вашей чертовой вечеринки или нет? – Ревков начинал терять терпение.
— Блин, я.. Я не знаю, – растерялась Ада, а потом громко крикнула. – Народ, какой тут адрес?
В ответ ей раздался нестройный хор голосов. С горем пополам Калинина узнала адрес своего местонахождения и продиктовала его Владу, который тотчас вызвал такси и направился на вечеринку.
Дорога заняла минут двадцать. Когда Ревков вышел из машины, его взору предстал большой двухэтажный дом из красного кирпича. В окнах горел свет, а громыхание басов и битов слышалось даже во дворе.
Решительным шагом Влад вошел внутрь, и тут же увидел много ярко одетой и пьяной молодежи. Кто-то целовался, сидя на широком диване у окна, кто-то играл в настольные игры, кто-то танцевал. Все были поглощены весельем, и его появления в доме никто не заметил.
Влад принялся искать Сашу. Он обошел просторный зал, заглянул на кухню и в ванную комнату, но ни Златовласки, ни, на худой конец, ее подруги Ады не обнаружил.
Окидывая помещение мрачным взглядом, Влад чувствовал себя так, словно попал на вечеринку восьмиклашек. Слишком взрослым и слишком скучным. Хотя большинство присутствующих ребят были его ровесниками.
Именно в тот момент Влад осознал, что за последние месяцы в нем скопилась огромная усталость. От недосыпа, от непрекращающейся работы, от шумных вечеринок и давящей на перепонки музыки. Впервые в жизни ему захотелось тишины и покоя.
Поймав первого попавшегося парня за локоть, Влад спросил:
— Ты Сашу Алферову не видел?
— Нет, а кто это? – отозвался тот, глядя на Ревкова осоловелыми глазами.
— Девочка, блондинка с длинными волосами, невысокая, – попытался объяснить ему Влад.
— Братан, да тут пол дома блондинок, – гоготнул парень и удалился.
Ревков поспрашивал еще несколько человек, и в конце концов девица с дредами, к которой он обратился, почти совсем отчаявшись, выдала:
— А, это та, что с Назаром все таскалась?
Эта безобидная, казалось бы, фраза задела Влада за живое. Слышать, что его Саша "таскалась" с этим Назаром было неприятно.
— Ты видела ее?
— Видела вроде.. Мы танцевали.. Потом они с Назаром пошли на второй этаж, – вспомнила она, а затем, встрепенувшись добавила. – Слушай, а я тебя знаю! Ты певец из этой группы.. Блин, как ее.. Ну у вас песня еще такая классная..
Влад не дослушал. Чуть ли не бегом рванул на второй этаж, и его худшие опасения оправдались. На втором этаже располагались только спальни, двери в которые были закрыты.
Неужели его Златовласка в одной из них с этим Назаром? От одной такой мысли по спине Влада поползли мурашки, а ладони сжались в кулаки.
Ревков стал заглядывать в комнаты, распахивая двери, которые не были закрыты изнутри. Одну за другой. Ему было плевать, кто и чем там занимался. Он хотел найти Сашу.
И нашел. В одной из спален, в которой было тихо и темно. Когда Влад открыл дверь, узкая полоска света из коридора упала на кровать, стоящую в центре комнаты. На ней он заметил двух людей. Сашу и какого-то парня. Судя по всему, того самого Назара.
Эти двое лежали в обнимку под пушистым махровым одеялом. Сашины пшеничные волосы покоились на груди этого козла так же, как когда-то лежали на груди Влада. Лица у них были умиротворенные и расслабленные, они спали. Девушка Влада и этот чертов Назар спали вместе. В одной кровати. Под одним одеялом. Обнявшись.
На секунду перед Владом пронеслись картинки, как он за шкирку вытаскивает этого ублюдка из постели и дает ему в морду. Как с ненавистью колотит его по смазливой роже, пылая ревностью и злобой. Как Саша подскакивает к ним, стараясь их разнять. Как пытается объяснить эту дрянную ситуацию. Как она плачет.
Однажды Влада уже предали. Его первая девушка Наташа Левагина бросила Ревкова ради тупоголового качка Вована Герасимова. Тогда Владу было больно и очень обидно. Ведь он писал ей стихи и обнажал перед ней душу. Но, несмотря на это, девушка предпочла ему другого.
И вот сейчас, глядя на Зластовласку в объятьях Назара, Влад вновь ощутил себя четырнадцатилетнем мальчишкой. Уязвленным и раненным в самое сердце. Тогда из-за Наташки он подрался с Герасимовым, но легче от этого не стало. Наоборот, к душевной боли прибавилась еще и физическая. Ведь Вован был тем еще верзилой.
С тех пор прошло пять лет. Влад повзрослел, и его взгляды поменялись. Он не хотел молить о любви, не хотел ее клянчить. Не хотел выпрашивать верность и бить других парней. Ему надо было знать, что он нужен. Просто так. Что ему верят. Несмотря ни на что. Что его ждут.
А Саша, кажется, не ждала. И, наверное, не любила так, как любил ее он. Раз сразу после первой их крупной ссоры нырнула под крыло к другому.
Владу было плевать, что между Сашей и Назаром скорее всего ничего не было. Он не подозревал ее в физической измене, но факт того, что она пошла искать утешение в объятьях другого, покоробил его.
Признать то, что их с Сашей мир рушится, было сложно. Но Влад был сильным. В его прошлом было слишком много трудностей, и он научился воспринимать плохое хладнокровно. Без истерик. Без потери рассудка. И без драмы.
Мама учила его, что в конце концов все будет хорошо. И он верил в это. Знал, что рано или поздно все наладится. Поэтому просто сжимал зубы и терпел. Проживал свою боль изнутри, а снаружи выглядел веселым и беззаботным.
У Влада было много масок для окружающего мира, и крайне редко он показывал ему свое истинное лицо. Маски были его оружием против душевных ран, ведь открываясь человеку, всегда теряешь свою защиту. Но любовь к Саше разрушила его броню, и он вновь стал слабым.
А она воспользовалась этой слабостью. Ранила его. Сделала больно.
Несколько мгновений Влад смотрел на Сашу, не моргая и не шевелясь. В его карих глазах читалась тоска и разочарование. Затем он сделал шаг назад, тяжело выдохнул и закрыл за собой дверь.
Оказавшись на улице, Влад остановился и медленно поднял глаза наверх. Он смотрел на черное небо, усыпанное звездами, и вспоминал, как они с Сашей в августе купались ночью в реке. Как она задорно смеялась, и как лунный свет путался в ее прекрасных волосах.
Вспоминал ее синие глаза, которые светились любовью. Она всегда так смотрела на него, с первого дня их знакомства. С непоколебимой верой и обожанием. Будто он был лучшим человеком на Земле. От этого ее взгляда Владу хотелось жить. Хотелось творить и совершенствоваться.