Страница 43 из 108
Клип был красивым, профессиональным и, должно быть, дорогим. И будь я обычным зрителем, то непременно бы лайкнула видео и просмотрела бы его еще несколько раз.
Но я была не просто поклонницей творчества "Абракадабры", я была девушкой Влада. И на экране я увидела, как мой парень целовал другую.
Клип был снят в формате мини-фильма, рассказывающего историю двух страдающих влюбленных. В главных ролях, разумеется, были Влад и Марианна. Они бегали по полю, кружась и обнимаясь. Сидели на асфальте под дождем, глядя друг другу в глаза. И бурно ссорились, разбивая в вазы с цветами в шикарно обставленной квартире.
После скандала Марианна выбегала на улицу босая, а Влад мчался догонять ее. Клип заканчивался тем, что он отыскивал девушку в толпе прохожих, притягивал к себе и целовал. С их лиц камера плавно перемещалась на закатное небо, и зрителю оставалось гадать, помирились "влюбленные" или нет.
Я не знаю, сколько времени я просидела в холодном оцепенении. Очнуться меня заставила резкая боль в ладонях. Оказывается, я с такой с силой сжала кулаки, что поранила кожу ногтями.
Экранный поцелуй Влада был недолгим, но каждую его секунду я горела заживо. Живот скрутило, а в сердце будто вонзили нож. У меня не укладывалась в голове, как жены актеров могут смотреть на постельные сцены с участием их мужей?! До клипа на песню "Невыносимо" я никогда всерьез не задумывалась об этом. Однако, увидев поцелуй своего парня с другой, чуть не задохнулась от ревности.
Я утерла слезы с лица и, сделав несколько глубоких вдохов, попыталась успокоиться. "Это всего лишь актерская игра, всего лишь его работа!" – успокаивала я себя, но душа отказывалась верить этим аргументам. Мне было больно. Так, словно Влад изменил мне. По-настоящему.
Я все еще сидела на стуле, потирая виски и пытаясь утихомирить бушующие во мне чувства, когда позвонил Ревков. Первой моей мыслью было не брать трубку, но, сделав над собой усилие, я все же приняла вызов.
— Алло, – мой голос прозвучал тихо и бесцветно.
— Златовласка, ну что, ты посмотрела? Как тебе? – его голос, напротив, был возбужденным и радостным.
— Посмотрела, – хрипло ответила я и, прокашлявшись, добавила. – Красиво.
— И что, все? Просто "красиво"? А где эмоции? – разочарованно протянул Влад.
— Я.. Я не знаю, что тебе сказать, – сдавленно ответила я, потому что слезы вновь поднимались к горлу.
— В смысле? – насторожился он.
Я сглотнула и неровно выдохнула, пытаясь совладать с обуревавшим меня негодованием.
— Саш, ау? Ты чего молчишь?
— Ты целовал другую. В этом клипе ты целовал другую, Влад, – выпалила я, начиная реветь. – Это мерзко, отвратительно и чертовски ранит! Вот тебе эмоции!
На пару секунд в трубке воцарилась тишина.
— Саш, ты что? – проговорил он непонимающе. – Это же просто постановка.. Я думал, ты понимаешь..
— Как такое вообще можно понять? Ты обнимаешься с этой Марианной так, будто она любовь всей твоей жизни! Как, по-твоему, я должна себя чувствовать, глядя на это?! – я сорвалась на крик.
Впервые в жизни я повысила голос на Ревкова.
— Господи! Да там даже поцелуя-то толком не было, мы просто прижались губами друг другу для кадра! – возразил он.
— А тебе было бы приятно, если бы я прижалась к какому-нибудь парню губами, сняла это на видео, а потом выложила на обозрение всей страны?!
— Саш.. Это же моя работа. Всего лишь клип. Я хочу быть артистом и надеялся, что ты меня поддержишь, но твоя реакция..
— Моя реакция вполне адекватная, а вот ты просто негодяй! – я уже с трудом соображала, ярость окончательно взяла верх над разумом.
Влад сделал глубокий вдох, а затем заговорил мягко и ласково, словно с маленьким ребенком.
— Златовласка, если бы ты видела, в каких условиях мы снимали этот поцелуй, то сама бы посмеялась над своей ревностью. Вокруг была куча людей, которые говорили что-то типа: "поверни голову вправо, чтобы лучше падал свет" или "положи руку выше, а то она не попадает в кадр". В этом не было ничего романтичного. Просто съемки. Просто работа. Я люблю только тебя. Верь мне, ладно?
— А пока я буду верить тебе, ты будешь продолжать целовать свою Марианну, правильно я понимаю? – я была ослеплена ревностью, и яд сочился из меня помимо моей воли.
— Черт возьми, Саша! – вспылил Влад. – Она моя коллега! Чего ты прицепилась к этому недопоцелую?!
— Коллега?! А ты уверен, что она считает так же?! – негодовала я.
— Что ты имеешь в виду?
— А то, что на твоем дне рождения она липла к тебе как банный лист, а ты делал вид, что ничего не замечаешь! Сегодня вы целуетесь в клипе, а завтра что? Переспите ради популярности?!
— Ты ведешь себя, как дура! – грубо оборвал меня Влад.
— Потому что я и есть дура! Ты из меня ее сделал! – огрызнулась я.
— Я больше не хочу слушать этот бред, – прорычал парень.
— Ну и не слушай, катись к своей Марианне, а мне больше не звони! – крикнула я в трубку и отшвырнула телефон на кровать с такой злостью, будто это он был причиной моих страданий.
Меня трясло как в лихорадке. Я вся вспотела и не могла перестать ходить из угла в угол. Мое тело превратилось в тугой комок нервов, а голова трещала так, будто в ней взрывались гранаты.
Создавалось ощущение, что в жизни вновь наступила черная полоса. Сначала поссорилась с лучшим другом, теперь в пух и прах разругалась с любимым парнем. Что может быть хуже?
Дрожащими руками я взяла телефон и набрала Аду. Мне нужно было опустошить голову, поделившись наболевшим. Выплеснуть свои эмоции. Разрядиться. Поговорить.
В течение последующих тридцати минут Ада охала, цокала и всячески старалась успокоить меня. Она разделяла мое возмущение относительно клипа и называла Ревкова долбоящером.
— Я, наверное, не пойду сейчас на репу, – устало выдохнула я. – Что-то сил совсем нет.
Сегодня вечером в "Экстре" намечалась репетиция номера для отчетного концерта, но после недавней нервотрепки всякое желание танцевать отпало.
— Нет! – запротестовала Ада. – Так нельзя! Тебе наоборот нужно развеяться, чтобы мысли о Ревкове не пожирали голову!
— Я как выжитый лимон.. Чувствую себя паршиво.
— Я знаю, Саш! Я в ссоре с Максом уже много недель, да и ситуация с Булаткиным меня отнюдь не радует.. Но я понимаю, что сидеть дома и киснуть – худший вариант. Так что давай собирайся, через полчаса жду тебя на остановке!
В словах Ады определенно было рациональное зерно, поэтому, стиснув зубы, я пошла в ванную, умылась и стала собираться на тренировку.