Страница 43 из 156
Однако даже в тот миг он колебался. Удивительно, сколько всего может пронестись в голове в такие моменты. Он представил себя год спустя — странник в чужой земле, с перекрашенными волосами, обритой бородой, говорящий на языке врага, чтобы можно было наняться на работу и обеспечить пропитанием женщину и ребенка, которому не был отцом. А потом он подумал, как все могло бы быть в другом мире, в котором Катла не умерла, а он сумел завоевать ее любовь — сам, а не при помощи волшебства Потерянных. Мысленно он увидел солнце, сияющее над маленьким земельным участком на Северном острове, группку домов с торфяными крышами возле небольшой бухты, в которой на якорях покачивались рыбацкие лодки и красавец-корабль. На холмах вокруг паслись овцы и козы — они жевали траву и толстели. А на крыльце самого большого дома стояла стройная женщина с длинной рыжей косой, уложенной вокруг головы, и держала у груди ребенка. Он увидел все это с такой невероятной четкостью, что на миг ему показалось, будто это и в самом деле может быть видением будущего, а не просто мечтой. Но затем жестокая реальность обрушилась на него, и он понял, что даже если бы Катла не умерла, она никогда не пожелала бы такой жизни, и что на расстоянии тридцати футов от него тонет другая женщина.
Тремя сильными взмахами весел он подгреб к тому месту, где виднелось неясное пятно ее красного платья. Он прыгнул за борт и, ухватившись за платье, стал тянуть его к себе до тех пор, пока не поймал Селен за руки. Она безвольно и тяжело повисла на нем, но он справился с ней и поднял на поверхность, хотя его легкие в какой-то момент готовы были разорваться.
Было отчаянно трудно перевалить ее в лодку, не опрокинув суденышка, но страх придал ему сил. Потом, когда она лежала на дне лодки, точно огромный мокрый и мертвый тюлень, он вспоминал, как позапрошлой зимой Торо Твистарм чуть не утонул у Песчаного острова, а Гар Оттерсон резкими движениями давил ему на грудь, пока тот не стал давиться, кашлять и грубо материться. Из Селен вышло много воды — сначала она хлынула сильной струей, потом долго вытекала тонким ручейком. Но женщина даже не вздрогнула и, похоже, совсем не дышала. Когда он в панике (все это время тоненький голосок в мозгу монотонно напевал: это ты натворил, это ты натворил, это ты натворил) потрогал ее шею и запястье, то почувствовал едва заметное трепетание жизни. Тогда он снял с себя одежду, оставив только набедренную тряпицу, и стал растирать ее руки, лицо, ноги. Но даже сейчас, зная, что источник телесного тепла находится в груди и животе, он не мог позволить себе прикоснуться к этим частям ее тела. Потом он просто сидел, дрожа на холодном ветру, и смотрел на нее, как будто сила его воли могла вернуть ее в мир живых. Он боялся, что она умерла, но в то же время это было лучше, чем та ужасная альтернатива, которая ожидала ее по возвращении к жизни.
— Мы могли бы попытать счастья в Сэре.
— Могли бы. — Джоз пробежался точильным камнем по лезвию Дракона Вена, потом протер клинок промасленной тряпкой и, откинувшись назад, в тысячный раз залюбовался мастерской работой Катлы Арансон.
— Я слыхала, герцог набирает войска.
— Он не возьмет эйранских наемников, потому что Коб Мерсон в свое время предал его и предпочел монеты герцога Гила в Каластрине.
Мэм задумалась.
— Тогда, может быть, дальше на юг? Там конкуренция поменьше.
— Там и денег поменьше будет. Хотя, наверное, в Йетру следовало бы наведаться.
— Я бы не возражала против Вечного города.
Джоз уловил в голосе Мэм почти тоску. Он взглянул на нее и заметил, что глаза ее мечтательно затуманились.
— Любопытное место — Йетра, — осторожно сказал он, — там полно всякого бродячего люда.
— Думаю, — вздохнула Мэм, — все они только проходят через город и очень редко остаются. — Она усмехнулась, не открывая страшных зубов. — Это слишком далеко, но нам в любом случае лучше поскорее убраться из Форента. Лорду нельзя доверять.
— Но нам все-таки заплатили, — сказал Джоз, — и даже больше, чем я предполагал, принимая во внимание обстоятельства. Мэм, ты просто чудо. И как это тебе удается?
Мэм потерла рукой переносицу.
— Я знаю больше, чем ему хотелось бы, — ответила она загадочно, — и поэтому мы до сих пор живы. — Она встала, пересекла комнату и выглянула из окна. По улице нетвердой походкой шли гуляки, звеня монетами в кошельках. — Хорошая ночка будет у шлюх, — сказала она, — их клиенты упьются до такой степени, что забудут, зачем пришли.
— Я бы и сам не прочь осушить несколько бутылок пива. Почему бы нам не спуститься вниз и не продолжить разговор в трактире? — предложил Джоз.
Мэм сложила руки на груди.
— А кто будет охранять деньги, если мы напьемся до беспамятства?
— Мы могли бы взять их с собой.
— А еще мы могли бы вывесить на окне флаг, приглашая всех воров Форента. Только греметь ими будем и обращать на себя внимание.
Монеты, которые они заработали за последние несколько месяцев — честно или не слишком, — лежали в огромном эйранском деревянном сундуке. Сейчас в нем находилось почти две дюжины мешочков: больше, чем они вдвоем могли бы держать при себе, не привлекая внимания, даже если бы надели пояса для денег и плащи с потайными карманами.
— Вот что, — произнесла Мэм чуть погодя. — Почему бы тебе не начать тратить? Пошел бы вниз, купил нам несколько бутылок того превосходного красного вина, которое тут делают, и принес бы все это сюда. Да и мясного пирога недурно бы отведать.
Джоз с готовностью вскочил на ноги. Он открыл сундук, достал горсть монет и поспешно скрылся за дверью, чтобы Мэм не успела передумать. Дракон Вена остался лежать на скамье, поблескивая в отсветах огня.
Как только дверь захлопнулась, Мэм снова подошла к окну и стала оглядывать город. Место неплохое, думала она. Кормят тут хорошо, дома расположены свободнее, чем в других истрийских городах. Однако ей не нравился лорд и постоянные ночные прогулки ее парней, из-за чего могли возникнуть ненужные проблемы. Но завтра их здесь уже не будет. Может быть, сейчас самое время направиться на юг и встретиться лицом к лицу с демоном, с которым она познакомилась в Йетре, конечно, если он все ещё там.
Ее размышления были прерваны скрипом половицы. Джоз не мог вернуться так скоро. Она резко обернулась с ножом в руке, но клинок убийцы опередил ее, ударив в шею.