Дикая магия

Глава 24

ПРИЗРАКИ

Они сумели вправить Полу Гарсону руку, но парень при этом так кричал, что с мачты взлетели альбатросы; потом обложили сломанное предплечье дощечками и забинтовали, и Пол потерял сознание.

— Пользы тебе от него больше не будет, — спокойно заметил Урс Одно Ухо, вытирая потные ладони о кожаные штаны.

Аран Арансон рассеянно кивнул. Во время шторма они потеряли пять человек — Хаки Ульфсона, Марита Феннсона, светловолосого моряка, имени которого он так и не вспомнил, и двоих молодых братьев с южного побережья Камнепада, Вигли и Ярна Форсонов. Он не знал, что скажет их матери, когда — и если — они вернутся. Море всегда забирало мужчин, но потерять двух сыновей сразу — это слишком. Он смотрел, как остальные члены команды озабоченно снуют по кораблю, поправляют снасти, закрепляют парус, вычерпывают воду из трюма, и перебирал в уме тех, кто уцелел. Тор Болсон и Фолл Рансон на носу судна; Эммер Бретисон, Гар Фелинсон и Флинт Хакасон поднимают мокрый парус, чтобы он просох на легком ветру, который подарил им наступивший день; люди с Черного острова встали цепью и передают ведра с водой с середины судна на корму; Эрл Фостисон и еше двое молодцов с Камнепада заняты снастями. Он смотрел, как Маг Шейктан и паренье восточного побережья проводят осмотр кухонной утвари и провизии, проверяя, что уцелело, а что смыло за борт, и в памяти его снова вспыхнула картина, которую он видел в разгар шторма: Хаки, размахивая руками, исчезает посреди волн. Это была потеря для всей команды, потому что Хаки, выходец с Западных островов, знал об арктических плаваниях больше, чем все остальные, вместе взятые; Аран рассчитывал на его умение пробиваться сквозь льды и на то, что он проведет корабль по коварным водам, окружавшим Святилище. Теперь, когда Хаки не стало, их жизнь целиком и полностью зависела от решений, принимаемых Араном, и от сведений, которые можно было почерпнуть из карты.

Он быстро прикоснулся к тому месту на груди, где в кожаном мешочке хранился пергамент, хотя чувствовал, что карта никуда не делась. Пальцы его затрепетали и стали горячими, когда легли на нее; тепло заструилось по руке, достигло шеи и распространилось по всему телу, расслабляя напряженные мускулы и согревая их, как ласковое солнце, нечаянно выглянувшее холодным зимним днем. Ощутив необычайный подъем духа, Аран внимательно осмотрел горизонт, выискивая признаки суши; внезапно к нему пришло чувство, что мир готов раскрыть ему какую-то тайну. На севере и востоке облака были пятнистыми и напоминали разбитое яйцо: местами они светились насыщенным желтым цветом, кое-где проглядывали ярко-красные с оттенком оранжевого участки. Не такое небо надеется увидеть моряк, переживший шторм; ему нужна ясная погода и крепкий ветер. Но это небо сулило новые испытания. Арану казалось, что он смотрит в налитые кровью глаза бешеного быка. Он перевел взгляд на корабль; вдруг пришла тревожная мысль: где Фент? Ужаснувшись, он понял, что в последний раз видел сына еще до начала шторма и не заметил, чтобы тот привязывался.

Он ещё раз пристально осмотрел всю «Длинную Змею». Фента нигде не было. Его последний остававшийся в живых сын исчез. Стиснув зубы, чтобы не закричать, поддавшись нарастающей тревоге, он зашагал на корму, внимательно смотря по сторонам. Люди, встречавшиеся с его взглядом, быстро отводили глаза и работали ещё усерднее, потому что угрюмое лицо Арана наводило на воспоминание о троллях и лесных эльфах, про которых в детстве рассказывала бабушка.

На полпути его остановил Маг Шейктан; может, он был отважнее остальных или глупее, но, поймав Арана за руку, кок сообщил:

— Мы потеряли часть пресной воды.

Аран остановился, будто наткнувшись на стену; перед глазами снова пронеслись сцены ночного кошмара.

— Два бочонка из четырех. — Лицо Мага исказила гримаса. — Они были надежно закреплены, но веревки лопнули, и их смыло. — Он показал лохматые обрывки, чтобы капитан убедился в истинности его слов. Аран посмотрел на них и глубоко вздохнул. Кок сжался, ожидая нагоняя, но капитан прошел мимо него, ограничившись уничижительным взглядом.

Из-за спины Мага выглянул помогавший ему парень.

— Думаешь, он тебя слышал? — спросил он озабоченно. Это было его первое плавание, и он считал, что виноват. Но кто мог знать, что веревки не выдержат?

Маг Шейктан пожал плечами:

— Если он не прикажет Урсу повернуть корабль к ближайшему острову, значит, не слышал.

Но хозяин Камнепада и не думал говорить с великаном. Он занял свое место на рулевом мостике на корме и замер там, вглядываясь в горизонт.

— Клянусь яйцами Сура! — выругался Маг. Он стиснул зубы, словно готовясь принять удар, и двинулся к капитану.

В разгар шторма в темноте он сильно ударился головой о сиденье перевернутой лодки и услышал голос, зовущий его из беснующейся пучины: «Смерть идет, но не за тобой. Я иду к тебе, и ты иди ко мне. Все будет хорошо, все будет очень хорошо». Голос начинал звучать снова и снова. Он не хотел слышать его и думал, что сходит с ума или уже свихнулся. «Безумец, гигант и дурак. Приведи их ко мне, приведи». Этот последний призыв раздавался опять и опять, совпадая с ударами волн, которые обрушивались на днище лодки и отдавались громовым эхом внутри черепа; он потерял ощущение реальности, забыл, где он и что происходит, и понимал только то, что все его тело — руки, ноги, спина — избито и искалечено непрерывными жестокими ударами о что-то твердое.

Когда неожиданно на него упал яркий свет, он почувствовал острую боль в голове, крепко зажмурил глаза и закричал…

— Бормочет что-то о смерти, безумии и дураках, — докладывал вечером Маг морякам, собравшимся на ужин. — Не спрашивайте почему. Он сильно ударился головой, вот все, что я знаю: над глазом шишка размером с гусиное яйцо.

— Поделом ему, — проворчал Тор Болсон. — Это ж надо — отлынивать от работы! Додумался спрятаться под лодку, когда каждая пара рук на счету. Что тут скажешь — капитанский сынок. Слабак.

— Мне кажется, это мы дураки, что не выбросили его за борт, пока была возможность, — заметил Эрл, зализывая то место на руке, куда укусил его Фент. — Мы же нашли его раньше, чем заметил капитан.

— Это точно, он хитрый проныра, — согласился Флинт. — А теперь еще злобный, как ядовитая змея, и свихнувшийся.

— Говори тише, — обеспокоено попросил Эммер, оглянувшись на корму, где Аран, опустившись на колени, склонился над сыном. — Говорят, члены клана Камнепада обладают странными способностями.

Флинт Хакасон фыркнул:

— Не говори ерунды.