Дикая магия

Capo вырвал себя из этого кошмара и увидел странный блеск в глазах Виралая, опушенных белесыми ресницами и расширившихся от страха. Рядом с волшебником в напряженной позе стояла кошка, готовая то ли прыгнуть и вцепиться ему в горло, то ли бежать, чтобы спасти свою жизнь. На них обоих сияли яркие блики света, похожие на солнечных зайчиков. Capo посмотрел вниз и увидел, что его рука сжала камень так крепко, что побелели суставы, и сквозь пальцы пробивается свечение, переливающееся всеми цветами радуги.

— Пожалуйста, не делай этого!

Что-то безмолвное пронеслось между Виралаем и кошкой, после чего зверь метнулся в сторону и, поднимая пыль и разбрызгивая воду, одним прыжком перемахнул через заросли на берегу реки. Capo увидел, как кошка мгновенно оказалась на другом берегу, перепрыгнула невысокий холм и исчезла из виду, и почувствовал некоторое облегчение. Камень начал медленно тускнеть, пока его свечение не стало едва заметным.

— Эта штука, которую ты носишь на груди, — камень смерти, — подал голос чародей. — Это очень редкая и опасная вещь.

Камень смерти… Это же сказала в Пексе и старая кочевница-ведунья, когда они вместе созерцали картину прошлого, вызванную с помощью камня, — гибель людей на Лунной равнине рядом с еще ничего не понимающим Capo. Тогда старуха в ужасе отпрянула от камня. Гораздо позже Capo понял, что в руках такого человека, как Тайхо Ишиан, камень будет убивать людей тысячами. Теперь он испугался по-настояшему: зачем Виралай привел его в это пустынное место, если не для того, чтобы убить и завладеть камнем? Тело его найдут не скоро, и никто ничего не узнает… Но тогда зачем он отослал кошку? Прекрасное объяснение: смерть от клыков и когтей дикого зверя; кошка делает свое дело, а Виралай забирает камень. Что-то не связывалось, мысли разбегались… Но в одном Capo был уверен: камень не должен попасть в руки Тайхо Ишиана.

— Не подходи! — предупредил он чародея. — Ты прислужник лорда Кантары, и я скорее убью и тебя, и себя, но не позволю, чтобы этот камень попал в руки этого злодея.

— Я не хочу тебе зла, — ответил Виралай. — Меньше всего на свете я желаю, чтобы этот камень оказался у Тайхо Ишиана. Он — сумасшедший, чудовище.

Эти слова удивили Capo, но кто не знает о коварстве чародеев?

— Дай мне руку, — произнес он.

На лице Виралая отразилось смятение и недоверие.

— Ты хочешь убить меня, — в страхе вымолвил он, отступая назад.

Нетерпение придало Capo храбрости. Шагнув к волшебнику, он схватил его за запястье и сжал даже крепче, чем хотел. Контакт был куда более близкий, чем во время случайной встречи в замке Йетры. С другими людьми при касании их на него сразу обрушивался поток причудливых образов и переживаний; но сейчас ничего подобного не было. Однако Capo не хотел отступать. Стиснув зубы, он впервые подчинил камень своей воле. Сначала от волшебника шло лишь нечто похожее на слабое эхо, шепот из дальней комнаты или размытое отражение в быстром потоке, а еще — пронизывающий холод. Capo сосредоточился на потоке памяти Виралая. Невероятным усилием он выхватил один из образов и исследовал его. Это был смутный, бледный слепок крохотной части минувшего: худые мальчишечьи колени на твердом ледяном полу, руки натирают блестящую поверхность. Следующее видение: старик с огромной бугристой головой и пышной бородой склонился над столом, заваленным пергаментами и разными предметами, и почти не виден за этой грудой; рука, которая поднимается и опускается снова и снова, короткие крики боли. Голод, тяжесть в голове, боль; внезапная тоска одиночества; порезанный палец, из которого не идет кровь. Повсюду снег и лед; плотный туман, беспокойное море. Серая, отслаивающаяся на руках кожа. Черный пес, из пасти капает слюна. Нагая женщина, наполовину укрытая длинными волосами. Черная кошка — сначала огромная, потом маленькая. Тайхо Ишиан с безумно горящими глазами, бросающийся вперед с какой-то палкой в руках. Потом — он сам, выросший в глазах волшебника до размеров могучего великана, с пылающим камнем в руке…

Capo разжал пальцы и, весь в поту, отступил от Виралая. Он пытался извлечь какой-то смысл из всего увиденного. Страхи, очень много страхов — спутанных, неясных. Унижения, холод, боль и тоска, но среди всего этого — никакого намека на подлые замыслы или обман.

Виралай громко застонал и, наклонившись, изверг из себя струйку желчи. Потом упал на колени и, упершись в землю руками, уставился на лужицу. С упреком посмотрев на Capo, он вытер рот слабой рукой, и на тыльной стороне перчатки остался мокрый след.

— Ты закончил? — спросил он устало.

Capo вздохнул.

— Прости, — ответил он, — я должен был убедиться, что ты не подослан, чтобы убить меня и похитить камень. Я знаю, на что он способен. Я видел мечты твоего хозяина: он способен опустошить весь мир.

Виралай выглядел изумленным.

— Рахе? Он никогда не пойдет на это, он всего лишь сварливый старик, вечно всем недовольный.

— Рахе? — Имя казалось смутно знакомым, как будто Capo уже слышал его давным-давно. Воспоминание ускользало, но сейчас это не имело значения, и он просто спросил: — Кто это — Рахе? Я думал, твой хозяин — лорд Кантары.

— Это сейчас, — горестно ответил Виралай. — Но Тайхо Ишиан гораздо хуже старика; я уверен, что он сожжет любую преграду, которая встанет у него на пути к Розе Эльды. Поэтому я и привел тебя сюда — чтобы быть уверенным, что камень смерти ему не достанется и он не сможет использовать его в своих целях.

Роза Эльды. Кочевница, которую король Эйры Вран Ашарсон взял в жены. Но что общего у Тайхо Ишиана с этой низкорожденной женщиной? Внезапно перед внутренним взором всплыла непристойная сцена, которую он увидел, когда лорд Кантары обнял его в зале Совета: бледная нагая женщина с широко раздвинутыми ногами… Он поспешно отогнал видение; все стало ясно. Неужели обыкновенная похоть может подвигнуть человека на зверства? Раньше он бы не смог поверить в это, но теперь он уже не столь наивен. Изучив память собственного брата, Capo не сомневался, что человек способен на любое злодейство.