Страница 59 из 78
Глава 34. Диора
Я продолжаю завороженно смотреть на положительный тест, а глаза тем временем стремительными наполняются слезами. Мутная дрожащая пелена застилает взор. К горлу подкатывает колючий разбухший ком. Душа содрогается в сокрушительном катарсисе.
Сколько лет я мечтала забеременеть? Сколько разочарований испытала из-за невозможности получить желаемое? Сколько раз ощущала себя неполноценной?
За десятки неудачных попыток я свыклась с чувством неудовлетворенности. Пропиталась им. И, если честно, в глубине души уже даже перестала надеяться..
И вот случилось чудо. Настоящее, ошеломительное. Всего одна ночь с Ранелем решила проблему, которая полтора года не решалась в браке.
Всего одна ночь любви — и во мне уже развивается новая жизнь..
Торопливо смаргиваю, и застывшая на ресницах влага наконец срывается вниз. Щеки мгновенно становятся мокрыми и солеными, а я лишь утираю их ладонями и улыбаюсь как ненормальная. Широко, счастливо, во все тридцать два.
Господи.. Неужели это правда? Неужели у меня действительно будет ребенок?
До сих пор не верится.. Я будто нахожусь в волшебном сказочном сне, из которого отчаянно не хочется выныривать. Чувство блаженной эйфории сиропом растекается по телу, а где-то в области солнечного сплетения порхают розовые бабочки.
Бережно фиксирую колпачок на тесте, засовываю его обратно в коробочку и прячу ее в сумку. Затем подхожу к раковине и ловлю свое отражение в висящем на стене зеркале. Боже, какой же у меня радостный вид! Глаза сияют, щеки полыхают румянцем, уголки губ неугомонно тянутся вверх. Передо мной словно другой человек! Точнее даже так: оболочка та же, а вот наполнение совершенно иное.
Покидаю туалет и, закрывшись в кабинете, несколько минут просто сижу на диване с закрытыми глазами. Обдумываю дальнейший план действий и пытаюсь примириться с оглушающим счастьем, которое столь внезапно свалилось мне на голову.
Картинка будущего вырисовывается буквально за каких-то пять минут. Теперь, когда жизнь наполнилась новыми смыслами, решения даются ощутимо проще. Больше нет метаний, сожалений и ненужной рефлексии. Отныне все ясно как день. И размышлять тут больше не над чем.
Поднимаюсь с дивана и, собрав вещи, выхожу в приемную. Прошу Ирину перенести все встречи, запланированные на сегодня, отпускаю охранника и покидаю офис.
Уже из машины звоню мужу и осведомляюсь, где он. Арслан сообщает, что находится дома и интересуется моими планами. Отвечаю, что еду к нему и что нам нужно поговорить. Он удивлен, но при этом тут же демонстрирует готовность к диалогу. Дескать, да-да, конечно, приезжай, я тебя дождусь.
Кладу трубку и чувствую легкий укол совести. Арслан наверняка решил, что я направляюсь к нему с добрыми вестями, но это вообще не так. Придется снова разочаровать супруга. Успокаивает лишь одно — это в последний раз.
В дом вхожу решительной твердой походкой. Пока иду по коридорам, осознаю, что годы моей жизни здесь подошли к концу. Отныне я не хозяйка этого прекрасного жилища. И, как мне кажется, совсем скоро мое место займет другая женщина. Красивая. Покорная. И я надеюсь, в отличие от меня, любящая Арслана.
Останавливаюсь у приоткрытой двери кабинета и несколько мгновений смотрю на профиль мужа, который сидит за столом и что-то сосредоточенно изучает в компьютере.
Наблюдаю за ним отстраненно. Будто бы новыми глазами.
Он довольно привлекательный мужчина. Наверное, даже красивый. При деньгах. Неглупый. С хорошими манерами. Так почему же мне так и не удалось его полюбить?
Можно предположить, что наш брак не сложился из-за его грубости и авторитарности, но Арслан далеко не всегда был таким. В самом начале, когда мы только поженились, он пытался стать хорошим мужем. Правда пытался. Но не увидев во мне взаимности, ожесточился и натянул броню.
И знаете что? Я не могу судить его за это. Ведь мне прекрасно известно, как больно бывает, когда твои благие намерения и возвышенные чувства обрубаются на корню. Когда тот, кто находится рядом, не любит, не ценит, обманывает. Когда вместо близости и эмоционального отклика получаешь равнодушие, тщательно упакованное в лицемерную обертку заинтересованности.
К счастью или к сожалению, любовь не вызывается набором положительных качеств и характеристик. Истинные чувства, скорее, не про «за», а про «вопреки». Не про «потому что», а про «несмотря на». Любовь невозможно просчитать по формуле. Нельзя определить ее причины и истоки. Она подобна аксиоме — не требует доказательств и не терпит опровержений.
Тут только два вариант: любовь либо есть, либо ее нет. Никаких полутонов и компромиссов. И с этим, увы, ничего не поделаешь.
— Привет, — встрепенувшись, Арслан замечает меня.
— Здравствуй, — медленно прохожу вглубь комнаты.
— Вернулась? — в его взгляде искрится надежда.
— Не совсем, — приближаюсь к его столу. — Хотела тебе кое-что показать.
— И что же? — он заинтересованно вздергивает бровь.
Выдерживаю небольшую паузу. Неторопливо расстегиваю сумку и извлекаю оттуда розовую коробочку, а из нее — и сам тест. Опускаю его на стол и замираю в ожидании.
Пару секунду муж ошарашенно таращится на лежащий перед ним девайс, а затем вскидывает на меня шокированный взгляд и хрипло произносит:
— Что это?
— Я беременна, Арслан, — отвечаю спокойно.
В карих глазах зажигается ликование, но, дабы не кормить его ложными надеждами, я спешно добавляю:
— Не обольщайся, это не твой ребенок. Я изменила тебе. Как раз тогда, когда меня пытались похитить. Я провела ночь с другим мужчиной. Мы занимались любовью, не предохраняясь. И я ни о чем не жалею.
Я намеренно луплю его неприкрытой правдой. Намеренно не сглаживаю острые углы и обнажаю неприглядные подробности. Я хочу, чтобы эта уродливая постыдная точка стала финальной. Чтобы Арслан возненавидел меня и оставил всякие попытки удержать.
Я хочу наконец обрести свободу. Настоящую, а не формальную.
За считанные секунды смуглое лицо мужа становится багровым. Темные глаза угрожающе сужаются, а на челюсти проступают желваки. Его ярость подобна лесному пожару — распространяется и увеличивается с чудовищной скоростью.
Он рывком поднимается на ноги и прежде, чем я успеваю среагировать, наносит хлесткий удар мне по лицу. Не удержав равновесия, я отлетаю примерно на метр и неуклюже заваливаюсь на пол.
Щека горит, словно ее облили кипятком. В ушах стоит нестерпимый звон. Перед глазами танцуют пьяные мушки, а во рту появляется кисловатый металлический привкус.