Страница 4 из 22
С пальцев Даррела сорвался ледяной вихрь, пронесся через всю комнату и попал в учебную иллюзию нечисти, которую ученые обычно классифицировали как упыря первородного второго класса. Нечисть беззвучно взревела и растворилась, но на ее месте возникла новая иллюзия, более свирепая и верткая. Даррел метко ударил ледяным вихрем и по ней, а потом еще по одной нечисти, и еще, и еще… Обычно это было частью его тренировки как боевого мага, но сейчас наследный принц просто пытался успокоиться и монотонно посылал заклятие за заклятием.
Вид у него был встревоженный, а глаза метали молнии. На балу Даррел старался выглядеть спокойным, но на самом деле внутри бушевало ледяное пламя. И причин тому было три. Первая — ненормальный, кричавший в Мраморном зале о приближении тьмы и конце света. Вторая — отец, который не взял Даррела с собой на допрос, видимо, посчитав, как обычно, что он этого не достоин. Третья — его драгоценная невеста.
Еще один ледяной вихрь, и еще, и еще… Простой маг давно бы уже источил свои запасы, но не Даррел — его магический потенциал был огромен, и в резерве всегда находилось много магии. Всегда, за исключением Костяного леса, где он ослаб из-за отсутствия потоков светлой магии. Должно быть, Белль посчитала его слабаком. Как и отец.
— Я не слабак, — прорычал Даррел и отправил в очередную иллюзию нечисти такой мощный вихрь, что задрожали стекла. Арт и Кэлл, развалившиеся на мягком изогнутом диване, с удивлением на него посмотрели.
— Ты в порядке, Дар? — спросил Арт.
— В полном, — отмахнулся принц и закатал рукава белоснежной рубашки до локтей.
— Уверен? — отпил мятного чая телохранитель. В кои-то веки в его руке вместо оружия была чашка. Сам он откинулся на мягкую спинку, распущенные волосы падали на плечи.
— Оставь меня в покое, — поморщился Даррел.
— Наша принцесса капризничает, — хмыкнул Кэлл и тут же получил от Даррела простенькое заклятие. Однако сумел вовремя поставить щит, и оно, ударившись о невидимую преграду в воздухе, растворилось.
Серый дроу ехидно улыбнулся и запулил в принца ответным заклятием — они часто перебрасывались ими. Разумеется, Даррел легко отразил его, но это было ошибкой. Едва он это сделал, как заклятие Кэлла вспыхнуло искрами, и под потолком засияла надпись: «Я большой взбешенный дракон».
Даррел выразительно посмотрел на обоих. Арт и Кэлл весело засмеялись. Оставаясь наедине с Даррелом, из суровых телохранителей они превращались в его единственных друзей, с которыми он воспитывался с самого детства.
— Идиоты, — поморщился принц, сам с трудом сдержав смех.
— Успокойся, сядь, — улыбнулся Арт. — Как говорится, в ногах правды нет.
— Правды вообще нигде нет, если ты не заметил, — хмыкнул Даррел, плюхаясь между друзьями.
— Знаем-знаем, этот мир пропитан ложью, а ложь — кровь Темного бога, которую испил каждый живущий, — отмахнулся Кэлл, сидя на диване с ногами и продолжая чистить кинжал. Как и Арт, он был расслаблен и напоминал сейчас не грозного война, отнимающего жизни, а хрупкого паренька с платиновыми волосами, бронзовой кожей и хорошеньким личиком. Его выдавали лишь лиловые глаза дроу.
— Что тебя тревожит? Сумасшедший с воплями о Госте или высокородные, которые смели обсуждать твою невесту? — прямо спросил Арт.
— Мне плевать, кто и что про нее говорит, — вскинулся Даррел.
Парни снова расхохотались. Они знали, что это ложь. И Даррел знал. Только упрямо не хотел признавать.
— Мы помним, как тебе было плевать, — закивал Арт. — Ты их чуть было не поубивал ледяными кнутами. Истинное проявление безразличия.
— Думай, что хочешь, — отмахнулся Даррел.
— О, ты не понял, друг мой. Наш принц злится, потому что довел невесту до слез, — с милой улыбочкой сообщил Арту Кэлл. — Неужели она так не рада свадьбе?
— Должно быть, она единственная во всей империи, кто не хочет стать женой наследного принца, — хмыкнул тот.
— Бедный Дар.
— Нам так тебя жаль…
— Идите к эйху, — посоветовал друзьям принц.
— Зато он успокоил ее поцелуем, и, кажется, ей понравилось, — продолжал Кэлл. — Эй, расскажи, как целуется Белль?
— Потрясающе, — раздраженно ответил Даррел.
— Лучше, чем Ева? — спросил Арт.
— Наверняка лучше. Целоваться со змеями — не самое приятное, что может быть, — усмехнулся Кэлл.
Ева Шевер никогда ему не нравилась. И то, что принц начал тайно встречаться с ней, его напрягало. А вот Белль нравилась ему куда больше. Она была искренняя, а Кэлл чуял искренность, как пес — зарытые в земле кости.
— Да заткнетесь вы или нет? Меня тревожит не это. Меня тревожат слова того психа.
— Веришь в то, что с Севера грядет тьма? — спросил Арт.
— Я верю в новый заговор, — неожиданно серьезно ответил Даррел. — То, что устроил мой милейший дядя, было прикрытием для чего-то более серьезного.
О том, что его беспокоит и Белль, Даррел ничего не сказал. А что он мог сказать друзьям? Что все время думает о ней? Что не хотел, чтобы она плакала, танцуя с ним? Что едва не сошел с ума, целуя ее и прижимая к себе? Он не мог признаться им в этом. Он даже себе не мог в этом признаться.
Спустя пару часов в покои Даррела заглянул глава тайного отдела Элиот Ворн, которого принц с детства привык называть дядей Элиотом. Это был невыразительной внешности человек, который везде мог бы сойти за своего, главное — одеться соответственно. Его лицо было незапоминающимся, рост средним, а сложение худощавым. Только вот глаза были необычными — небольшие, почти черные, внимательные. Если взгляд императора был тяжелым, как молот, то взгляд главы тайного отдела — острым, как нож. Оставшись с Даррелом наедине и расположившись напротив, Элиот коротко сообщил новую информацию, которую удалось получить:
— Этот человек оказался одним из сотрудников кухни. Он был одержим, но сейчас пришел в себя. Ничего не помнит. Мы начали расследование. Его величество не хотел сообщать никому из семьи, но я все же скажу тебе — в море Снов зарегистрировали мощную магическую вспышку. Пытаемся выяснить, что это.
— Думаешь, пробудился сын Темного бога? В древних пророчествах он спит на дне моря Снов, — задумчиво произнес Даррел.