Страница 20 из 33
— Ты можешь меня уже отпустить.
— Нет, не могу. Мне нравится держать тебя и не выпускать.
— Назар!!!
— Ладно-ладно. Не шипи. Я понял: змейке в плену не понравилось. Я завтра уезжаю с ребятами на матч. Скоро потихоньку буду возвращаться к тренировкам.
Я мысленно возмущаюсь, скоро — это около недели. Возможно, чуть меньше. Раньше ему не нужно!!! Эх. Хотела бы я стать настоящим профи, чтобы самой вести такие вот случаи. Это моя мечта.
— И? — выгибаю бровь.
Назар отвечает так торжественно, что осталось только сложить ладони и мысленно дорисовать ему нимб! Сама невинность:
— Раз у тебя сегодня выходной, ты можешь провести его со мной.
— Ишь ты, какой прыткий.. мне на работу вечером.
— Так и отлично. Я тебя отвезу, и поеду домой собираться. Что⁈ — негодует под моим пристальным взглядом. — Что я опять не так сказал?
Его привычная наглая самоуверенность куда-то испарилась, сменившись новой для меня, неведомой серьезностью.
— Она называет тебя «Любимый», — роняю я с упреком.
— А я-то что сделаю? Я ее так не называл. И там вопрос закрыт, все. Откуда столько скепсиса в глазах, доктор Аня?
— Анна Юрьевна, — исправляю вновь, роняя замечание в сторону.
— Анна Юрьевна, ты случайно не знаешь, почему я рядом с тобой чувствую себя таким идиотом?
Он вновь притягивает меня в объятия, я плечом упираюсь ему в грудь, стою боком, и мне почему-то уже совсем не хочется вырываться. Иней тает, оставляя после себя смесь облегчения и сомнений. Назар вроде и оправдался, вроде и рассказал все по факту. К ней не ездил. Застрял с машиной. Насчет телефона уточнять не хочется: что-то мне подсказывает, что это у Назара такой инструмент откупа.
— Из всех моих пациентов, — я слегка утрирую, — ты, конечно, самый проблемный.
Отчего-то так правильно чувствовать на себе его руки. Сама себе поражаюсь.
— Зато самый целеустремленный. И умею признавать свои ошибки. Так что? Впишешь меня в свой мегазабитый график?
— Возможно, — киваю снисходительно. — В качестве эксперимента. Но учти, что это строго в исследовательских целях. Чтобы собрать материал для научной работы «Особенности поведения хоккеистов в непривычной для них обстановке».
Он смеется, и это так заразительно!
— То есть я теперь подопытный кролик..
— Что-то вроде того.
— Ладно, я смирюсь. Собирайся. Поехали.
— Не-не-не. У меня еще куча дел. Я же не ожидала, что ты примчишься. Весь день расписан. После работы мне домой надо.
Разочарование на его лице слишком красноречиво.
— Так я же завтра уезжаю..
— Тогда счастливой тебе дороги, — ерничаю, уже специально, чтобы его позлить.
— Хорошо, — он подозрительно растягивает слова, будто что-то задумал. — Но когда вернусь, не отмажешься. Весь вечер оставишь за мной.
Когда я закрывала за ним дверь, внутри разливалось теплое трепетное ожидание.
— Это был Черкассов, — летит мне в спину обезоруживающий упрек.
— Я в курсе.
Оборачиваюсь. Отец смотрит с подозрением.
— А чего приезжал?
— На свидание позвать, — пожимаю плечами. Волнение стискивает грудь.
Папа, конечно, в шоке.
— А что.. По телефону этого нельзя сделать?
— Там.. проблемы небольшие возникли, — неопределенно мотаю кистью в воздухе. — Я пошла к себе, ладно? У меня еще правда много дел на сегодня запланировано.
Осторожно обхожу папу, чтобы не поймать еще шквал вопросов, и улепетываю в комнату!