Попробуй сбежать

Глава 84

Ванесса ловила каждое движение Морок, пока та вместе с музыкантами склонилась над плакатом. Чёрные пряди спадали ей на плечи, кожаная куртка поблёскивала под светом торгового центра, кольца на пальцах тихо стукались о маркер. Морок работала быстро, уверенно, но при этом не механически — каждому что-то говорила, кому-то улыбалась, кому-то кивала, иногда поднимала взгляд, будто стараясь запомнить лица.

Когда подошла очередь Ванессы, сердце у неё сбилось с ритма. Морок подняла глаза, на мгновение задержала взгляд — и улыбнулась, тепло, живо.

— Привет, — сказала она, уже подписывая плакат. — Как тебя зовут?

— Ванесса, — выдохнула та, чувствуя, как дрожат пальцы.

— Рада познакомиться, Ванесса.

Пара секунд — щёлкнул фотоаппарат. Давид поймал кадр почти автоматически: Ванесса рядом с Морок, сияющая, будто внутри у неё включили свет.

И именно в этот момент Ария подняла взгляд чуть выше — и замерла. Глаза её сузились, губы дёрнулись в кривоватой усмешке. Она толкнула локтем барабанщика, стоявшего рядом.

— Вот он, — сказала она, прикрывая ладонью микрофон, беззлобно, но достаточно громко. — Тот самый. Который мне бампер оторвал.

В очереди прокатился смешок.

Давид усмехнулся спокойно, почти лениво.

— Вообще-то, — ответил он, — вам всё восстановили. И даже извинились. Официально.

Ария хмыкнула, откладывая маркер.

— Не спорю, — сказала она. — Но это не мешает мне иногда ворчать и с иронией припоминать. Для образа, знаешь ли. А образ мой вредный и противный, увы, — Ария рассмеялась.

— Понимаю, — кивнул Давид. — Имидж — вещь хрупкая.

Они обменялись взглядами — коротко, цепко, так, как смотрят друг на друга люди, которые уже пересекались и всё поняли без лишних слов.

Ванесса стояла рядом, сжимая плакат, и смотрела на них широко раскрытыми глазами. Её кумир — рок-звезда, символ силы и бунта — разговаривала с Давидом так просто, так буднично, будто они не находились в центре толпы, будто это не автограф-сессия, а случайная встреча старых знакомых.

И от этого всё происходящее казалось ещё более нереальным. Ария вдруг рассмеялась — открыто, громко, так, что смех легко перекрыл гул толпы.

— Да ладно тебе, — махнула она рукой. — Я как-то вообще уехала с чужим бампером. И знаешь.. это было далеко не самое страшное, что со мной случалось в последнее время.

Барабанщик фыркнул, кто-то из очереди захохотал. Ария покачала головой, будто вспоминая что-то своё, и снова посмотрела на Давида — уже без иронии, скорее с деловым интересом.

— Кстати, — сказал Давид спокойно, — есть вариант договориться о концерте на моей площадке. Нормальный звук, без цирка с подрядчиками.

Ария приподняла бровь.

— Это уже к Рауфу, — ответила она. — Я за творчество и сцену, а он за цифры, графики и нервы. Но идея хорошая, я передам.

— Договорились, — кивнул Давид.

Они обменялись коротким прощанием. Ария ещё раз улыбнулась Ванессе — тепло, почти по-дружески.

— Берегите себя, — сказала она.

Ванесса только кивнула, всё ещё будто находясь не здесь. В руках — подписанный плакат, в голове — шум, эмоции, восторг, ощущение, что внутри что-то щёлкнуло и стало на место. Давид положил ладонь ей на спину и мягко увёл в сторону от толпы. Ванесса шла рядом, автоматически переставляя ноги, оглядываясь, будто боялась, что всё исчезнет, если она отвернётся.

— Она.. она потрясающая, — наконец выдохнула Ванесса. — Просто нечто!

— Угу, — коротко ответил Давид.

Она не заметила, как гул автограф-сессии остался позади. Не заметила, как пространство вокруг стало тише, свободнее. Очнулась только тогда, когда они остановились у входа в ресторан на втором этаже торгового центра. Тёплый свет, стеклянные перегородки, приглушённый шум посуды. Ванесса моргнула, словно возвращаясь в реальность.

— Подожди.. — она посмотрела на вывеску, потом на Давида. — Мы куда?

— Есть, — спокойно сказал он. — Ты с утра ничего не ела.

Она удивлённо усмехнулась, всё ещё держа плакат прижатым к груди.

— А я даже не заметила..

— Я заметил, — ответил Давид и, слегка подтолкнув дверь, пропустил её вперёд.

Ванесса вошла, всё ещё под впечатлением, не до конца осознавая, как легко он переключил её из мира кумиров и толпы — в тихое, почти интимное «здесь и сейчас», где снова были только они двое.

Меню положили перед ними почти одновременно, плотные страницы мягко шуршали под пальцами. Ванесса сразу же наклонилась над своим, быстро пробежалась глазами по строчкам, будто и правда собиралась что-то выбрать, но уже через пару секунд замедлилась, нахмурилась, а потом совсем закрыла меню и чуть смутившись подняла взгляд на Давида.

Он заметил это сразу.

— Хочешь, я закажу? — спросил спокойно, как будто предлагал не еду, а что-то гораздо более личное.

Ванесса на мгновение закусила губу, потом облизнула её — жест был почти неосознанный.

— В первый раз.. — она запнулась, но продолжила, — ты заказывал что-то рыбное. Очень вкусное. Я тогда ещё бурчала, что не голодна, а в итоге съела всё.

Он усмехнулся краем губ, закрывая своё меню и передавая его официанту.

— Значит, рыбное, — сказал он просто. — Я помню.

И правда помнил. Как она сидела напротив, напряжённая, настороженная, готовая в любой момент встать и уйти. Как в итоге расслабилась, спорила с ним, но улыбалась. Давид отметил про себя, что она запомнила тот вечер — даже несмотря на своё сопротивление тогда.

Заказ принесли быстро. Тарелки аккуратно расставили, запах был тёплый, насыщенный. Ванесса попробовала первый кусочек и довольно прищурилась, почти по-кошачьи.

— Очень вкусно, — сказала она искренне и только потом снова посмотрела на Давида, уже внимательнее. — А ты.. расскажешь что-нибудь о себе?

Он на секунду задумался, словно действительно перебирал варианты.

— Даже не знаю, — пожал плечами. — Я работаю. Много. Бизнес, встречи, сделки. Вечером — снова работа. Не самый увлекательный рассказчик.

— Не верю, — она усмехнулась. — У таких людей всегда есть что-то ещё.

Он хмыкнул, взял бокал, но вместо того чтобы пить, просто покрутил его в пальцах.

— Есть один факт, — сказал он с лёгкой иронией. — После секса от меня ещё никогда не сбегали.

Ванесса резко покраснела, отвела взгляд, но тут же вернула его обратно — уже с упрямством.

— Во-первых, я не сбегала, — сказала она. — А во-вторых.. я вообще-то извинилась.

Он посмотрел на неё внимательно, без насмешки, и уголки губ снова дрогнули.