Страница 12 из 99
Глава 4. Смольный
Машина остановилась у бокового входа Смольного в 08:12.
Двор был вычищен плохо. Снег сгребли к стенам, на плитах осталась серая каша. У двери стояли двое сотрудников НКВД и один партийный работник в распахнутом пальто. Партийный держал папку обеими руками и всё время переставлял её с ладони на ладонь.
Медведь вышел первым. Оглянулся на Орлова.
— Товарищ Сталин, товарищ Агранов ждёт на 3-м этаже.
— Где Николаев?
— В Смольном. Под охраной.
— Я спросил где.
Медведь сглотнул.
— В одиночной комнате при комендатуре. До вашего распоряжения не выводить.
— Кто видел приказ?
— Комендант. Начальник внутренней охраны. Дежурный по коридору.
— Бумага?
— Сейчас принесут.
— Не сейчас. Сразу.
Медведь повернулся к сотруднику у двери.
— Коменданта. Журнал выводов. Журнал постов. Сводку по кабинету Кирова.
Сотрудник побежал внутрь.
Орлов поднялся по ступеням. Внутри пахло мокрой шинелью, воском и старой краской. На лестнице стояли люди: кто-то из обкома, кто-то из управления, двое в кожаных куртках. Они молчали и расходились к стенам, когда он проходил.
Молотов шёл за ним. Пакет из Бологого держал под мышкой, сургучом наружу.
— Вячеслав Михайлович, — сказал Орлов, не оборачиваясь.
— Да.
— Пакет при вас?
— При мне.
— Вскроете в комнате Кирова. При Медведе, Чудове и Агранове.
— Записать?
— Запишите потом. Сначала посмотрите, кто не захочет смотреть.
Молотов не ответил.
На площадке 3-го этажа стоял Агранов.
Невысокий, аккуратный, в тёмном костюме под шинелью. Лицо спокойное, губы тонкие. Папку он держал не у груди, как Чудов, а сбоку, свободно, будто это была не папка, а перчатки. Увидев Орлова, сделал шаг навстречу.
— Товарищ Сталин.
— Яков Саулович.
Агранов чуть наклонил голову.
— У меня срочные материалы. До осмотра желательно…
— После осмотра.
— Там показания Николаева.
— После осмотра.
— Показания могут изменить порядок осмотра.
— Порядок осмотра меняет место убийства. Не показания.
Агранов замолчал. Не спорил. Только положил большой палец на край папки.
Медведь стоял рядом. Чудов — за ним, у стены. Чудов старался смотреть в пол. У него на лбу выступил пот, хотя в коридоре было холодно.
— Кто был здесь после выстрела? — спросил Орлов.
Медведь ответил сразу:
— Охрана Смольного, дежурные, сотрудники управления, врачи, работники обкома.
— По фамилиям.
— Список готовится.
— Значит, не готов.
Медведь побледнел.
— Будет через 20 минут.
— Через 10.
— Слушаюсь.
Орлов пошёл по коридору.
Коридор был длинный, с высоким потолком. У стены — следы от сапог, уже затёртые. На полу возле одного из окон лежала мокрая тряпка. Двери кабинетов закрыты. На одной двери — бумажная полоска с печатью управления. На другой — печать обкома. Две власти поставили печати рядом и обе ждали, какая окажется главной.
Место выстрела было возле поворота к кабинету Кирова.
На полу остался тёмный след, присыпанный песком. Рядом — белый мел, которым кто-то обвёл положение тела. Линия получилась неровная, будто её делали быстро и мешали ногами. На стене, ниже рамы, мелкая выбоина. Не от пули — штукатурка была старая.
Орлов остановился.
— Кто обводил?
Медведь оглянулся на сотрудника в кожанке.
— Дежурная группа.
— Фамилия.
Сотрудник шагнул вперёд.
— Младший оперуполномоченный Сомов.
— Когда?
— После врача. Примерно в 17:10.
— Примерно — это для разговора. В документе что стоит?
Сомов достал из кармана сложенный лист.
— 17:18.
— Почему сказали 17:10?
Сомов открыл рот и закрыл.
Агранов тихо сказал:
— Люди работали в обстановке чрезвычайного события.
Орлов повернулся к нему.
— Поэтому я и спрашиваю время. Чрезвычайное событие не отменяет часы.
Агранов кивнул.
— Разумеется.
— Где револьвер?
Медведь ответил:
— В управлении. Приобщён.
— В Смольном убийство, оружие — в управлении. Кто увёз?
— По распоряжению заместителя начальника управления.
— Фамилия.
Медведь молчал полсекунды.
— Дроздов.
Орлов запомнил фамилию. Не сказал её вслух второй раз.
— Дроздов сейчас где?
— На месте. Ждёт вызова.
— Ждёт с утра?
— Да.
— С каким поручением?
Медведь повернул голову к Агранову.
Агранов не помог.
— Вызвать Дроздова сюда, — сказал Орлов. — Без папок. Сначала он, потом его бумаги.
— Слушаюсь.
Чудов переминался у стены. Орлов заметил, что папка у него стала влажной от ладоней.
— Михаил Семёнович, — сказал он. — Кабинет Кирова кто опечатал?
— Управление.
— Я спрашиваю вас как секретаря обкома.
Чудов поднял глаза.
— После выстрела началась суета. Медики, сотрудники, управление. Нам сказали: кабинет будет опечатан до прибытия Москвы.
— Кто сказал?
Чудов посмотрел на Медведя.
— Заместитель начальника управления.
— Дроздов.
— Да.
— Вы потребовали акт?
Чудов молчал.
— Не потребовали, — сказал Орлов.
— Товарищ Сталин, у нас был убит секретарь ЦК.