Позывной "Ноль"

Лестера Моргана уважали, но, видя его крутой нрав, побаивались даже бывалые солдаты. И вот он после очередной миссии сообщил, что женат. Девушку я видел пару раз, это как смотреть на дьявола и ангела рядом, тихая, милая, бессловесная Хелена или Елена, не помню точно, была совершенно не парой своему мужу, но не мне судить. Примерно через год у них родился сын Максимилиан, а еще через несколько лет Хелена-Елена, по словам Лестера, сбежала с новым дружком, бросив ребенка отцу-тирану. Ни один из нашей группы не поверил в эту ложь, однако вопросов не задал. Лично я был уверен, что Морган или запугал жену до смерти, или как-то еще от нее избавился. Факт остался фактом, мальчик попал в полное подчинение отцу и закончив обучение в академии, пришёл на службу к нам, под командование отца, на зачистку. Максимилиан подавал большие надежды, благодаря недюжинной силе, уму, специальной подготовке и очень быстро пошел по карьерной лестнице вверх. Когда Лестер не вернулся с очередного тайного задания, я попытался его сына перетащить к себе в отдел — спасать людей, а не убивать их. Максимилиан вроде как прял приглашение, но тут я уже не вернулся в штаб вслед за его отцом. После неудачной миссии я чуть жив остался, годами валялся где-то на задворках мира в гражданском госпитале, пока меня не обнаружили. После возвращения, Максимилиана было не узнать, он максимально приблизился к руководящему составу, возмужал, окреп, прослыл как один из лучших солдат с непоколебимой волей, без совести, без сердца, без жалости. Единственным его правилом в жизни осталось беспрекословное выполнение приказов, несмотря на цену. Его самоконтролю завидовали лучше из солдат. Дисциплина была возведена в ранг святыни. Многим Максимилиан казался сверхчеловеком, боевой машиной, выполняющей приказы. Кто-то его сравнивал с Терминатором, и был совершенно прав. Это и есть Терминатор нашего времени. Максимилиан взял себе позывной «Ноль». Можно подумать, что Ноль связан с пустым местом, с ничем, но глядя на Моргана-младшего, Ноль принимает другое значение, начало, первее первого, выше всего, над системой. Именно таким и стал Морган. В крыле «зачистки» его позывной приобретал истинный, зловещий смысл. Он не был просто цифрой. Ноль — это абсолютное ничто, которое оставалось от его объектов после выполнения работы. Полное обнуление, за которым не следовало ничего.

Несколько лет назад, правительство начало оживлять старые военные базы на Хребте Брукс. Они были хорошо укреплены и оснащены техникой со времен Холодной войны. Это вызвало у меня подозрения, вспомнилась одна женщина ученый-геолог, как так ее звали? В свое время она наделала много шума своими прогнозами, пугала всех апокалипсисом. По ее вине то тут, то там появлялись новые пророки, обещающие вечную жизнь после смерти, эти пророки обзаводились паствой и шли проповедовать в народ. Кто-то с остервенение начинал строить бункеры на задних дворах своих домов, были случаи массовой истерии. Но прогнозы так и не сбывались, ученый оказалась вне закона, кто-то из наших ребят получил задание выследить ее и обезвредить, давно это было, подробности я уже не мог вспомнить, но суть предсказаний запомнил хорошо, мне этот прогноз не казался бредом чокнутой тетки, звучал разумно. Сопоставив факты, я решил действовать. Выбрал место в каньоне Майлс, осталось его только немного укрепить и обеспечить запасами. Когда установилась аномальная Жара во всем мире, стало понятно, не зря я потратил время и столько ресурсов на строительство Бункера. По службе у меня был опыт строительства убежищ. На этот раз спасать нужно не только себя, но и гражданских. Основу Ковчега составляют огромные морские контейнеры, намертво сваренные между собой и укрепленные толстыми балками. Стены подземелья пахнут сыростью, машинным маслом и выхлопами дизель-генератора, который работает в технических узлах, вырабатывая электричество. Зато эти стены защищают. Длинные коридоры освещены тусклыми лампами, место дверей стоят заслоны и обшивки грузовиков. Здесь, в Бункере, последний бастион жизни, построенный своими руками.

После нескольких недель тяжелых работ, ко мне присоединился Кай Лесли, крепкий парнишка, лет двадцати пяти. Лесли хорошо знал эту гористую местность, отлично ориентировался на этой территории, знал, как выживать в таких условиях, оказалось, он вырос здесь. Именно за ним, к нам сюда, в Бункер потянулись обычные работяги, строители, рабочие, мужики из близлежащих городов. Дело пошло быстрее и вот нас теперь больше сотни: мужчины, женщины, дети. А я несу за них ответственность. Никто к нам не пришел из внешнего мира, хотя я и транслировал сообщение с координатами на коротких радиоволнах. В машинах давно закончился бензин, от такой Жары, перегревались и кипели моторы, от езды по бездорожью, отваливались подвески. Все, что можно было отремонтировать или починить без запчастей, ремонтировалось и чинилось. Постепенно мы совсем остались без транспорта, отрезанные от всего мира. А после начала ледникового периода и падения температуры до минус ста градусов, передвигаться можно будет только на военной технике. Продовольствие тает буквально на глазах. Необходимо пополнять запасы, но все ближайшие окрестности мы уже обошли. Нужны бензин и транспорт, чтобы добраться до отдаленных мест. В форте этого добра нет. И тут вырисовывается она: маленькая замученная девчонка, явна не пешком пришла, явно что-то ела, наверняка что-то видела. Своим армейским нутром чувствую, девчонка не так проста, как хочет показаться, она что-то пытается от меня скрыть. Я решил: пусть остается пока тут, под моей защитой, но если начнутся проблемы в Бункере из-за нее, лично сверну шею и выкинину во внешний мир!