Страница 28 из 68
— По глазам бить нужно. К боли он не чувствителен, а вот прошибить мозг — средство верное. Стрелять не будем по возможности, стоит попробовать разобраться с ним бесшумно, а то местность здесь такая, могут и его товарищи на звуки сбежаться.
— Понял.
Я тихо открыл дверь машины и вышел. Оглянувшись на девушку, заметил, что она взяла тварь на прицел. Не уверена в моих силах, значит… Хотя её понять можно — я и сам в своих боевых навыках сомневался, и небезосновательно. Как-никак, в сражениях опыта у меня было фактически ноль. Аккуратно, по примеру Винта переступая с носка на пятку, я шёл ровно по траве в направлении твари, внимательно глядя под ноги, чтобы не наткнуться на что-нибудь хрупкое. Приблизившись на достаточное расстояние, я рассмотрел её во всей красе.
На коже сшитого пузырями выделялись волдыри, швы на теле были кривыми и местами расходились. С каждым движением тела тварь издавала чавкающий звук сырого мяса — видимо, участки чужой кожи не срастались.
От него смердело кровью и гноем.
Подавив позыв тошноты, я достал нож, дождался, пока сшитый повернётся полубоком, прицелился и метнул оружие, попав аккурат в широко открытый глаз без век. Получилось! Хорошо, что не пришлось прибегать к плану «Б» — Бежать. Тварь утробно зарычала, схватилась за истекающий кровью глаз и вытащила нож, откинув в сторону, после чего повалилась наземь, окутав ладонью незрячее око. Я быстро среагировал: метнулся в сторону ножа, поднял его, запрыгнул на тварь, всадил его во второй глаз и провернул рукоять, с усилием на неё надавив.
Попытки обороняться прекратились, остались только конвульсии умирающего. Я перевёл дыхание и вытер слегка дрожащей рукой со лба выступившую испарину — сил я потратил немало. Всё-таки, убийства мне до сих пор не даются легко, как физически, так и морально, пусть даже это уже и не люди.
Позади послышался шум двигателя.
— Ловко ты его. Вот это меткость, — с удивлённым лицом удовлетворённо покивала девушка.
Я открыл дверь «УАЗика», достал рюкзак, нашёл салфетки и вытер свой новенький Миротек, после чего сложил нож и убрал в карман.
Хвала всему, хоть завтрак не покинул мой желудок через рот — в моменте я был на грани.
Остаток патруля прошёл тихо. Метка болтала о своём прошлом, рассказывала о жизни там, до Локи, о студенческих временах и хот-догах возле универа, о любимой кофейне на набережной и книгах, названия которых мне ни о чём не говорили. Я просто слушал. Слушал, и от этих обычных разговоров без постоянной угрозы смерти и монстров, от её весёлого голоса и озорного взгляда серо-синих глаз становилось как-то так спокойно и хорошо… Как будто бы и не было мира вечной гонки со смертью, как будто бы мы едем не на отчёт об убитом чудовище и трупах на улицах города, а просто на какой-нибудь дурацкий пикник с сэндвичами и настольными играми.
Иногда я вкидывал что-то о службе в армии и работе. Она задумчиво кивала, смеялась с моих шуток и слушала так внимательно, словно я рассказывал ей тайны государственной важности. В моменте это, неожиданно даже для меня самого, вызывало у меня улыбку. Но не длиться же этой маленькой идиллии вечно, верно? Это — Лока, и здесь спокойствие не может длиться долго.
За разговорами дорога пролетела быстро (к моему сожалению), и я даже сам не заметил, как мы прибыли на утренний поклон к Булату. Девушка отрапортовала о патруле, сделав акцент на убитом мной сшитом.
— Молодец, — кивнул Булат как обычно с серьёзным лицом. — Если бы он добрался до города, то наверняка были бы жертвы.
— Спасибо Винту, у меня хоть оружие теперь есть. Без его ножа я был бы бесполезен, пришлось бы всю грязную работу взвалить на хрупкие женские плечи.
При упоминании Винта Булат немного скривился, но я это заметил. Решил, что спрошу об этом позже, учитывая мои странные предчувствия насчёт механика.
— Это у кого ещё они хрупкие, — беззлобно толкнула меня девушка локтем в бок, и уголки её губ устремились вверх.
Я, будучи в хорошем настроении, подмигнул ей.
— Вижу, вы поладили, — с оттенком улыбки сказал Булат. — К слову об оружии, Белый. Гусар на днях был в «магазине» и пришёл с неплохим уловом — принёс два ствола с убитых «охранников». Спроси у него, может, выменять удастся. Пусть вне города лучше и не шуметь лишний раз, но в критической ситуации огнестрел может спасти тебя куда эффективнее ножа.
— Понял, принял.
— Хорошо. В целом, можете идти… И, Метка, передай блоку десять, чтобы уже наконец занялись трупами на улицах.
Булат кивнул, попрощавшись, и отвернулся к излюбленному им окну, уставившись куда-то вдаль.
Гусара я нашёл в его квартире.
Убранство, конечно, было куда роскошнее, чем в моей скромной конуре. Вместо старых бабушкиных ковров полы были устелены ярко-красными и весьма опрятными на вид. На стенах висели картины, воспевающие воинское дело — мужики с саблями, какие-то крупные сражения и вооруженные всадники в поле. В углу комнаты имелся небольшой шкаф с открытыми полками, уставленный разными трофеями, по всей видимости, добытыми в Локе, и какими-то незнакомыми мне медалями.
Сам владелец обители сидел на кресле и чистил не очень свежего вида «Макаров».
— Доброго денёчка, — поздоровался Гусар. — Зачем пожаловал?
— И тебе не хворать. Я по делу, — ответил, присаживаясь на край аккуратно заправленной кровати.
Он оторвался от чистки пистолета.
— Да я уж догадался, что не лясы точить. По какому?
— Ствол мне нужен. И патроны. Мне Булат сказал, что у тебя выменять попробовать можно, но у меня ничего ценного нет, ну, кроме ножа, а тот мне самому нужен. Поэтому у меня к тебе другое деловое предложение: что бы ты хотел за информацию о том, где мне найти пистолет и боеприпасы к нему? Сам раздобуду, только расскажи, где.
Гусар посмотрел на меня довольно, будто бы с гордостью.