Тень

Платье мало что скрывает, и пока она идёт в сторону платформы, все наблюдают, как то появляются, то вновь скрываются под лентами из водорослей длинные стройные ноги. И если меня не обманывает зрение, то сейчас рядом с её ногой, прямо по воздуху, проплывают две рыбки. Моргаю. Всматриваюсь, но рыбки уже исчезли.

Может, показалось?

Я слежу за цветами в трубках. У девушки всё наоборот: платиново-серый и чёрный едва различимы, а пурпурно-фиолетовый и оранговый стремительно заполняют пространство. Уровень фиолетового становится всё выше, а сам цвет насыщенней, словно ему тесно внутри. Стеклянные трубки становятся похожи на связку толстых разноцветных проводов.

— Смотри, как пополз фиолетовый — это фантазия, а какая энергия…

— Энергия — это какой?

— Оранговый. Я точно не ошиблась в этой девочке, слушай, сейчас объявит!

— Фабрика сновидений, мастер сновидений, — словно слышит нас, констатирует Говорящий на языке чисел. — Приятной службы, Соль.

— Надеюсь, ей повезет с наставником, давненько к нам таких перспективных мастеров не поступало, — провожает её взглядом Грея.

Соль и её спутник в белом покидают зал. Проходя мимо, она ещё раз мне улыбается и шепчет: «До встречи!» — а к платформе уже вызывают мальчугана с не по-детски вдумчивыми глазами.

У него практически полностью заполняется синим трубка, отвечающая за интеллект, и его распределяют в Библиотеку, Отдел литературы Нового времени. Пока идём к лестнице, я интересуюсь у Греи, умеет ли он читать, а она тихонько смеётся и отвечает, что многое здесь не то, чем кажется.

Следующим вызывают парня с зелёными волосами, он поднимается так медленно и неохотно, словно позади нет очереди, а он вышел на прогулку. Теперь мы стоим ближе, и я вижу, что кружочки на панели и есть циферблаты. Каждая из трубок ведёт к своему.

Когда так и не избавившийся от жвачки парень наконец встаёт на платформу, что-то идёт не так. Он успевает надуть пару пузырей, а цветной дым так и не появляется. Я щурюсь, чтобы рассмотреть лучше, и всё-таки замечаю на дне трубок тусклые цвета.

— Совсем пустой, — шепчет мне Грея.

Говорящий на языке чисел звучно, гораздо громче, чем говорил до этого, произносит:

— Перерождение.

После этих слов платформа раскрывается, и парень с криком проваливается. На месте, где он стоял секунду назад, закручивается чёрная воронка. Моё сердце бешено колотится. Очередь вокруг шумит.

— Куда он делся? — повышаю голос я, чтобы Грея меня услышала.

— Души, подобные этой, ещё не созрели для нашего мира, им нечего сюда привнести. Так что он отправился обратно на Вур. То же самое происходит с совсем пропащими душами, в которых слишком много мрака. Наш мир защищает нас от тех, кто может причинить ему и его обитателям вред.

Дальше на платформу идёт мужчина в тёмном костюме. Он отправляется в Бюро расследований инцидентов, правда, за разговором с Греей я прослушала в какой отдел, а нервная женщина — в Канцелярию Обители хранителей. Огромного змея назначают ловцом в Банк кошмаров.

Не хотела бы я оказаться одним из кошмаров, которые он будет ловить.

Я медленно выдыхаю, чтобы успокоиться. Моя очередь.

Вот бы чего-нибудь пожевать.

Я не успеваю узнать, есть ли тут еда, потому что человек с книгой громко называет моё имя. Не удивлюсь, если его зовут Секретарём. Судя по всему, он фиксирует в этой антикварной книге все назначения и ведёт учет вновь прибывших.

Грея подталкивает меня в сторону сцены. Я переставляю ноги, но с каждым шагом они словно становятся тяжелее и слушаются всё хуже. В нерешительности замираю перед блестящей громадиной. Вблизи платформа гораздо больше, на ней спокойно уместилось бы человек десять. Надо бы подружиться с Соль и взять у неё несколько уроков самообладания.

— Искра! Встаньте на платформу и примите свою судьбу, — раздражённо гремит «секретарь».

Соберись!

Босыми ногами я шагаю на платформу. Она похожа на холодный золотой слиток. Словно небольшие разряды проходят через кожу на моих стопах так, что мне хочется как можно скорее спрыгнуть обратно. Тут в моём сознании щёлкает.

Я тут не в первый раз.

Кажется, сама судьба поймала меня за пятки, и стремительно высасывает из меня душу. Я физически чувствую вытекающую из меня энергию и напряжённо смотрю на пустые трубки. Задерживаю дыхание и судорожно вспоминаю, что Грея говорила про пустые души, но спустя мгновение трубки окрашиваются в разные цвета, и я выдыхаю.

Там есть дымчато-белый, океанский синий, глубокий зелёный, оранговый и коралловый, но все они расплываются у меня перед глазами на фоне ползущего всё выше и выше чёрного. Панель у моей груди наклонена в сторону Говорящего на языке чисел, но она двухсторонняя, и я вижу, как мелькают цифры на многочисленных циферблатах.

Я не знаю, что они значат, и на каком из циферблатов сосредоточить внимание. К счастью, Говорящий на языке чисел справляется без меня:

— …Интеллект четыреста и три с четвертью, фантазия сто восемьдесят. Мрак, хм… — он поправляет очки и жуёт губы, будто увидел незнакомые прежде цифры и не знает, как подставить их в свою безумную формулу.

Я ощущаю тяжёлый буравящий взгляд откуда-то сверху. Поднимаю глаза и через несколько мгновений нахожу миниатюрный балкон, расположенный прямо над входом в зал и больше похожий на нишу — если специально не искать, то и не заметишь. Оттуда за мной наблюдают двое мужчин и женщина. Моё внимание привлекает мужчина с коротко стриженными серебристыми волосами, которые словно заиндевели. Его глаза сканируют и разбирают меня на частицы. Чувство такое, словно я снова без одежды, а под ногами не платформа Ауромера, а обжигающая кожу корка льда. Непроизвольно переступаю с ноги на ногу.

— Стой спокойно! Не мешай. И так расчёт не сходится, — Говорящий на языке чисел возвращает меня в причудливую реальность. — В Мрачном доме будешь чужой, но столько мрака…

— Только не в Мрачный дом, — твёрдо произношу я. — Делайте со мной, что хотите, только не в Мрачный дом.