Призванная Неизвестная

Глава 28

Райордан Лютер

Я сходил с ума, находясь рядом со своей кошечкой целый день и не имея шанса к ней прикоснуться. И в итоге, когда увидел на ней то платье — не смог сдержать. Я надеялся, что она не оттолкнёт меня и позволит хотя бы обнять. И Лилия позволила. Но я уже не смог остановиться и хотел услышать стоны истинной. О! И я всё получил! Моя малышка, оказалась, такой отзывчивой, настолько сладкой. Что не переставая, помогал доводить её до оргазма, чувствуя, как её тело выгибается в наших руках, а она шепчет наши имена, кричит от наслаждения.

Поцелуй, с которым она передавала свои эмоция, вызывал в моей душе, взрывные ощущения. Она боится мне доверять, думая, что не смогу оправдать её ожиданий. Моя любимая кошечка, просто не понимает, какое счастье она мне дарит, говоря о своих чувствах. У меня словно отрастали крылья, в которые я был готов укрыть свою малышку от всего мира. Я не знал, как она сделала так, что я смог почувствовать её эмоции. Поэтому постарался просто открыть своё сердце и душу для той, ради которой готов жить.

Она признавалась каждому истинному в своей любви. И видя, какой взгляд был у дракона, когда она от него отстранилась, понял, что с ним она тоже поделилась своими чувствами, точно также, как и он.

А вот дома у Рхетта, нас ждал сюрприз. Да ещё какой! Отец малышки, дрался с королём демонов, когда остальные просто стояли и наблюдали. Заметил несколько слуг, которые вообще боялись рыпнуться. Лилия расстроилась и плакала на груди своего демона. Прижавшись со спины, пытался успокоить кошечку. Я не мог смотреть на её слёзы без боли. Но она словно не слышала. Не слышала она и что прекратилась драка, а драчуны стояли рядом и пытались извиниться.

Зато услышала, что к нам приближается моя мама. Вот уж точно от кого не спрячешься, когда эта женщина зла. Подлетев к нашей истинной, мама сжала её в объятиях и тараторила, тараторила. Но мы совсем забыли, что леди Сатира — очень ревностно относится к тем, кто пытается присвоить её дочь. Но моя мама — тоже не промах, и уж от кого-кого, но от девочки в своей семьи не откажется. Как итог, у нас две рассерженные леди, готовые на убийство. Леди Сатира — так точно. Не думаю, что она с этими кинжалами решит устроить светскую беседу.

То, что мои отцы обратятся — даже не сомневался, то, что это сделает лорд Айван — тоже. Но когда король Джаройден обернулся, и с криком «любимая», кинулся следом — мои ноги еле меня удержали. Стоп, стоп, стоп. Он знаком с моими родителями, значит, бежит точно не к моей маме. Его Величество дрался с отцом нашей пары из-за того, что Сатира — истинная демона?! Вот это поворот. Лилия — сочно завернула словцо, от чего подавился воздухом, а Вэй весело хмыкнул, посмотрев на меня, как на салагу. А его взгляд намекал, что он и не такое слышал из уст нашей девочки.

Но тут Лили стало плохо. Она упала, её тело забилось в конвульсиях, а сама она закричала от дикой боли. Бой прекратился, так и не начавшись. Возле нас собрались родные.

— Айван, что с нашей девочкой?! — в голосе Сатиры звучали панические нотки. Возле неё присел лорд Джаройден и обнял за плечи. Она же — ничего не замечая — смотрела на свою дочь, которой было плохо, и тихо плакала.

— Линдиэнэль, прошу, осмотри девочку. — рык короля разнёсся по комнате, но крик нашей истинной был такой силы, что казалось, Джаройден шепчет.

Отец Рхетта — эльф — владеющий сильной целительской магией, наклонился над Лилией и начал водить руками, сканируя.

— Я проверил девочку диагностическим заклинанием. — его голос был певуч и звучал словно перезвон колокольчиков. — Её состояние, обусловлено тем, что просыпается боевая ипостась.

— Какая с-с-с боевая-сс ипос-стас-с-сь? — леди Сатира вскинула голову и зло уставилась на эльфа. — Она не с-соверш-шеннолетняя. С-с-с!

— И всё-таки это так. — он отвечал размеренно, а потом махнул в её сторону рукой и мать Лили обмякла в руках демона.

— Ч-что ты с-с-с ней с-сделал? — глаза лорда Айвана засветились серебром, и лорд Линдиэнэль нервно сглотнул.

— Ни-че-го. Я просто бросил в неё — успокаивающие заклинание. — эльф говорил очень медленно, смотря нагу прямо в глаза.

— Хорошо. Но моя супруга — права. Для Лилии очень рано оборачиваться, до её совершеннолетия ещё целый месяц. — он сжимал руку своей дочери и хмурился. — Что нам делать?

— Ждать. — отец Рхетта пожал плечами. — Трансформация уже началась и её не остановить.

И мы начали ждать. Никогда не думал, что это будет так сложно. Она почти постоянно кричала, иногда, когда малышка затихала, мы думали, что всё позади, но начинался новый приступ. Я уверен, что сегодня на моей голове появились первые седые пряди. В какой-то момент не выдержав, обернулся и подполз ближе к своей змейке. Меня никто не стал останавливать. Леди Сатира вскоре пришла в себя и её в оборот взяли наши мамы. Минуты переходили в часы, и вскоре агония кошечки начала сходить на нет.

Обернувшись в человека, стал вместе с остальными ждать преображения. И оно не заставило себя долго ждать. Тело Лилии покрыл серебряный купол, в котором угадывалась только тонкая фигурка девушки. Исчезнув, нашему вниманию предстала полноценная нагиня клана Серебряных Выпивающих Жизнь. Её причёска растрепалась, поэтому волосы были распущены. Они переходили на концах в локоны и отливали синим цветом. Лицо — после нескольких часов пыток — было умиротворённым и на губах играла лёгкая полуулыбка. Примерно до талии, шло обычное человеческое тело, но потом.. Потом начинался ОН. Самый прекрасный, восхитительный, серебряный и такой любимый хвостик. Он был метра два длиной, и находился пока в расслабленном состоянии.

Ресницы змейки затрепетали и приоткрылись. Она смотрела в потолок и хмурилась, затем перевела взгляд на собравшихся. Лилия хотела было подняться, но не смогла. Осматривая своё тело, приходила в ужас — он крупными буквами был написан в её глазах.

— П-п-пап, т-ты же с-ска-казал, что я.. я.. я обернус-сь — ч-через м-месяц. — заикаясь, она смотрела на своего отца.

— Доченька. — рядом с ней сели наши мамы, и стали её обнимать и зацеловывать. Да, они всё-таки пришли к консенсусу и Сатира разрешила называть Ли, дочерью — нашим мамам.

— Леди.. — Ли, растеряно посмотрела на маму Рхетта, что и обратилась к ней.

— Ой. Мы же даже не представились. Меня зовут Джейн. Это мои мужья — Линдиэнэль, Нэйт и Олистэр. — она поочерёдно показала рукой на эльфа, демона и оборотня-медведя.