Страница 80 из 81
По взгляду Варягина я понял, приказ ему не по душе. Но он послушно двинулся к нам. Я встал у него на пути:
— Только попробуй!
Он оскалился волчьей ухмылкой:
— Попробую, ваше высочество.
Мира встала рядом. Ее трясло, но она твердо произнесла:
— Я не позволю ему даже прикоснуться к вам, мой принц.
Варягин снова оскалился. А в руке Виталия появился клинок из белых росчерков.
— Похоже, безумие Льва передалось и его людям. Выполняй приказ, Илья. А я помогу.
Он тоже двинулся к нам. Я понял — нам не справиться с ними. Да одного Варягина хватит, чтобы разделаться и со мной, и с Мирой. Она, кстати, так и не взялась за оружие. Тяжело, наверное, применять его против императорской крови.
Закричать? Позвать на помощь? Да, в зал ворвутся люди, и все закончится. Но, ведь это поражение. Получится, Виталий заставит меня праздновать труса. Слух об этом разойдется. И из безумца, я превращусь в слабоумного труса.
— Хорошо, — процедил я. — Будь, по-твоему. Завтра встретимся.
Лицо брата исказила усмешка.
— Стой, Илья. Мой братец внезапно снова поумнел. Я сам со всем разберусь. Проваливай, Лев. Увидимся утром!
Потом он перевел взгляд на Миру:
— Когда все закончится, я заставлю тебя держать букет в руках, над которым ты так смеялась, пока тебя будут охаживать розгами.
Виталий двинулся к своему креслу, убирая клинок. Остановился:
— И еще, Лев. Приходи со своими барышнями. А я приду только с Ильей. Вас даже больше будет!
Он хохотнул, радуясь своему остроумию.
Я довел дрожащую и всхлипывающую Миру до своей части Летнего дворца. Там она упала в объятия Каролины, дав волю чувствам. Позже, она о чем-то говорила своей подруге, отчего у «госпожи капитана» глаза полезли на лоб.
Я же расхаживал по комнате, раздумывая как правильнее поступить. Выходить на бой, ха, «тренировочный», с Виталием — так себе задумка. Я открыл интерфейс. В разделе Энергия значились 12,5 %. Да уж, княгиня Вяземская, могла бы и проявить больше заинтересованности ко мне, как к человеку, а не как к щиту против общественно порицания.
Давай прикинем. Чтобы сделать режущую кромку или укрепить предмет, мне надо на каждое действие примерно 7 % энергии. Предположим, вдруг, энергии понадобиться чуть меньше. Максимум, что я смогу сделать — это два действия. А потом? Виталий нашинкует меня на котлеты, так выходит?
Самым правильным решением будет просто уехать. Нет, это не похоже на бегство. Это и есть бегство. И тут нечего стыдиться. У меня просто нет сил, в данный момент, противостоять целому будущему императору. Но тут есть, два «но».
Люди Виталия, скорее всего, уже перекрыли все выходы из дворца. Меня, предположим, они выпустят. Но вот Мире они уйти не дадут. А еще, я уже думал об этом. Моя репутация рухнет ниже плинтуса. Принц Лев бежал от дружеской потасовки с братом! С применением всего арсенала заточенного на убийство человека. Ха-ха, позор ему!
Тут и княгиня молчать не будет, где-нибудь да шепнет, как она просила о заступничестве. Я пообещал его ей, и тут же дал стрекоча, как только моя защита понадобилась другой женщине.
Значит — бой. Одна надежда, что добрый братик не убьет меня, это слишком даже для него, а просто отрубит мне руку или ногу. С другой стороны, несчастный случай он такой. Мозги может вынести на раз. Особенно, когда речь идет о вероятном конкуренте за трон.
Решил, что самое лучшее в сложившейся ситуации — поспать. Завалился. Сон вышел рваный, беспокойный. Кажется за шесть часов, я проснулся раз шестьсот. Встал с первыми лучами солнца. Разбитый, с гудящей, словно с похмелья, головой.
Не успел я покончить со скромным завтраком, как появился один из слуг Виталия. Он сообщил, что «его высочество», ожидает меня в условленном месте через час. Позвонил Каролине. Через двадцать минут обе девушки были у меня. В красных мундирах и белых капри, так соблазнительно обтягивающих их ноги. И не только.
— Давай уедем! — сказала Каролина.
— Я останусь, ведь это я во всем виновата! — вторила ей Мира.
Она немного пришла в себя. Выглядела как обычно, но в глазах замер далеко упрятанный страх. Ведь Виталий пригрозил ей страшной и позорной участью. Блин, мне и проиграть нельзя! Мой братец тогда не отстанет от Миры. Надо же, насколько у него больное воображение!
Я не стал вдаваться в подробности, и просто сказал, что я иду навстречу с Виталием. Мире я приказал не появляться на глаза слугам, и где-нибудь спрятаться. Не обошлось и без магического: «Это приказ!». Каролину пришлось взять с собой.
— Да тебя же убьют! — говорила «госпожа капитан» по пути. — Образумься!
— У меня обострение, — буркнул я.
Мы пришли чуть раньше. Оглядывая поляну, ставшую моим временным тренировочным залом, я заметил у турника брошенный пластмассовый меч. Игрушечный такой, детский. Поднял его.
— А это откуда?
Каролина зло выдохнула, раздосадованная, что в такой важный момент я интересуюсь пустяками.
— У слуг, что работают здесь постоянно, есть дети. Наверное, бросили, когда забегали сюда вечером. Я распоряжусь наказать за нерадивость.
— Не надо никого наказывать, тут уже есть, великий наказыватель. Вон он, кстати, идет.
К нам приближались Виталий и Варягин. Виталий, вместо зеленого мундира и кавалерийских сапог, облачился в тренировочную одежду. Варягин выглядел как обычно. Я повернулся к ним. Пластмассовый меч так и остался в моей руке.
— Даже не знаю, что сказать.
Виталий указал на пластмассовый меч.
— Что ты сдаешься.
Виталий ухмыльнулся. Я, покрутил игрушку в руках. Тут мне пришла одна мысль, и я сунул меч за пояс брюк. Варягин, не сдержавшись, засмеялся. Виталий и Каролина смотрели на меня как на безумца. Действительно, мог бы одеть для «тренировочного» боя что-нибудь более подходящее. Я ведь так и пришел, как ходил до этого: в белой рубахе и светлых легких брюках. Хорошая шутка, ага.
— Я готов!
Положив руку на эфес игрушки, посмотрел на Виталия. Тот оглядел поляну.
— А где вторая?
— Решил не давить на вас численным преимуществом.
— Я же сказал…
— Братец, не заставляй меня грубить тебе. И если пришел драться, то не будем тянуть.
Виталий сбросил куртку с капюшоном на траву, оставшись в майке, спортивных штанах и кроссовках.