Призванная. Душа волчицы

Эпилог

3 месяца спустя

— Искренне ли вы в своем желании расторгнуть эту истинную связь и лишиться части души? — громко спросила у нас с Дайраном жрица Прародительницы Адрияны, держа в одной руке золотую чашу, а в другой черные ножницы из непонятного материала.

Мы с драконом стояли, смотря друг другу в глаза. Я была всё так же решительна в своем решении, и королю пришлось смириться с этим, стоя сегодня со мной в храме, а не обдумывая радужные планы на будущее.

Эти три месяца Дайран пытался наладить отношения со мной, влиться в семью, проводя больше времени с Айзадой и забирая ее к себе. Волчица была рада еще одному защитнику и отцу, и я не препятствовала их общению. С Айсом и Аргисом общение проходило труднее, но они были бы не против, если дракон остался бы в семье, только потому, что не хотели, чтобы я переживала боль от разрыва связи. Но я не могла.

Я не противилась общению с Дайраном, прекрасно проводила время с его драконом, летая в горах и посещая его пещеру. В такие моменты дракон полностью брал над человеческой частью контроль, проводя время со мной, предчувствуя момент расставания. С Дайраном мы пару раз выходили в свет, но прикосновения с его стороны я старалась сводить к минимуму. Ходила с ним на свидания и делала всё, чтобы взглянуть на еще пока мужа по-новому и попытаться хоть что-то к нему почувствовать. Наше общение стало не таким напряженным, это факт, но на большее я была не способна. Я так и не смогла даже позволить себя поцеловать. Как только Дайран подходил ближе и его аромат желания касался моего носа, как меня едва не тошнило.

К младшим детям я дракона не пускала. Знала, как волчата могут быстро привязываться к сильным самцам, чтобы быть под лапой защитника, и не могла допустить, чтобы они потом страдали после расставания, если у нас ничего не вышло бы.

Три месяца длились мучительно долго. Хотя кто знает, может мне это просто казалось. Но в принципе, когда я объявила Дайрану о своем неизменном решении, то он не стал настаивать на третьем, пятом и так далее шансах. Видел он, что на контакт я не иду, и нечего мучить друг друга дальше.

— Да. — уверенно ответила я, надеясь, что дракон не передумает вот прямо сейчас.

— Да. — менее уверенно отозвался Дайран, с горечью смотря на меня. Я даже испугалась, что его ответ не удовлетворит Прародительниц и нам не позволят развестись, но чаша в руках драконницы засветилась мягким светом, подтверждая правдивость наших слов.

— Разрежьте свои руки и смешайте свою кровь в чаше! — чуть замедленно, хотя всё также громко произнесла жрица.

Отрастив коготь, уверенно разрезала им запястье, поднесла над чашей, дожидаясь кивка жрицы, когда можно убрать руку. Зализав рану, проследила, чтобы Дайран всё сделал правильно и не передумал. В этом мужчине я уже не была уверенна, хотя и слышала от него самые лучшие, теплые слова любви и поддержки, обожая этого дракона. Но он сам всё разрушил, пойдя на обман и спя с другой, зная, как я отношусь к чужим самкам рядом со своими истинными.

— Испей из чаши, задержав содержимое во рту на некоторое время! — вытянула женщина руку с чашей вперед.

Выдохнув, первой к ней потянулась, беря в руки и делая глоток, ожидая неприятно-сладковатого вкуса с металлическими нотами. Но вкус оказался совершенно другим. Сначала он был очень сладким, чуть жгучим, как первые дни нашего брака, но чем дольше я его держала во рту, каюсь, наслаждаясь вкусом, тем горче и противнее становился напиток, который еще требовалось проглотить. Сделать я это всё же смогла, не сдерживая слез, хлынувших из глаз, по-новой переживая все воспоминания, связанные с Дайраном. Протянула чашу мужу, смотрящему на меня с тревогой. Ничего, дракон, сейчас тоже это переживешь.

На лице Дайрана появилась светлая, влюбленная улыбка, а глаза прикрылись от наслаждения. Я едва не потянулась рукой к его лицу, привычным движением желая накрыть щеку, погладить большим пальцем и получить поцелуй во внутреннюю сторону ладони. Пришлось зажмуриваться на секунду, чтобы не совершать этой ошибки. Но глаза распахнулись сами собой, когда я услышала, как муж захрипел, сгибаясь пополам. Между нашими телами показалась едва видная белоснежно-черная нить, соединенная в крепкий узел посередине.

— Что это? — спросила я настороженно.

— Ваша связь. Она ослабла — видите, какая она бледная? Но удивительно крепкая.. — последнее драконница произнесла задумчиво и едва слышно, но я всё равно услышала. Не удумает же она сейчас нас отговаривать от разрыва? Жрица с сомнением посмотрела на ножницы во второй руке. — Ну, это даже интересно. — Женщина поднесла ножницы к нашей связи, и я задержала дыхание, приготавливаясь к жуткой боли. Малодушно зажмурилась, когда концы начали соединяться, прикусывая губу. И.. — Какого шнырха!? — рыкнула непонимающе драконница, а я распахнула глаза, сразу же встречаясь с растерянным взглядом мужа.

— Что такое? — уточнила с подозрением, вглядываясь в ошалевшее лицо жрицы. Не думала я, что этих дам вообще что-то может удивить.

— А вы не видите?! — воскликнула она через чур громко, заставляя неосознанно вздрогнуть и сделать шаг к Дайрану.

Читала я, на что способны эти жрицы. Одна Амала чего стоит, притащив с Айсена Тайсона, а она пока только послушница! Правда, оборотень был не подарок наставницам, а как приятный сувенир для себя и навырост, так сказать. Он умудрился попроситься мне под лапу, когда мы виделись на одном из приемов, но это услышала нагиня и, вспомнив, как я отношусь к своим детям, по-быстрому куда-то оборотня утащила.

— Ваша связь не режется!! — Донельзя удивленная, она показательно несколько раз чикнула по нашей с драконом связи, но острые концы ударялись о нить, и ничего. Словно жрица пыталась этими ножницами резать по корабельной цепи. Взгляд у драконницы стал несколько маниакальным, будто разрезать эту связь стало долгом чести. Как бы сейчас за чем поострее не рванула куда. Мне и так немного страшно, и дракон давно прижимает меня к себе, успокаивающе поглаживая по спине. — А давайте ее натянем?! — С ученым интересом предложила жрица, неожиданно заголанив на весь храм. — ЯРИ-И-И!!

Каюсь, грешна, в мужа я вцепилась, готовая залезть ему на шею и удрать от этих психованных ящериц. Из коридора вылетела жрица, одетая в такую же золоченую мантию в пол, немного старше той, что пыталась нас развести.

— Чего орешь?

— Посмотри! — Жрица повторила бесполезные щелканья ножниц по связи. — У нас есть что острее?