Призванная. Душа волчицы

Глава 43

Пол года спустя

— Мам, ты собираешься прощать папу? — играя на полу с младшими братьями и сестрой, неожиданно поинтересовалась Айзада.

Она не смотрела на меня, стараясь уделить поровну внимание на всех волчат, чтобы не быть покусанной. В таком возрасте оборотнята пытаются тяпнуть всё, всех и за всё, поэтому за конечностями следить стоило особо внимательно. Зубов хоть и не так много, но они острее, чем у человеческих младенцев, чтобы справляться с мясом. Пока я давала чуть отварное, но через пару месяцев уже буду вводить сырое и помогать им сменять ипостась.

— С чего вдруг такой вопрос? — поинтересовалась, отвлекаясь от книги. Никогда не любила романы, а тут чего-то подсела и перечила после рождения детей уже весь отдел, что есть дома.

— Да надоел просто. — лицо дочери недовольно скривилось. — Летает над домом целыми днями, орет чего-то на своем драконьем, нормально выспаться не дает. Хорошо хоть по ночам молчит и на обеденный перерыв умолкает.

Естественно! Он когда надо мозги-то включать умеет. Одного раза хватило когтями по чешуйчатой заднице полоснуть, чтобы понял, что может случиться, если этот паразит еще хоть раз пасть откроет, когда я только детей спать уложила. Да я тогда на психозе аж с балкона второго этажа спрыгнула волчицей, целясь когтями в глаза ящерице. Как уж он так извернуться смог, неясно, но орал, пожалуй, даже громче.

— Нет, ну я серьезно. Ладно он первый месяц человеком прибегал и всё старался тебя на свидания затащить или подарками умаслить. Чего он на рулады-то перешел? Который месяц уже летает, как на работу. Несколько соседий уже переселилось из Чертог!

Тут стоит отметить, что самые ближайшие соседи живут в нескольких километрах, поэтому возмущение Айзы я понимала. Хотя уже и привыкла к этим непонятно-рычаще-скулящим звукам, издаваемым драконьей глоткой. Вон, даже малышне нравится, они под нее иногда танцуют, пока неуклюже стоя на своих двоих.

— Я хочу развода, милая, но твоего отца же до храма за хвост не потащишь — надорвешься. — честно призналась волчице.

Впрочем, не добавляя, что два других ее отца мягко намекают отказаться от этой затеи. И не потому, что в них взыграла мужская солидарность, просто они не желают, чтобы я проходила через эту боль. Но их слова бьются о глухую стену обороны из недоверия, обиды и разочарования в истинной связи.

Умом я давно поняла, что он козел-единоличник, не думающий о чувствах семьи, а оттого делающий, что считает правильным, без обсуждания с близкими, но при этом не изменял физически. Да и я, блин, вспомнила, что сделать это в этом мире нереально. Но он всё равно меня предал, уединяясь с той драконницей в спальне, пусть и не для секса. Отчего-то я не иду к чужим самцам под бочек! Я остыла к Дайрану и больше не могла его воспринимать как объект желания и самца для продолжения рода. Слишком неприятно даже мысли о том, что может прикоснуться ко мне после того, как был в кровати с другой самкой. Скорее всего, тут еще играли звериные чувства, оттого, что мы с моей ипостасью едины и пережили предательство, которое едва не стоило нам потомства.

— Айя, Айзада, привет! — в детскую, постучавшись, вошли те, кого увидеть я точно не ожидала.

Приподняв брови, с удивлением смотрю на Лилю с Амалой. Слышала, конечно, что ректор с женой вернулись с Айсена, но не знала, что они и дочь за хвост домой вернули. Девушки, которых с легкостью можно было принять за сестер, с любопытством осматривались в помещении, уделяя внимание детям. Там как раз Арден всё же умудрился куснуть старшую сестру, не рассчитывая силы сжатия, отчего получил грозное рычание-предупреждение юной волчицы.

— Привет. — кинув быстрый взгляд на вошедших, поздоровалась Айза.

— Приветствую. — кивнула с подозрением нагиням. — Чего пришли?

Невежливо? Ну так и мне до воя на Луну уже надоело нашествие родственников, уверяющих, что стоит сохранить эту связь.

— Девочки, выйдите? — предложила Лилия нашим дочерям, получая с двух сторон порции сомнения в здравомыслии. Тут такие вопросы интересные решаться будут, а ты выйди? — Ну да, кому я это говорю. Ладно! Не при детях будет сказано, но. Айя, ты что творишь, волчица ты шнырхова?! — громко, с возмущением воскликнула старшая нагиня, заставляя меня в удивлении поднимать брови. — Нет, я понимаю, если бы Дай как-то умудрился присунуть той стерве, находясь при этом с тобой в браке, но он-то просто спал!

— А если твой дракон ляжет «просто спать» с другой самкой в кровать, забыв про тебя? — подалась я в кресле вперед, с любопытством отслеживая реакцию нагини.

— Да пусть хоть как подушками ими обкладывается! — хохотнула Лиля, отмахиваясь рукой. — Для другого-то они ему ни к чему!

— Ну а я так не могу. Да и не знаешь ты всего, чтобы смотреть на мою ситуацию со своей горы, так что закроем разговор. — пожала плечами, надеясь, что от меня отстанут, но куда там. Вот говорил папа, что наги как пиявки!

— А ты покажи! Дай мне прочувствовать всё, что ты пережила, может, тогда я пойму. — медленно, словно вышла на охоту, стала приближаться ко мне нагиня.

— Я не хочу переживать это вновь. В прошлый раз я едва не заплатила за это высокую цену, больше не хочу. — упрямо мотнула головой, из-под лобья смотря на брюнетку в красной юбке чуть выше колен и черной блузе. Туфли на девушке были с таким каблуком, что невольно задавалась вопросом, как она на них стоит, не то что передвигается.

— Я могу перекрыть тебе ощущения, зато сама испытаю всё. Я понимаю, как иногда трудно бывает выговориться, Айя. Позволь мне помочь тебе с этим без слов. Поделись своей болью, раскрой для меня душу. Говорят, незнакомцам это сделать легче. — слабо улыбнулась девушка, смотря с участием и пониманием.

— Ладно! — кажется, прожгла я взглядом нагиню, соглашаясь спустя несколько минут напряженного молчания. — Давай попробуем! Но не жалуйся потом!

— Пф, Пушистик, ты просто не знаешь, какое дерьмо было в моей жизни! — насмешливо рассмеялась Лиля, поворачиваясь к детям, уверенно командуя. — Так, котятки, мелких в лапки и брысь отсюда, погуляйте пока! — проводив с ней детей взглядами, Лиля повернулась на меня с сияющими глазами и широкой улыбкой, потерев в предвкушении ладони. — Давай начнем, волчица!

Где-то через час нагиня запела иначе.

Рыдала она на моем плече, сидя на подлокотнике кресла и вытирая сопли слюнявчиком Фаррина.

— Га-а-а-ад! Ик! К-к-озё-о-ол! Ик! Ик!