Страница 48 из 205
— Ты забываешь один немаловажный факт, Элизабет. Мое родство с Императором более близкое, мой отец был его двоюродным братом. И моя семья никогда не навлекала на себя позора!
— Аммелина! Мы говорим не об этом!
— А о чем же?
— Неужели его красота совсем тебя не тронула? Ни за что не поверю! Ты можешь быть сколь угодно сильным Воином, но тебе ведь не чужды обыкновенные человеческие чувства! — Резкая отповедь Элизабет заставила меня покраснеть. Лиззи права. Я действительно попалась на эту примитивную удочку — внешность Кристофера. А за свою жизнь я успела не раз убедиться, что внешность бывает обманчива… В мою голову закралось нехорошее подозрение. Я отбросила его как абсолютно абсурдное, но что, если…
— Лиззи, насколько близко ты была с ним знакома?
— Мы встречались несколько раз в доме у моей подруги — она командир королевской стражи.
— Воин? — поинтересовалась я.
— Да, но она совсем не такая…
— Совсем не такая, как я? — предположила я окончание повисшей в воздухе фразы.
— Я не хотела тебя обидеть, Ами. — Неужели мне удалось смутить Элизабет? Поразительно! Но самое интересное ждало меня впереди.
— Ами, — моя собеседница внимательно посмотрела на меня, — я должна извиниться перед тобой.
Пожалуй, если бы в гостиной сейчас разверзся пол и оттуда вылез Сорфокл — демон ночи — я и то так бы не удивилась.
— Извиниться?!!
— Не надо повторять за мной мои слова! — возмутилась Элизабет. — Да. Я хочу извиниться перед тобой. Когда ты жила у нас, ну, перед тем, как уехала к Великому Друиду Саркскрину, я причинила тебе немало неприятностей.
— Слабо сказано! — усмехнулась я. Не могу сказать, что полностью поверила в искренность ее слов, но те злость и обида, что я испытывала тогда, были давно изжиты. Нет, конечно, я их не забыла. И к Элизабет особой веры у меня не было. Но дед учил, что людей, которым не доверяешь, нужно по возможности держать как можно ближе к себе. Нужно уметь слушать, и уметь говорить. Этими качествами я научилась владеть в совершенстве. Недаром Великий Друид перед моим отъездом сказал, что лучшей ученицы у него еще не было. Тогда я решила, что он просто хочет подсластить пилюлю расставания. Но потом, по зрелом размышлении, поняла, что он не тот человек, который может поступить подобным образом. Он учил меня быть честной, и сам служил великолепным примером. За годы, прожитые с ним вместе, я не могла припомнить ни одного случая, когда бы дед сказал неправду.
С Элизабет мы засиделись далеко за полночь. Она оказалась на удивление интересной собеседницей. Старые раздоры были забыты. По крайней мере, на ближайшее время.