Страница 39 из 55
— Неизвестный номер, опять мошенники. — Он злобно сбрасывает трубку и откладывает телефон на стол.
— Мне вчера весь день названивали.
Через минуту дребезжащая мелодия раздаётся снова.
— Стасян, да возьми ты! — Пинают его друзья. Пугающее предчувствие скручивает детали моего искусственного желудка. Если вкупе с имитацией эмоций идёт псевдоинтуиция, мне стоило узнать об этом пораньше.
— Алло, слушаю! Чего? А кто говорит? Есть ли поблизости меня девушка с серебристым каре?
Три пары глаз в упор глядят на меня. Сердце, или что бы там ни было вместо него, уходит в пятки. Я чувствую, как моё тело немеет, температура вокруг падает с немыслимой скоростью. Вода, много воды кругом, что-то склизкое и огромное по касательной затрагивает мою ногу. Что бы там ни было, я и так уже скрылась в толще воды без возможности выплыть на поверхность. О том, какая из смертей наименее мучительная, я при жизни как-то и не задумывалась. Глаза открыты, а сверху над головой видна солнечная дорожка, следуя которой, вы попадëте в надводный мир. Прямо как в фильме про пиратов. Надводный, надлунный… да, надлунный, как завещал Аристотель. Говорят, перед глазами должна пронестись вся твоя жизнь, но я вижу только маму. И почему она вечно отстранялась от меня что в реальной жизни, что во время пребывания роботом? Может, сложись детство иначе, я бы и не стала искать одобрения отца и заниматься наукой под его крылом. Я бы не стала пытаться угодить маме и…
— Клэр? С тобой всё в порядке?
— Клэр?! У неё паническая атака.
— Эй, очнись, что случилось? Она не дышит, поцаны!
К телу возвращается чувствительность, а глаза наконец-то начинают воспринимать окружающий мир. Ощущаю, как грудная клетка непроизвольно поднимается и опускается — имитация дыхания, всё как и должно быть.
— Простите.
Как я теперь объясню это парням? Думаю, пора уже уходить. Если люди Николая Ивановича определили номер телефона сидящего рядом со мной человека, они не будут больше ждать. Видимо, удаление жучка всё же оказалось бутафорией, им было интересно узнать, сбегу ли я снова.
— Звонил твой молодой человек. Походу, кто-то не отключил геолокацию в смартфоне, — хмыкнул Стас.
— А откуда у него твой номер? — ослабевшим голосом спрашиваю я. Облегчение от того, что это всë-таки Кирилл, наступает, но не такое, чтобы я могла вновь расслабиться и почувствовать себя свободной.
— Хоть я и сотрудник фастфудной, но я не последний человек тут. Когда-то давал согласие на оставление своего номера в картах. — Всё звучит так до боли просто. А Кирилл, конечно, молодец. Правда, выбрать наугад номер именно того работника, который сидит рядом со мной, — это сильно. Тоже, видимо, интуиция. И посильнее моей будет.
— Не беспокойся, я сказал, что девушка сидит в зале, сейчас подойду и попрошу ему перезвонить, — беззаботно улыбается Стас. Внезапно, видимо, с опозданием, до него доходит мысль. — Постой. Это действительно твой… молодой человек? Или тебя кто-то выслеживает? — Морщинка пролегает между его густыми светлыми бровями.
— Нет-нет, это… друг, и он меня потерял, потому что обычно я отвечаю, а сегодня у меня рано сел смартфон. — Боюсь, как бы моя фальшивая улыбка не начала выглядеть подобной эмоциям Сашиной тёти.
— Перезвони с моего. — Стас добродушно протягивает телефон, заметно расслабляясь, что не придётся спасать меня от разъярëнного бывшего или маньяка, притворившегося молодым человеком.
— Спасибо. — Благодарно принимаю телефон и набираю последний входящий звонок.
— Да?
В который раз за последние несколько минут сердце проваливается в пятки. Только утром мы с ним виделись, но мой глупый, заточенный лишь на двух людей разум отказывается принимать тот факт, что я решила его покинуть. А ведь он даже не любит меня! Он не воспринимает меня за человека, я не она!
— Кир?.. Это ты? — будто со стороны слышу свой ослабевший голос.
— Ты назвала меня Киром? Я думал, не доживу до этого момента. Сиди там, никуда не уходи! — Из трубки доносятся гудки автомобиля, судя по всему, он уже в пути.
— Нет, постой! Ты не понимаешь! Мы не можем… я не могу… мне нужно! — Вскакиваю, с трудом осознавая, что на самом деле делаю. Протискиваюсь мимо ошарашенных парней и выбегаю через служебный вход прямиком в холодную вечернюю морось.
— Эй, телефон! — слышу крики Стаса позади. Паника сдавливает лёгкие, перед глазами вновь мелькает вода. Эти морские зловещие образы кажутся самым реалистичным, что происходило за последние несколько недель. Реалистичнее всей моей никудышной жизни.
— Никуда не уходи, прошу тебя! — Кир срывается на крик в трубке, снова слышатся гудки, видимо, он пошёл на обгон.
— Мне надо! Мне нужно увидеть море! — я сказала это. Голова уже повёрнута в сторону вокзала. Они думали, я не доберусь зайцем до Крыма? О, они сомневаются в способностях андроида, которого сами же создали.
— Что?! — ошарашенно кричат в трубку.
В ту же секунду меня настигает Стас и со всей силы дёргает за руку:
— Остановись, истеричка!
— Ты не уйдёшь, слышишь? Хочешь море, будет тебе море! Но ты не уйдёшь, жди меня там!
— Алло, чел, я не знаю, что у вас происходит, но мне уже пора ехать домой, поэтому договаривайтесь о встрече и отбой. — Стас вырывает у меня телефон и уже собирается сбросить вызов.
— Клэр! Задержи её, мужик, прошу тебя!
Кто-то из них двоих всё же сбрасывает звонок. Сквозь моё тело пробегает крупная дрожь — не знала, что такая опция возможна. Больному разуму хочется верить, что за мной гонятся, потому что любят. Но правда такова, что за короткую уродливую жизнь за мной гнались исключительно с целью поймать и расчленить на столе в лаборатории. Но эта сладкая ложь, в которую хочется верить… если бы не мысли о нём, точно не стала бы держаться за Москву. И почему для меня что-то значит лишь один Кирилл? И мама, которая не смогла принять до конца даже свою родную дочь? Николая Ивановича, скажу честно, хочется только заткнуть и понизить до должности простого лаборанта. Его даже любящим папочкой едва назовёшь!
— Думаю, тебе будет лучше вернуться в ресторан. Только не со служебного входа, а то мы уже отчаливаем. Не думаю, что тебе будет комфортно с нашими сменщиками. — Стас улыбается, выставляя напоказ идеальные ряды белоснежных зубов. Будто и не происходило ничего пару мгновений назад.