Теневой двойник

Глава 5

…Или не прикинуться ли мне, что я не я, а кто-то другой, разительно на меня похожий, и смотреть как ни в чем не бывало? Именно не я, не я, да и только!

Ф. М. Достоевский, «Двойник»

Осенние московские улицы радуют сумерками и туманом. Это мой первый выход из дома после свадьбы. В тот раз мы тут же сели в такси, а сейчас я могу насладиться светом фонарей и окон, понаблюдать за парочками на скамейках и просто слиться с людьми. Для незнакомых я своя. Мало кто из среднего класса способен заработать себе на доппельгангера, они не знают, что нас на их улицах развелось уже приличное количество. Хотя трудно сказать, я могу судить лишь по тому, насколько обеспеченные семьи Кирилла и моих новых друзей, и сколько они смогли заработать на продаже роботов. Возможно, я уже прошла мимо нескольких, но ни они, ни я никогда не узнаем друг о друге правды.

Пока заменой мёртвых балуются лишь работники фирм отцов Клары и Кирилла, ну и совсем богатые люди, которые могут себе такое позволить. А некоторым политическим лидерам, наверное, противопоказано терять жëн, детей и прочую близкую родню — на рейтингах сказывается. Поэтому доппельгангеры и заменяют не вовремя ушедших. И ведь если у тебя много денег, ты можешь заплатить особую цену, убить и потом воскресить недоброжелателя, наградив его только теми качествами, которые будут работать на тебя. А простые смертные пока лишь в восторге следят за новостями об инновациях и гадают, когда же цены станут доступными и любимого дедушку удастся возродить.

Во всём этом есть свои преимущества. У людей из обычных семей и мысли не возникнет, что со мной что-то не так. Скрывать, что мне надо подзаряжать свои аккумуляторы? Да легче простого! Я легко учусь — мне достаточно два раза прочитать учебник, и я помню его практически наизусть. Не составит труда уехать туда, куда мне надо, при этом полностью сменив личность, имя и всё к этому прилагающееся.

Неспешным шагом я добрела до метро, всё равно так быстро он меня не хватится, его график я успела выучить. Он может заснуть прямо за сериалами и проспать до утра.

Торговый центр, всё ещё открытый, несмотря на поздний час, меня немного настораживает — ну не может ни один человек из толпы не понять, что перед ним робот. Тру друг о друга ладони, словно они на самом деле вспотели, и на дрожащих ногах иду в самую толпу отдыхающих вечером людей. Кто-то собрался на поздние сеансы в кино, кто-то ведёт детей в парк развлечений на верхний этаж, многие ужинают в кафе и ресторанах, а есть и те, кто всё ещё ходит по магазинам. Людей не смущает даже мой цвет волос — они попросту не смотрят в мою сторону, но это ощущается приятным, словно я часть толпы.

Первая остановка — магазин «Всё по одной цене». И да, у меня нет денег, поэтому я выбрала то место, где отсутствуют датчики на выходе.

Нахожу стеллаж с краской для волос. Отлично, цвет «горький шоколад», спрей для подкрашивания корней. К счастью, мне можно мыть волосы относительно редко, поэтому баллончика хватит надолго.

Далее следует вращающаяся стойка с тёмными очками. Мой взгляд останавливается на самых больших и тёмных линзах в толстой оправе. В случае возникновения вопросов сошлюсь на непереносимость ультрафиолета. Делаю ещё несколько кругов по магазину, изображая, что мне очень интересны пахнущие дешёвой резиной кроссовки или лежащие рядом с ними коврики для душа.

— Вам помочь? — Молодой симпатичный консультант появляется из ниоткуда и, может, мне кажется, подозрительно прищуривается, глядя на мои покупки.

«Дура! Надо было сразу прятать краску и очки».

Стараюсь натянуть на себя «как ни в чëм не бывало»-улыбку, которая, наверное, вышла чересчур беззаботной, хотя желудок скрутило в узел, а ноги похолодели.

— Спасибо, просто смотрю.

— Мы сейчас закрываемся, все посетители уже ушли, пойдëмте, пробью ваш товар, — явный намёк, что мне отсюда пора.

— Да, дайте мне ещё минуточку, я посмотрю сковородки.

«Совсем поехавшая? Зачем тебе сковородки?»

— Простите, девушка, у нас нет сковородок. Чем ещё могу Вам помочь?

«Точно поехавшая».

— Я… э-э-э… ищу подарок другу, — выпаливаю первое, что приходит в голову. И плевать, что друзьям не дарят подарки из магазина самых дешёвых вещей.

Вижу знаки вопроса, пляшущие в глазах консультанта.

— Скажите, чем увлекается ваш друг, мы постараемся что-нибудь подобрать.

Первое, что приходит в голову — что-нибудь из эпохи Наполеона. Отбрасываю эти мысли. Друга у меня нет, а Первой Мировой увлекаюсь теперь и я сама. Что? Я хочу поскорее раздобыть и прочитать «Войну и мир», эта часть школьной программы также благополучно прошла мимо Клары.

— Ну так что? — Не понимаю, заподозрил ли он неладное или просто торопится в связи с поздним часом.

— Ему нужны тапочки, — вовремя вспоминаю, что видела их на другом конце магазина.

— Конечно, пойдëмте. — Он направляется в сторону дальних витрин, и я, сглотнув несуществующую слюну и сделав глубокий вдох, поворачиваюсь и что есть мочи несусь прочь из павильона. На этаже чуть не врезаюсь в стойку с продажей парфюма — в нос ударяет крышесносная смесь модных в этом сезоне вишни и корицы, а также всевозможные закосы под Шанель и Диор. Надо не забыть чуть позже раздобыть себе какие-нибудь духи для презентабельности. Главное, конечно, более законным путём.

На эскалаторе натыкаюсь на массивную спину мужчины в необъятной куртке.

— Смотри, куда пр… — Он в недоумении замолкает, увидев, как я расталкиваю ещё нескольких людей и несусь к вращающимся дверям.

Уже добежав до спуска в метро и спустившись в подземный переход, я осознаю, что никто за мной и не бежал. Это было бы слышно. Хотя бы крики за спиной. С другой стороны, я обворовала их на копеечные даже для такого магазина суммы, ведь специально выбирала самое дешёвое, и погоня только отняла бы у них время.

Не без толики гордости надеваю на себя очки и проскальзываю вслед за какой-то женщиной через турникеты в метро. Это только начало, вы ещё меня узнаете.

Со стороны тоннеля на меня несётся душный воздух подземелья. Поезд подаёт короткий сигнал и со скрипом замирает у перрона. Вместе с толпой спешащих по домам людей, словно по волнам, залетаю в вагон и берусь за скользкий поручень.

— Завтра похолодание.

— Сильное? Ой, как неприятно это всё.

Молодые женщины едут, видимо, из офиса.

— Обещали бабье лето, а на деле влажность чуть ли не стопроцентная.