Страница 49 из 143
А во дворе крепости уже гремел зычный голос Луки Тимофеевича:
— Гришка! Сынок! Ядрен батон, да как же ты здесь?! А ну, дай обниму, чертяка!
И два казака — старый и молодой, отец и сын Гречишкины — стиснули друг друга в объятиях так, что кости затрещали. А вокруг, глядя на них, улыбались солдаты и офицеры, и даже часовые на стенах, забыв про бдительность, свесились вниз, чтобы посмотреть на эту неожиданную, почти невероятную встречу.
Улыбки, закатный свет и хруст снега стали на мгновение маленькими островками жизни и надежды на этом бескрайнем пепелище. Свидетельством того, что как бы ни бушевала вокруг буря, человеческое в них еще способно удержаться, не позволяя душам окончательно очерстветь.