Страница 13 из 44
Он покрутил головой, соображая, чем можно смазать ось, но ничего подходящего не увидел. Тогда дремучий инстинкт подсказал, что нужно ее продуть. Леха набрал воздуха, и от души выдохнул, выдув из кожуха солидное количество опилок. Снова взялся за спицы, крутнул — и удивился тому, как хорошо пошло. Как будто опилки забивали отлично сбалансированный подшипник, и теперь ему ничего не мешает.
Колесо крутилось и крутилось. Леха прибрался на рабочем месте и подмел всю мастерскую, потом подумал — и прибрался на верстаках. А колесо и не думало останавливаться.
— Ага, — торжествующе заключил Леха, когда вращение все-таки прекратилось, — как минимум, отсюда можно вытащить подшипник и поставить на станок — и жать на педаль станет гораздо легче. Надо будет завтра об этом с Петровичем переговорить. Ну зачем ему еще этот нерабочий мусор?
Он снял колесо с холодильника, выключил свет, запер мастерскую и с чувством выполненного долга отправился домой.
Гнома он услышал еще на подходе. Ритм и незнакомые слова намекали на то, что это речь подземного народа. А экспрессия, сопровождавшая каждую фразу, намекала, к какому пласту народной лексики они относятся.
— Какого хера, Алексей?! — Увидев подмастерье, гном моментально сменил языковые настройки и воздел свободную руку к потолку. — Я же только вчера его поставил. Оно же из-под коровы. Оно же неделю должно стоять!
Леха молча поднял брови.
— Молоко полностью скисло. Полностью! Творог уже с душком, — Петрович еще раз засунул нос в миску, втянул воздух широкими ноздрями и удовлетворенно кивнул: — Да, весьма подозрительный.
— Так, может, эт самое, руна разрядилась?
— Но вчера она еще вполне нормально выглядела. Скорее похоже на то, что ее кто-то разрядил, — и он подозрительно посмотрел на переселенца.
— Да побойся Темных магистров, Петрович, — воззвал Леха и на всякий случай немного приврал, — я же про сами руны только вчера узнал. Как я их разряжу-то, если даже не вижу?
— Звучит логично. — Эмоциональный выплеск уже прошел, и к гному начала возвращаться рассудочность. — Но все равно подозрительно. А это тут почему?
— О, я как раз хотел с тобой обсудить.
Леха перевернул колесо кверху ободом и крутнул.
— Смотри, запустить эту штуку мы все равно не сможем, зато какой там классный подшипник стоит. Давай его вместо старого на токарный присобачим? Я прикинул, можно будет производительность процентов на двадцать поднять.
Пока он говорил, колесо остановилось. А, точно, обязательно же надо дунуть, иначе чуда не произойдет. Пыль снова вырвалась мощным фонтаном и ударила гному в лицо, засыпав бороду и плотным слоем покрыв творог.
Повисла пауза.
Петрович неторопливо вытер лицо, тщательно отплевался и нехорошо воззрился на Алексея.
— Не понял.
— Щас, щас, смотри. — Леха торопливо крутнул колесо, но вращение прекратилось так же быстро. Он попробовал еще несколько раз и поднял на гнома озадаченные глаза. — Ей-богу, Петрович, вчера оно крутилось с полчаса, не меньше. С одного толчка.
Гном внимательно посмотрел на криворукого помощника, понял, что эти туповатые, но честные глаза не могут врать, и задумался. Потом обошел холодильник и внимательно присмотрелся к выключателю.
— Та-а-ак. Дай угадаю, м-колесо лежало сверху, на крышке?
— Да.
— И с рунами ты работать не умеешь?
— Нет.
Гном прочувствованно выдал длинное незнакомое слово и взглянул на Леху поверх холодильника.
— Есть у меня одно подозрение, но нужно проконсультироваться со специалистом. Да брось ты это колесо, чего держать-то. Э-э-э, я же фигурально!
Даже после того, как в мастерскую вломился маг, ситуация не стала яснее. Макс осмотрел колесо, осмотрел холодильник, походя зарядил его и переключился на поиски других улик. Прошел по всем углам, разгреб несколько куч барахла и залез на стеллаж с запасами на черный день.
— А это что такое? — раздался оттуда удивленный голос. — Я правильно понимаю, это та самая моренговая палица, из которой ты обещал мне вырезать жезл?
— Ну, видишь ли, это очень требовательное дерево. Ему нужно хорошенько просохнуть.
— Десять лет для этого недостаточно? — отозвался голос сверху.
Петрович смутился, но промолчал.
Потом началось сканирование главного подозреваемого. Маг извлек из необъятного кармана несколько цветных камней на цепочках и принялся прикасаться к Лехиному лбу, затылку, рукам. Какие-то камни болтались у парня перед глазами, и он должен был следить за ними. В общем, нечто среднее между магической диагностикой, которую он уже проходил после «прилета», и медосмотром в военкомате. Леха порывался напомнить, что у него есть официальная справка, но не решался — Макс выглядел сосредоточенным и немного встревоженным.
Наконец маг спрятал камни, уселся на жалобно скрипнувший табурет и в упор уставился на переселенца. С другого края стола его буравил взглядом гном. Оба молчали.
Леха заерзал и спросил:
— Так чего, это действительно я виноват?
Маг еще немного подержал паузу, иронично поднял бровь и ответил:
— Как это мы тебя проморгали-то?
Переселенец ожидал совсем другого и не нашелся, что ответить.
— Могу предположить, что тебе не дали тест Хог… Неважно. Он длинный, нудный и не самый надежный. То есть бывает, что не засекает базовые таланты, хотя и отлавливает некоторые аномалии. Не берусь судить коллег, но факт — тебя не дообследовали.
У Лехи подвело живот.
— То есть, — у него пересохло в горле, — у меня есть реальный магический дар?
— Если коротко — да. Слабовыраженный, довольно специфический, но есть. И вчера ты умудрился им воспользоваться. Ты запитал магическое колесо от холодильника и высадил руну в ноль.
Переселенец вытаращился на собеседника.
— Но я же не вижу этих самых рун!
— Потому я и говорю, что проморгали. Напрягись и вспомни, был момент, когда ты что-то под пальцами почувствовал, но не увидел? Какие-то… дуновения, паутинки или даже жесткие нити?
Леха напрягся и начал вспоминать.
— Да, вроде бы было ощущение, что волос зацепил. Но я подумал, что это Петрович опять из бороды натряс.
— Я не трясу бородой там, где ем, — возмутился гном. Леха ехидно улыбнулся.
— Значит, было, — заключил маг. — Поздравляю, у тебя дар работать руками.
Тут эстафетная ухмылка перешла к гному.