Страница 11 из 44
— Подождите, сейчас Глафира принесет фонарь.
Петрович высокомерно ухмыльнулся — ну как же, урожденный житель подземелий — и шагнул в темноту. Раздался глухой удар и сдавленное шипение.
— Ой, — пискнула Диана, — это, наверное, холодильник. Об него все стукаются, а я про него постоянно забываю.
— Да, похоже, — сдавленно отозвались из темноты. — Но какого, позвольте, он тут, а не на кухне?
— Там он не нужен. Он же маленький. Выкинуть жалко, а девать некуда.
Гном, похоже, не нашел, что возразить. В этот момент появилась Глафира со стеклянным кубиком на длинной ручке, и подсобку залил свет. Леха уже видел такие фонарики, и ему они напоминали посохи магов из фэнтези средней руки.
— Не, ну я все понимаю, но почему он лежит прямо на входе? — удивился он.
В двух шагах от порога лежал габаритный короб. Видимо, он выполнял функцию полки — на него были свалены небрежно сложенные полотенца, скатерти и что-то еще.
— Да как-то руки не дошли, — пожала плечами Диана. Монументальная Глафира ограничилась кивком.
— То есть он вам не особо нужен? — уточнил гном. Он скинул тряпье, ухватился за край и вздернул короб на попа. Открыл дверцу.
— Ну, если вам надо…
По габаритам ящик напоминал обычный однокамерный холодильник, и Леха не особо удивился, когда внутри увидел сетчатую полку. Гном сказал «кхм», полез к задней стенке и щелкнул выключателем. Изнутри потянуло холодком.
Петрович с полминуты разглядывал холодильник, потом аккуратно прикрыл дверцу, ласково похлопал по крышке и повернулся к Диане. Возвышенным чутьем художника Леха уловил, что гном только что принял какое-то решение, и, вероятно, переговоры пойдут по другому пути…
— Размеры мы сейчас снимем, — деловито начал перечислять он, — Алексей набросает раскладку по материалам: что оставляем, что меняем, что докупаем. И через несколько дней принесет, уже будем обсуждать бюджет.
Леха бодро кивнул. Несколько дней казались ему огромным сроком, за который можно успеть что угодно. И уже по пути он восхитился, как ловко Диана подсекла гнома, которому после такого подарка стало заметно сложнее отказаться от заказа. Тряпки же просто пошли бонусом — в мастерской ветошь всегда пригодится.
— Весьма удобно, — гордо заявил гном, демонстративно ставя на стол миску с творогом. Потом столь же демонстративно добыл из недр холодильника банку с молоком и налил кружку до краев. Обычно он завтракал прямо в мастерской, и раньше притаскивал продукты с собой. Теперь же у него появилась возможность приходить налегке.
Леха давно отметил, что гном почему-то воспринимал холодильник не как аванс, а как приз, выигранный в тяжелом состязании. И всю неделю при каждом удобном случае подчеркивал, как выросло качество жизни отдельно взятых мастеров. Ну, одного мастера и одного подмастерья.
— Да, мастер, конечно, удобно, мастер, — подобострастно кивнул он. И продолжил нормальным тоном: — Кстати, Петрович, а чего ты так за него ухватился?
— Из ностальгических побуждений, — буркнул тот. — У нас почти такой же был.
— Угу, понятно. А расскажи, за счет чего он работает?
— В смысле, — запнулся гном. — Что работает за счет чего?
— Ну, холодильник, конечно. За счет чего холод появляется. Мне при адаптации что-то рассказывали, но я мало что понял.
На деле Леха первые недели вообще прожил как в тумане. Когда его вытащили из канавы рослые молодцы с холодным оружием на поясе, у него адски болела голова, и поэтому залетные ролевики его не смутили. Потом ему объяснили ситуацию, и впечатлительный парень погрузился в интенсивные переживания. За себя, за друзей и родных, за все, что осталось в родном мире.
И отдельно переживал потому, что никак не мог вспомнить, как он сюда попал. Все по классике, вот тут — помню, а вот тут — не помню. По всему выходило, что они все-таки поехали на эту проклятую рыбалку и то ли не доехали, то ли не вернулись. На это намекали порванная куртка, права и сломанные очки для вождения, которые он брал с собой на всякий случай.
В общем, во время адаптации он думал совсем о другом. А после адаптации у него было слишком много новых впечатлений, чтобы отвлекаться на устройство мира. Какой смысл вникать в детали, если все можно объяснить магией. И вероятно, что многие переселенцы на этом и останавливались. Но Леха был технарем, и не ждал милостей от природы.
— Та-а-ак, — протянул гном. — Приехали. Вопросы ты, конечно, задаешь глобальные, глобальнее некуда. Ну ладно, попробуем. Итак, рунная магия — это наш, в смысле, гномий дар слабосильным и туповатым людям, чтобы хоть как-то скрасить их, то есть ваше унылое и недолговечное существование…