Страница 43 из 122
Тидесбала возмущалась так яростно и искренне, что пренебрежительные слова в адрес фёлькише застыли у Рубидии на губах, и сказать ей пришлось совершенно не то, что она собиралась.
— Теории заговора и не бывают умными, — осторожно ответила алая майстерин. — Именно поэтому они столь легко пускают корни в людских умах…
— Не во всех, а только в невежественных, — совершенно по-лисьи фыркнула юлчы, — Майстерин, никто из этих идиотов даже не признал во мне юлчы! Зато какой-то странный тип пытался объяснить мне, будто дурочке, почему юлчылар должны мне мешать. Будто бы они отберут у меня все заказы и всё ювелирное дело, будто бы все артефакты под ними, и я даже для души не смогу ничего плести. А в армию меня всё равно не возьмут, ведь там не место для красивых девушек!
— Ут-Кызы, разве вы хоть на миг задумывались о том, чтобы поступить на службу Республике? — удивилась Рубидия, но Тидесбала возмущённо замахала руками.
— Беда не в том, что я не собиралась служить в армии, а в том, что мне заявили, что я на это неспособна! Как будто я не ношу повязку и не занимаюсь магией, в отличие от него! Как будто он вообще хоть что-то обо мне знает!
Рубидия лишь мысленно вздохнула. Вот как объяснить ей, насколько избирательным бывает внимание многих мужчин, когда дело касается женских способностей?
— Ут-Кызы, он не хотел ничего на самом деле о тебе знать. Тот человек не разглядел в тебе юлчы, не заметил магессу, потому что не хотел видеть ничего, кроме красивой оболочки и того образа идеальной деймарки, которую придумал себе.
В ответ на это юлчы в очередной раз фыркнула и тряхнула косичками, заставив колокольчики зазвенеть.
— Какая глупость! — с негодованием подытожила она, — Вашим мужчинам следовало бы пореже говорить и почаще думать, чтобы видеть мир таким, какой он есть.
— А что, кроме своих обид на юлчылар, эти фёлькише ещё обсуждали? — спросила Рубидия, чтобы вернуть разговор в прежнее русло. Слушать возмущения Тидесбалы насчёт мужчин и их ума майстерин совершенно не хотелось, особенно сейчас, среди ночи. — Что-нибудь про авиаров говорили?
— При мне про авиаров не говорили, зато обсуждали марш офицеров и вспоминали, как хорошо было при императорах. Якобы и порядок был, и достойные сыны Деймара по праву носили дворянские титулы, и страна богатела, и инородцы знали своё место. Хотят всё вернуть…
Майстерин кивнула. Как похоже на фёлькише — мечтать о том прошлом, которого никогда не существовало… А вот офицерский марш внушал опасения, ни о чём подобном Рубидия не слышала.
— Ут-Кызы, что за офицерский марш? — прервала она словоизлияния юлчы, но та пожала плечами.
— Пока не знаю, это обсуждали люди рядом, а я услышала лишь краем уха, потому этот котырган тэкэ кебек ахмак слишком много болтал о всяком вздоре!
— Этот кто? — не поняла Рубидия.
— Глупый бешеный баран, который говорил со мной, — насупилась Тидесбала, но тут же улыбнулась: — Зато я знаю, кто слышал что-то интересное!
Она вытащила из кармана платок, развернула его и вытащила пуговицу — совершенно обыкновенную хромовую пуговицу, какие пришивали к каждому офицерскому мундиру.
— Ут-Кызы, как вы оторвали пуговицу?
— Офицеры хорошо проводили время в пивнушке и совершенно не хотели обижать прелестную девушку, — сверкнула белозубой ухмылкой юлчы, — а потому долго извинялись за то, что их товарищ сбил меня с ног.
— Вы это всё подстроили? — уточнила майстерин Гаусс, в ответ Тидесбала хихикнула, откинулась на подлокотник кресла, прогнувшись в пояснице, и посмотрела на Рубидию, перевернувшись вниз головой:
— Майстерин, а кто об этом знает кроме нас? Господа офицеры выпили достаточно много, чтобы поверить мне, так что…
Хорошо хоть косичкам пол не подмела.
— В общем, Ут-Кызы, вы развлекались, — с трудом подавив зевок, подытожила майстерин Гаусс.
— Нет, майстерин, — юлчы рывком села в кресле как подобало приличному человеку и поджала губы, — прежде всего я собирала доказательства и искала подходящие источники эфирного эха.
— И мы обязательно их проанализируем, — согласилась Рубидия, — однако я хотела бы заняться этим после сна. А ещё для начала мне нужно вывести зависимость возраста вызываемого эха от частоты возбуждающих его импульсов.
— Почему вы думаете, что она будет именно такой? — удивилась Тидесбала.
— Ут-Кызы, вы же сами продемонстрировали эту зависимость экспериментально, — со вздохом пояснила майстерин.
— Разве? Может, это просто совпадение, а на самом деле повлияло что-то другое.
Юлчы недоверчиво покачала головой, и колокольчики в её косичках нестройно зазвенели в тон её несогласию. Ну и пусть, обо всех возражениях, нестыковках в концепции и её проверке Рубидия сможет подумать уже после сна.
— Вот завтра… то есть, уже после сна и проверим. А сейчас я собираюсь наконец продолжить спать и вам тоже советую. Могу разве что предложить вам переночевать у меня, диван вполне удобен.
Последнее предложение она произнесла с внутренним неловким смущением, которое, как она надеялась, будет не слишком явным. Возможно, она просто слишком сильно прониклась гостеприимством у юлчы и не хотела показаться чересчур холодной, возможно, слишком волновалась за Тидесбалу — как ни крути, она правильно предложила лисентирин не бродить по ночному городу. Но ведь это же неправильно, когда лисентиары остаются на ночь у своих руководителей. Неправильно — и ведь молодой девушке всё равно не стоит гулять по Эллери ночью в одиночестве, это не самый благоразумный поступок, даже если эта девушка носит повязку коллегии.
Тидебала широко ухмыльнулась в ответ, похоже, не заметив ничего странного.
— Ах, майстерин, я с радостью приму ваше предложение. Заодно полью орхидею, если вдруг вы о ней забываете.
— Не забываю, — устало проворчала Рубидия. Ну её, пусть Тидесбала хоть всю ночь сидит в обнимку с орхидей, зато волноваться за неугомонную юлчы не придётся. А её дело малое, всего лишь застелить гостевой диван, на котором когда-то уже ночевали и Эрсин, и Исса, и много кто ещё.
Тидесбала и впрямь отвлеклась на мурчание с фууран, которая за время жизни у Рубидии выпустила пару новых листьев и явно растила себе соседку в одной из пазух. Майстерин Гаусс осталась наедине со своими мыслями и сомнениями в приличии собственных действий. Давно с ней такого не бывало… хотя подопечные у неё дома, к счастью, до сих пор не ночевали.