Потерянное эхо

На этот раз всё не так. Она уже не юная девчушка, она давно не просыпается от кошмаров и не боится каждой тени. Теперь она сама защитит себя и всех, кто ей дорог.

Тидесбала следовала за своей наставницей бесшумной тенью, и алая майстерин то и дело оборачивалась, желая убедиться: юлчы всё ещё рядом, хоть все её колокольчики и обережные украшения молчат. И только когда за ними закрылась тяжёлая входная дверь, девушка тихо выдохнула и тут же с показной жизнерадостностью усмехнулась:

— А теперь осталось самое сложное — уговорить вашего адмирала не выгонять нас сразу и дать вместо этого радиоприёмник. Боюсь, у него возникнет немало вопросов к нам.

— И я, разумеется, на них отвечу, только не сразу, — пообещала Рубидия, открывая дверь собственным ключом, что не укрылось от Тидесбалы.

— Господин Илаи настолько вам доверяет, что отдал ключи не только от своего сердца, но и от квартиры, — фыркнула она, заставив майстерин Гаусс уже не сдерживаться и закатить глаза.

— Ут-Кызы, мы с ним давние и близкие друзья и потому доверяем друг другу. Да, именно поэтому на всякий случай Эрсин оставил мне дубликаты ключей от своей квартиры, а я ему — от своей.

— Ну, это уже почти совместное хозяйство получается.

Но эту реплику Рубидия предпочла оставить без внимания, тем более у дверей их встретила фрау Лихтс, которая с нескрываемым удивлением оглядела Тидесбалу.

— Мне стоит позвать герра Илаи? — осторожно уточнила экономка Эрсина, переводя взгляд с алой майстерин на её лисентирин, наверное, представлявших из себя весьма своеобразное зрелище.

— Не стоит, я сама дойду до него и поговорю с ним. У нас с моей лисентирин есть к нему небольшая личная просьба, — скупо пояснила майстерин Гаусс.

Фрау Лихтс чуть помедлила, явно оценивая и саму майстерин, и странности её поведения, а затем отступила в сторону. Что ж, помощи Рубидии ждать неоткуда, но и мешать ей никто не станет. Остаётся лишь действовать самой, как, впрочем, и всегда. Отдав гостевые тапочки Тидесбале — сестра Эрсина от них отказалась с самого начала, а Рубидия вполне готова была потерпеть — майстерин бесшумно прошествовала к спальне и осторожно постучалась в открытую дверь, чтобы предупредить близнецов о своём возвращении. Эрсин, сидевший на кровати, вытянув больную ногу, и Виенна, которая демонстративно устроилась на ковре рядом с ним, одновременно обернулись к магессе совершенно одинаковым жестом, похожие друг на друга почти как две капли воды, несмотря на разную одежду и старый шрам на лице авиара.

— Опять ты?! — зарычала Виенна, глядя куда-то мимо головы Рубидии. Похоже, она заметила юлчы, которая стояла за левым плечом своей майстерин, но так не вовремя из-за него выглянула, и теперь сильтка смотрела только на неё. — Ты меня преследуешь, да?! То ко мне домой явилась, теперь к моему брату!

— Вы с этой юлчыларской девушкой знакомы, Ви? — невыразительно поинтересовался Эрсин у сестры, и та раздражённо пробормотала в ответ:

— В Сильте познакомились. Эта юлчыларская подружка твоей майстерин выследила меня аж до комнаты, которую я снимала в Нердине.

— Я не следила за вами, фрайфрау Илаи, ваша брошка сама сделала всё за меня, — огрызнулась в ответ Тидесбала.

У них нет времени на пустые споры!

Рубидия поспешила закрыть свою лисентирин от Виенны и прекратить ругань.

— Дамы, мы здесь не для того, чтобы вы ссорились, — чуть повысила голос Рубидия, — у нас в городе, возможно, случился мятеж фёлькише, если вы о них слышали.

— Фёлькише? — нахмурилась Виенна, — Это что ещё за звери?

— Местные националисты, — пояснил ей Эрсин, — которые считают себя истинными патриотами Деймара.

— А ещё хотят избавить страну от инородцев вроде друидов и юлчылар, — добавила Рубидия, — ночью дом моей лисентирин пытались поджечь, а на южном берегу, говорят, вообще были погромы. Эри, у тебя ведь есть радиоприёмник? Надо включить его, вдруг передадут сообщение…

— Если на другом берегу и правда случилось что-то серьёзное, мы это узнаем, — согласился Эрсин, подобрал костыли, слез с кровати и поспешил в гостиную. Рубидия и Виенна последовали за ним, Тидесбала, кажется, предпочла чуть отстать, чтобы лишний раз не пересекаться с сестрой Эрсина.

Тяжело опустившись в кресло рядом с приёмником, авиар тут же включил его и схватился за ручку, меняя частоты. Вскоре за гудением и треском помех на общей частоте удалось разобрать сообщение:

“…слабостью и нерешительностью Национального собрания текущий состав будет распущен… Рейхспрезидент Купфердорф… об изменениях в правительстве… расширении полномочий рейхсканцлера и передаче поста… будет сообщено позже… Призываем граждан сохранять спокойствие и не поддаваться на провокации врагов Деймарской Империи…”

Эрсин тихо выругался, и Рубидия полностью разделяла его чувства. Несмотря на помехи, порождённые влиянием артефактов, они оба услышали достаточно. Не Республика, а Империя — Империей Деймар именовали только реваншисты вроде фёлькише, не признававшие смену власти.

— Что это значит, майстерин? — тронула Рубидию за плечо, спросила Тидесбала под звон своих колокольчиков и подвесок.

— Это значит, что вы с вашим правительством и разведкой в дерьме! — припечатала Виенна, — Ну и я с вами за компанию, бежать на вокзал всё равно уже поздно. Понятия не имею, что за гадюшник тут у вас завёлся, но обычно правительство внезапно распускают лишь по особым случаям, например, во время государственного переворота…

— Помолчите, пожалуйста, — прикрикнул на них всех Эрсин, а сам тем временем упрямо продолжал ковырятся с приёмником, настраиваясь на какую-то другую частоту, очевидно, хорошо ему известную, но совершенно не знакомую Рубидии. Вот только от сообщения, пойманного на ней, у алой майстерин мороз пробежал по коже.

“…Повторяю всем крыльям! Мятежники осаждают здание ратуши, Национальное собрание блокировано внутри в полном составе, полиция и наземные войска бездействуют. Всем крыльям немедленно подняться в воздух… защитить законно избранную власть…”

Отчаянный призыв к авиарам вновь всколыхнул воспоминания, от которых Рубидии чуть не стало дурно. Картина происходящего складывалась во всей своей чудовищной простоте.

…Пусть майор Риттер не вмешивается…