Страница 17 из 92
Глава 8. Бой
Первым умирает барон вместе с двумя ближайшими охранниками. Ариэлла, с началом боя, «проявляет» на их позиции мощный плазменный шар, тот резко нагревает воздух, изолированный магнитной оболочкой, до экстремальных температур. По моему сигналу оболочка испаряется, и расширяющаяся плазма, с оглушительным взрывом, превращает всё в радиусе пяти шагов в прожаренные клочья. Сразу после этого напарница начинает запускать Протоколы плазмы в точках предполагаемых засад магов.
Оставив контроль флангов ассистенту, я мгновенно ускоряюсь. Активирую «Аэродинамический клин», «Ионный ветер» и «Коррекцию восприятия». Воздух в нескольких шагах впереди начинает светиться голубым, контролируемая ионизация создаёт передо мной клиновидную многослойную зону сжатых газов. При движении этот клин принимает всё сопротивление среды на себя, оставляя позади меня разряжённый воздух. Подобное же сияние охватывает ноги, сопровождаемое низким гулом. Обработка сенсорных данных ускоряется в несколько раз, радиаторы «Термокласта» раскрываются в боевой режим за один такт.
Оттолкнувшись от мостовой, выхватываю меч из-за спины. Мощнейший импульс ног фактически взрывает камни кладки. Тридцать шагов до ближайшей четвёрки не становятся пределом для скачка. На пике полёта голубое коронное сияние корректирует вектор тяги, и с помощью него же я метаю «Оградитель» вниз-вперёд. Меч пробивает насквозь грудь одного из врагов, втыкаясь в позадистоящего. Третьего растаптываю собой при приземлении, импульс пинка переламывает его. Четвёртый, замерший в шоке от скорой расправы, отлетает трупом от банального удара кулаком. Выдергиваю меч резким движением.
Следующий прыжок короче, он нужен только для начала разбега. При приземлении убиваю двух противников взмахами меча. Не останавливаюсь, перенаправляю больше энергии в «Ветер» и «Клин». Без них мне не преодолеть сопротивление воздуха и не скорректировать своё движение. Скорость бега достигает недостижимых значений для этого мира. Проношусь настоящим ураганом через плотные ряды солдат, сея смерть мечом и ударами ног. Разряженный воздух позади меня сам добивает упавших врагов, выдавливая им органы и мозг перепадами давления.
Наконец я добираюсь до первых «серьёзных» врагов, закованных в полную латную экипировку. Однако, с моей массой и набранной скоростью каждый удар сравним по силе с ударом о каменную стену. Так что и эти латники разлетаются переломанными и бездыханными телами.
Ещё один мощный прыжок, с новым взрывом мостовой, переносит меня в дальний конец площади. Коснувшись земли, я активирую накопленную «Ледяную волну» во все стороны. Воздух резко охлаждается, а теплоёмкий слой гидрата соли в броне переходит в жидкое состояние, поглощая избыток тепла. Радиаторы излучают тепло, создавая позади меня видимый пар. Строй арбалетчиков рассыпается, люди падают от резкого спазма и болевого шока. Часть из них сразу умирает, пробитые осколками от приземления. Добиваю неудачников по мере продвижения к новой позиции.
Паника охватывает противника, и враги начинают разбегаться. Однако, отступать уже поздно. Узкие проулки завалены обломками после атак ассистента, а на основной улице, служащей единственным выходом с площади, стою я.
Закрученным броском направляю меч в самых шустрых. Сам же прыгаю следом, вновь корректируя траекторию «Ветром». Безжалостно врываюсь в убегающую толпу, окончательно ломая боевой дух противников.
Задача стоит не в полном истреблении, а в устрашении. Поэтому я ломаю головы, отрываю конечности, пробиваю насквозь и растаптываю всех, кто попадает под руку.
Столкновение не длится долго. Всё заканчивается за какие-то два с небольшим целых, как показывает интерфейс. Оглядываю жалкие трясущиеся и стонущие остатки отрядов и отключаю Протоколы.
— Проваливайте. Передайте всем: род Дарин под защитой Империи Холода.
Амилия в спешке забежала на второй этаж, коротко приветствовала барона с семьёй пока шла к окну. На площадь начали выходить наёмники, солдаты и маги. Один, два, три десятка… Больше четырёх сотен людей!
Куда этот самоуверенный болван полез! Только в глупых детских сказках герой мог выйти против толпы и победить. В реальном же бою всё иначе. Учителя на собственных примерах показывали ей, что даже три противника вызывают большие сложности. А десяток подкованных крестьян могут забить и хорошего воина. Магия, конечно, меняет расстановку сил, но не в хаосе же ближнего боя! Там просто нет шансов.
Пальцы девушки впились в деревянный подоконник, костяшки побелели от напряжения. Так, успокойся. Нужно открыть раму и помочь рыцарю. Силы восстановились, и на десяток мощных огненных шаров её точно хватит. Ударит в основные скопления, это даст шанс воину.
— Кто у вас главный? Я хочу поговорить с ним, — раздался громкий металлический голос её защитника. Что он задумал? Попытается договориться? Или… Нет, в предательство не хотелось верить. Да и почему сейчас? Ему достаточно было привести в таверну десяток человек и всё.
А дальше Лёд произнёс громкую и слегка пафосную речь. Словно герой книг. И с последними словами он сорвался с места.
Амилия уже видела, как сражается её новый знакомый. Его скорость действительно впечатляла, а прыжки захватывали дух. Но, как поняла принцесса, до этого он не показывал своей полной силы. Вот СЕЙЧАС он двигался быстро. Прыжок на шестьдесят лим, от которого мостовая взрывается осколками, через пол площади — и враги в месте приземления разлетаются кровавыми ошмётками. Ещё прыжок и сразу невероятный по скорости бег — невозможно даже уследить глазами. Видно только перекорёженные тела, которые отмечают, где прошёл воин. Амилия невольно прикусила губу, чувствуя, как по спине бежит холодок от этой разрушительной мощи. Неужели, такое возможно?
При всём этом вокруг площади рвутся мощнейшие огненные шары. Как рыцарь успевал их просчитывать, вкладывать в них силу и направлять, девушка не понимала.
Латники-гвардейцы, попавшиеся на пути, отлетают в стороны. Мёртвыми. Прыжок в толпу арбалетчиков — и все они валятся на камни, завывая, а густой туман расходится из-за спины рыцаря.
Враги уже не пытаются сопротивляться, просто разбегаются в панике и ужасе. Но не далеко. Командующий встречает их на основной улице и начинает кровавую пляску.
В стороны летят руки, ноги, головы и переломанные тела. Всё заканчивается так же быстро, как и началось. На город опускается давящая тишина, оглушающая после какофонии боя.