Страница 90 из 102
Объяснить причину Шан И не успел. Звон мечей и клинков раздался опасно близко.
— Выживи, и брат сделает всё, что скажешь, попросишь. Не смей его покидать.
Как бы не хотелось признавать, но Лань И вошла в жизнь клана Гао, стала частью большого целого, вторглась в строгую, состоящую из внутренних порядков, жизнь Вэнь Цзяня. И если она уйдёт, он снова закроется, уйдёт в себя в долгих обвинениях и угрызениях совести.
— Домой, — слабый шёпот коснулся слуха. — Я хочу домой.
Шан И сжал клинок и поднялся. Если хочет покинуть клан Гао, брат не станет ей мешать. Он дал ей обещал, и Гао Вэньцзянь выполнит.
С особой яростью Гао Шанъи сражался. Враги кончились в моменте, не успев и начаться. Шан И почти уже развернулся вернуться за Лань И, как заметил знакомый белый ханьфу с серебристой вышивкой.
— Где она? — всегда спокойный голос Шуй Фэна не дрогнул и в этот день, только тень серьёзности залегла на его лицо.
Передать ему Лань И — лучшее решение. Шуй Фэн точно сможет ей помочь, где он, там и старейшина Шуй, и лекарь Шэн, там же множество способных людей, посвящающих себя спасению жизней.
° ° °
И правда подобен ветер. Ши Лэй нырял в толпу врагов, обрушивался изнутри, прорывал гущу и выходил целым и невредимым в алых каплях и пятнах, пропитывающих всё больше и больше его одежду, не смотря на кожаные пластины-доспехи и наручни.
Гао Вэньцзянь с Ши Лэем застряли недалеко от долины Снежной пыли. Сами считай, что открыли ворота в дом и сами же заперли врага внутри. А тот и знал, что нападать и стоять, пока смерть не придёт от клинка к нему.
— Молодой господин Шан с воинами встретили Доу в ветви Цзянь, — быстро отчитался старший воин Цзянь в недозволительно спокойную секунду. — Глава клана и глава ветви Цзин в порядке.
— Понял, — Гао Вэньцзянь наотмашь ударил по наёмнику Доу, бежавшему на него. — Оставлю на тебя.
Ши Лэй кивнул.
Раз враг прорывался именно в ветвь Цзянь, значит, предательница ждала их там. Наёмники шли расчищать ей путь.
Добраться быстро до ветви Цзянь у Гао Вэньцзяня при любых обстоятельствах не вышло бы, а тут подвернулась интересная личность на пути. Перешагнув тело наёмника, Гао Вэньцзянь проговорил:
— Побег несёт за собой смерть.
— Уже нет, — оскалился Гао Чунцзин. Он направил меч в его сторону. — Сегодня твой последний день.
Уже не имело значения, как он освободился, кто ему помог. Важно то, что они встретились сейчас, и эта встреча последняя для одного из них.
— Ещё немного, и ты лишишься всего, — усмехнулся Чун Цзинь, отступая в бок.
На пару с наёмников Доу напал.
Бой короткий. Клинок прошёлся по массивной шее наёмника и по руке некогда знатного человека, спрятанной под грязной одеждой. Вой Чун Цзина тонул в какофонии сражения. Он отступил, тяжело дыша и рыча, сжал двумя руками меч и с криком кинулся на Гао Вэньцзяня. Два удара мимо, третий столкнулся с клинком, на четвёртый Чун Цзин не человеческим голосом взвыл, хватаясь за руку, что лишилась кисти.
— Сукин сын! — проорал Гао Чунцзин, чуть ли не падая на колени от боли.
Острый клинок лёг на его плечо и прошёл по шее, оставляя тонкий, длинный, не сильно глубокий след.
Смотря большими глазами на Гао Вэньцзяня, Гао Чунцзин упал на колени, схватившись единственной целой рукой за порез, через который выступила алая полоса. Она разрасталась, окрашивала руку и одежду.
Хрипя, Гао Чунцзин рухнул на землю. Большими глазами он смотрел на кожаные сапоги Гао Вэньцзяня с каплями крови, грязи и подтаявшего снега. Застал и уход этих сапог, и танец других, пока последний вдох не просочился в глотку, так и не добравшись до лёгких.
° ° °
В ходе прорыва к Гао Вэньцзяню Гао Шанъи увидел холодную Фэнь Сяо, сражавшуюся с Ци Вэньай, которая не отпускала шкатулку. Рядом маячил Цзин Ян, отбивавшийся от наёмников Доу и создававший на пару с воинами и стражами круг для своей невесты и предательницы.
При виде деревянной коробочки и ненавистной предательницы Шан И сжал клинок и сделал шаг к сражающимся девушкам, как ему преградил низкий Доу. Только время отнял и дал предательнице уйти.
Ничего серьёзного не угрожало Цзин Яну. Фэнь Сяо уже отбила удар подлого Доу, который прорвался мимо стражей благодаря Ци Вэньай, ударившей одного из них со спины по шее.
Оставив часть воинов Цзин Яну, Шан И вырвался к Гао Вэньцзяню в тот момент, когда тот бросился защищать Син Луна. Ци Вэньай метнула в него кинжал. Син Лун отвлёкся на Мэн Шии, которая мастерски отбила атаку наёмника, выше её на две головы. Всё же господин Мэн воспитывал дочь, как наследницу или точнее наследника, пока не появился сын. Учения Мэн Шии впитала в себя до последней капли.
Алые разводы от ран на одежде Ци Вэньай толкали закончить дело. Гао Шанъи так и поступил. Ни капли жалости в ударах. Его натиск быстро сломал силу Ци Вэньай, выбил меч из рук. Алая полоса показалась на животе, осталась от точного удара клинка. Отступая и зажимая рану, Ци Вэньай всё продолжала цепляться за пустышку-шкатулку.
— Ты ошиблась, — прошипел Гао Шанъи и выбросил вперёд руку. Острый дротик вошёл в грудь точно в сердце.
Тело Ци Вэньай упало в алую лужу, рядом с псами Доу.
— Ты в порядке?
— В полном. Ты не ранен? — в ответ Син Луну звучал менее обеспокоенный голос Мэн Шии.
Мимо прошёл Гао Вэньцзянь. Он поднял шкатулку, которую больше не сжимала со всей силы Ци Вэньай. До последнего цеплялась за пустышку и думала, что заполучила печать Цзянь. Её задание провалено.
Открыв шкатулку, Гао Вэньцзянь не долго смотрел на содержимое.
— Она думала, что это печать Цзянь, потому что.. — Шан И ослабил хватку и тут же сжал рукоять клинка. — .. эта шкатулка была у Лань И. Эта посчитала, что ты отдал печать Цзянь Лань И.
— Где она? — сбоку появилась Мэн Шии.
Шан И поднял взгляд со шкатулки на Вэнь Цзяня.
— Шуй Фэн должен был увести её в долине Чистого времени. Ци Вэньай её ранила.
Непроницаемое лицо Гао Вэньцзяня не дрогнуло.
— Ничего ведь серьёзного? — не унималась Мэн Шии.
— Рана глубокая, — не скрыл Шан И.
— Она же выживет?!
Шан И опустил взгляд. Ему бы очень хотелось, чтобы так и было.
Мелкая дрожь, ударившая по рукам Вэнь Цзяня, осталась замеченной только Шан И.
Глупость одной выманила предательницу, внушила скорую победу псам и тем самым поставила их под сокрушительный удар. Победа, доставшаяся глупостью и необдуманностью.. какая нелепость.