Страница 12 из 102
Заострять внимание на мнения других Лань И не учили, наоборот, Лань Инъин, второй старший брат, всегда говорил, что чужое, непрошеное мнение — ничто иное как неконтролируемый порыв, который вылетает вперёд здравых мыслей. А ещё это сущность плохих людей.
Даже советы со стороны всегда нуждаются в своём взгляде и размышлении, и не всегда в принятии.
Преодолевая очередную лестницу из пяти ступеней и раскрытые ворота, Лань И заметила по обе стороны от дорожки маленькие бледные цветы. На первый взгляд круглые, похожие на рассыпанные бусины на темном ковре.
Каменный мост не волновал Лань И. Простой, ничего особенного, а вот цветы. С жадностью вглядывалась в них, словно до этого только слышала о них. Лань И повидала большое количество разнообразных цветов: яркие, тёмные, блеклые, большие, маленькие, вытянутые, сплющенные, благоухающие, без запаха, лечебные, ядовитые, гладкие, колючие.
С момента как стало известно, что войдёт в клан Гао, Лань И поставила себе в списке желаний: посмотреть на растения на земле клана Гао. В голове пульсировало при мысли о цветах. Но понять, какие именно, не могла.
Цветы-бусинки не погасили огонь. Не они.
Вернув голову в прямое положение и смотря на затылок идущей впереди Фан Инь, Лань И неожиданно обернулась. Поддалась внутреннему порыву или почувствовала неуловимое.
По ступеням поднимались двое: Гао Вэньцзянь и Гао Шанъи. Последний с прищуром оглядел невест и дёрнул уголком губ, складывая руки на груди.
Поспешив, Лань И отвернулась. Не хватало к себе внимания привлечь.
«Которого из них? — Лань И задумчиво свела брови ближе к переносице. И тут же сама ответила: — Всех».
К счастью, путь закончился вскоре.
В комнате, кроме низких столиков, ничего. Невест рассадили за них. Старшая служанка стояла перед столиками и поглядывала на притихших девушек, которые опустили взгляды.
Лань И сидела во втором ряду ближе к двери. Такое положение её не расстраивало. Оно не имело значения. Лекари не знают ни одну невесту, у них нет задачи помочь пройти или усложнить. Честная проверка.
Восемь мужчин вошли молча и сразу опустились перед столиками.
Своей очереди Лань И пришлось ждать долго. Отвлекать себя от скуки получалось мыслями. Лекарь только опускался перед невестой, а Лань И уже знала его слова. И забавно, и пугающе, и так странно.
Здоровью Фэнь Сяо можно позавидовать, как и Мэн Шии, которая любому мужчине утерёт нос крепостью и стойкостью здоровья. Заслуга её отца, который с раннего детства закалял единственную дочь, растил из неё и достойную дочь, и стойкого сына.
Чжу Лие и Ци Вэньай не переживали, знали, что для них всё хорошо закончится. А вот Цзю Ваньлуань нервничала. Без сожаления или угрызения совести Лань И думала о том, что так правильно, пусть поизводит себя, а то слишком высокого мнения о себе.
Мужчина за шестьдесят с жидким пучком седых волос, с бородкой того же цвета опустился перед Лань И, положил ткань на приоткрытое запястье и прикоснулся к нему пальцами. Слушал пульс. Неладное Лань И почувствовала сразу, как только увидела знакомые-незнакомые тонкие губы, блеклые от старости глаза, тонкий с рваным концом шрам на шее.
Лекарь Шэн.
Личного знакомства Лань И с ним не водила, а вот голова подкидывала то, что она никак не могла знать.
Лекарь Шэн — учитель господина Шаня, Гао Шанъи, личный лекарь ветви Цзянь, некогда приставленный к госпоже Цзянь, матери Гао Вэньцзяня. Шрам на шее — напоминание: он не смог спасти жизнь госпожи Цзянь и семимесячного ребёнка в её утробе.
Праздник закончился трагедией. Ветвь Цзянь, ветвь Цзин, ветвь Шан лишились жён глав в один миг.
Ненависть к себе затопила лекаря Шэна, и он ушёл за занавес Чистого Времени, отрекаясь от всего.
Его возвращение могло означать одно: в клане готовились к наступающей угрозе.
Лекарь Шэн поднял взгляд. Лань И задержала дыхание, смотря в проницательные глаза напротив. Именно их она должна увидит в свои последние минуты жизни.