На краю звездопада

Глава 26

Анна Жановна и Полина проводили меня на Старотерранскую Орбитальную. Я оценила. При всей своей загруженности ведущий биоинженер-генетик Тойвальше-Центра нашла день на то, чтобы проводить меня в Галактику. Я вдруг поняла, что люблю её. Как старшую, как человека, сделавшего для меня нереально много. Жаль было расставаться с нею – до слёз. Но не могла же я остаться в самом-то деле.

Я прожила на Старой Терре, в Отрадном, до середины осени. Странное совпадение, родной Алополянск на Аркадии я тоже покинула осенью. И вот, новая осень провожала меня в новый путь… Повторится ли эта закономерность и в третий раз? Я не знала.

Третью категорию по самообороне я прошла успешнее, чем от меня ожидали. Может быть, потому, что я полюбила физические тренировки – когда перестала от них умирать, разумеется. Теперь у меня был необходимый минимум, и плашка третьей категории в персонкоде. И разрешение на оружие.

Мини-плазмоган «костерок», гражданская модификация. Мне нравилась его упругая тяжесть в руке, я научилась неплохо попадать в мишень на динамических тренировках, но мой тренер, плотная девица из старотерранской планетарной полиции, высказалась скептически:

– Хоть напоказ его не носи, бестолочь ты гражданская. В тир с ним ходи, а напоказ не носи. Всё, что тебе нужно в этой жизни – дать первый отпор и, когда нападающий растеряется от неожиданности, быстро сделать ноги, предоставив остальное профессионалам.

И она была права. Но оружие странным образом успокаивало, не знаю, почему. Мне всё казалось, оно появилось у меня не зря.

В зале ожидания дальней пересадочной станции локали Солнца пассажиров было немного, хотя сам зал построили с размахом. Настолько большой, что противоположные стены не разглядишь без детализации с терминала.

– Мы попали между крупными рейсами из соседних локалей, – объяснила Анна Жановна. – На дальний хайланер народу всегда меньше, потому что следующая его остановка – через восемь планетарных систем. А это слишком далеко всё же. Мы здесь – глухой медвежий угол, да ещё и со статусом заповедника. Галактический туризм у нас не слишком развит.

– Почему? – спросила я. – Рамсув объяснял, что туризм – это очень хорошая статья доходов всегда…

– Локаль Солнца находится далеко от оживлённых трасс, во-первых. А во-вторых… Здесь наш дом, и превращать его в проходной двор не очень-то хочется. А на жизнь Старой Терре без туристов хватает с лихвой, поверь.

Биоинженерные лаборатории, поняла я. Та же паранорма пирокинеза – полный эксклюзив Старой Терры именно. Разрабатывать и внедрять новые схемы имеют право только здесь. Не просто право, а – возможности. Научный потенциал планеты в области биоинженерии трудно переоценить.

– Десима, – сказала Анна Жановна, беря меня за руку, – я уже не твой опекун, ты получила все гражданские права. Но знай одно: ты всегда можешь на меня рассчитывать. Если что-то пойдёт не так, если где-то возникнет какая-то проблема или боль, если тебе нужны будут поддержка и помощь – ты всегда можешь обратиться ко мне. Или к Рамсуву. Или просто взять и приехать к нам в Отрадное – даже если ни меня, ни Рамсува не окажется на месте. Тебя примут. Тебе помогут. Ты не одна в этом мире, знай.

– Спасибо, – искренне сказала я.

Мы обнялись. Анна Жановна никогда не пыталась обманывать меня, она всегда была со мной предельно честна и откровенна. И у неё болело сердце за меня, я чувствовала. Равнодушный человек не отправится провожать на дальнюю станцию, ведь такие станции строят на самой периферии планетарной системы, чтобы исключить влияние гравитации на работу пересадочного гейта.

– Будь осторожна, девочка, – сказала Анна Жановна, отстраняя меня. – Будь осторожна, не всякому доверяй. Галактика большая, народ в ней разный. И возвращайся. Когда захочешь или когда сможешь, возвращайся. Если найдёшь своего мужчину, возвращайся с ним. Мы будем рады принять и его тоже.

– Ну, ты это, – смущённо выговорила Полина, молчавшая до этого так, будто в рот воды набрала. – Ты там осторожнее, Галактика всё-таки, хоть и Федерация. И возвращайся. Обязательно возвращайся!

– Вернусь, Полина, – пообещала я. – Как только смогу.

Объявили начало посадки. Надо было идти, и я пошла, а у самого перехода оглянулась.

Анна Жановна смотрела мне вслед, обхватив плечи руками. У неё выбилась прядь из строгой причёски, но она, по-моему, не замечала ничего. Смотрела мне вслед, как…

Как мама.

Мне только и оставалось, что помахать ей на прощание – время совсем уже закончилось. Снова бессильное ощущение бегущей сквозь пальцы нити… И не поймать её, и не остановить, и даже с другой не завязать. Моё время на Старой Терре закончилось. Я знала, что сюда уже не вернусь никогда.

Анна Жановна помахала мне в ответ.

Силовое поле пересадочного гейта разделило нас.

Навсегда.

***

– Что тебе известно о проекте HSNS, Ане?

– Homo Sapiens Nova Superior? Это – засекреченная информация, о чём ты прекрасно знаешь сама…

– Знаю прекрасно, но у меня допуск первого ранга. Только не говори, что не в курсе хотя бы ключевых моментов этого проекта! Ведущий биоинженер-практик в не самой последней репродуктивной клинике Федерации!

– Скажем так, пристальное изучение – не приветствуется. Чтобы не допустить невольного плагиата. Ты ведь хорошо знаешь, как цепляются на подсознание готовые решения. Проект считается тупиковым, из-за сомнительных и крайне опасных результатов…

– Проекту семь веков, и он опасен до сих пор. Ещё бы. Но если ты изучала первичные материалы – именно как генетик, биоинженер! – то не можешь не понимать: вольно или невольно, но где-то как-то при создании генетической линии Десимы ты пошла тем же путём.

– Похоже на то. Я отправляла запрос на соответствие. Идентичность к архивным схемам – ноль процентов…

– Раньше я уже сталкивалась с похожим рисунком паранормального скана у других пациентов, проходящих как раз по делу возрождения HSNS. Позор мне, я не сумела сделать правильных выводов вовремя! А должна была.

– Что ты такое говоришь, Мерси?