Страница 927 из 952
Я быстро прошел в конец холла и толкнул дверь на кухню. Она широко распахнулась, ударив того, кто приоткрыл ее. Тихо вскрикнули. Я наподдал дверь ногой, и она захлопнулась. Я увидел свою домохозяйку, которая тщетно пыталась вжаться в стену. Под правым глазом у нее был синяк, которому еще предстояло налиться всеми цветами радуги. Хозяйка была одета в длинный красный халат с белым воротником из перьев, колыхавшихся при малейшем движении. В левой руке она держала стакан и сигарету, а в правой — декоративную бронзовую кочергу. Хозяйка смотрела на меня, а я — на нее.
— Ну, — сказал я, — что случилось?
Она перестала смотреть на меня, подошла к кухонному столу и взяла бутылку бренди. Это был хороший сорт. Она налила себе довольно большую порцию.
— Они вернулись, не так ли?
Она сделала глоток.
— Один из них. С двумя новыми.
— Так что случилось?
— А что, черт побери, могло, по-твоему, случиться?
Я ничего не сказал.
— Они пришли за тем типом. Они знали, что тебя не будет. Они думали, что будет очень весело.
— Понятно, — сказал я. — Так что же случилось? Что они сделали с Кейтом?
— Забрали его с собой. Тот, которого он сторожил, был очень зол на него.
— А что случилось с тобой?
Она не ответила.
— Ну?
— Скажем, ты должен мне на новую блузку.
— Тебе повезло, — сказал я, закуривая.
Я огляделся. На стене висел шкаф из светлого дерева. Я открыл стеклянную дверцу и достал чашку, потом сел за стол и налил себе бренди.
— И это все, да? — спросила моя хозяйка.
Я промолчал.
— Тебе плевать, да? Ведь они способны на что угодно.
Я промолчал.
— А парень? С этим ты что собираешься делать?
— А что я могу сделать?
— Что они с ним сделают?
— Трудно так сразу сказать.
Я отпил бренди.
Она подскочила к кухонной двери и распахнула ее так, что она ударилась о стену.
— Убирайся! — закричала она. — Убирайся из моего дома!
Я сделал еще один глоток. Она заплакала.
— Негодяй, сволочь, — проговорила она. — Кто ты такой, черт бы тебя побрал? Они избили меня. Проклятье, они избили меня.
— Это ничто по сравнению с тем, что они сделали с моим братом, — сказал я.
— И что же ты намерен делать? Отомстишь им?
— Верно.
— Сегодня ты не добился особого успеха, не так ли?
Я ничего не ответил.
— Что произошло? Ты убил не того, кого нужно?
— Проклятье, никого я не убивал. И хватит молоть вздор.
— О, они были полны праведного гнева, когда пришли за Торпи. А Торпи действительно считал, что это забавно.
— Заткнись.
— Он говорил, что, сказав, будто его послал Брамби, он сделал все, как было велено в том случае, если они не уговорят тебя. Он сожалел, что не увидит лицо Брамби, когда ты заявишься к нему.
— Почему он решил, что Брамби в одиночку удастся расправиться со мной, если им четверым не удалось?
— Ты не понимаешь сути. Они надеялись, что это ты расправишься с Брамби. Прикокнешь его, если повезет. Они знают, что ты не из тех, кто сначала задает вопросы. Торпи сказал, что тем самым он убьет двух зайцев. Уберет Брамби с дороги и разделается с тобой. Торпи горит желанием узнать, что произошло, поэтому он может позвонить кому-нибудь из знакомых в участке, и ему все расскажут.
— Что ж, его ждет разочарование.
— Что же произошло? Брамби оказался крупнее, чем ты ожидал?
Я ничего не сказал.
— С такими младенцами, как Торпи, ты храбрец.
— Заткнись.
— Хорошо, что рядом оказался Кейт. Он помог тебе. Жаль, что тебя нет рядом, когда ему нужна помощь.
— Тебе что-то надо?
— О да. Тебе это понравилось бы, правда?
— Нет, а тебе — очень.
Она подскочила ко мне.
— Хочешь взглянуть на синяки?
— А что? Хочешь показать?
Она ударила меня по лицу. Я дал сдачи. Она ударила еще раз. Я встал, поймал ее за запястья и отшвырнул к стене, а потом вышел из кухни и стал подниматься по лестнице. Она выбежала из кухни вслед за мной.
— И куда, по-твоему, ты направился? — закричала она.
— В кровать. Ты со мной? — не останавливаясь, спросил я.
Она подбежала к лестнице.
— Убирайся! Убирайся, черт побери! Если не уберешься, я вызову полицию!
— Конечно вызовешь, — сказал я, входя в комнату.
Я вытащил длинный сверток из-под кровати и принялся разворачивать газеты. Моя хозяйка появилась в дверном проеме, но я не обратил на нее внимания. Она же, увидев, что я распаковываю ружье, все свое внимание сосредоточила на мне. Я переломил ружье, достал из сумки коробку с патронами и два вставил в стволы.
— Что ты собираешься с этим делать? — спросила она.
— Защищать свое имущество.
— Ведь сегодня они не вернутся, а?
Я защелкнул ружье.
— Откуда мне знать.
— А если вернутся, ты воспользуешься этим?
— Не глупи. Достаточно только нацелить его, чтобы получить результат.
— Тогда зачем ты зарядил его?
— Кто-то может решить, что я блефую. Придется показать ему, что он ошибается.
— Господи, — устало произнесла она.
Я прислонил ружье к стене рядом с кроватью, лег и закрыл глаза. Я слышал, как моя хозяйка подошла к тумбочке, взяла одну чашку и что-то налила в нее.
— Почему они убили твоего брата? — спросила она.
— Не знаю, — ответил я. — И еще я не знаю, кто такие «они».
— А разве Торпи не имеет к этому отношения?
— Очень сильно сомневаюсь. У него кишка тонка.
— Зато сегодня у него хватило духу направить тебя по ложному следу.
— Для этого не надо особой смелости. Он играл наверняка. Предполагалось, что при любых обстоятельствах я сюда уже не вернусь. Он обделается, когда узнает, что я действовал по другому сценарию.
— Ты отомстишь ему?
— Отомстил бы, если бы смог поймать. Вероятно, он уже на полпути к Донкастеру, или Барнсли, или куда-то еще. Он вернется сюда через месяц после моего отъезда.
— А как же Кейт? Как ты поступишь с ним?
— Дам денег.
— Ну да, ему сейчас от них большая польза.
— Ведь я же не знаю, где он живет, не так ли? Не знаю, куда они увезли его, верно? А ты знаешь?
— Нет.
— Вот и все.
Некоторое время она молчала. Я сел, выпил бренди, снова лег и закрыл глаза.
— Как ты поступишь, если поймаешь того, кто это сделал? — спросила она.
— А ты как думаешь?
Молчание.