Страница 288 из 952
Интервью возобновились после смерти Абрамовича. Фокер заманил Джонатана, хвастаясь ложным признанием и укрывательством. Потом он вяло дразнил его, наслаждаясь вниманием и, возможно, испытывал легкое сексуальное влечение к похожему на подростка Джонатану.
«Как жаль, что я не могу поговорить с Абрамовичем, — написал Джонатан в конце одного из документов — кратком изложении дела Фокера. — Дружок Тесс здорово навредил мне, убив его». Тесс улыбнулась. Какой эгоцентризм — в этом весь Джонатан. Она словно услышала его голос.
В остальных файлах были изложены факты из признаний Фокера, разбитые на несколько категорий. «Даты». Здесь все было вполне складно. «Способ убийства». Всех своих жертв Фокер душил или проламывал им головы, после чего закапывал в потаенных местах. «Имена жертв». «Адреса жертв». «Имена следователей по каждому делу». «Места обнаружения тел».
— Он прятал тела в красивых местах, — заметила Уитни, заглянув в монитор через плечо Тесс. — Государственные парки, заповедники дикой природы в пригородах, нетронутые цивилизацией уголки, сохранившиеся в городах. Вот, смотри, Дэймон Джексон погиб в гораздо более красивом местечке, чем то, где он жил. Мне кажется, когда речь идет об убийстве, это та же недвижимость. Место, место, место.
— Место, место, место, — повторила Тесс и выключила компьютер.
— Ты нашла все, что хотела?
— Я что-то нашла. Посмотрим, это ли я искала и выйдет ли из этого толк.
Еще не было двух, когда она вернулась домой. Уитни, распаленная полуночным приключением, уговаривала ее пойти в бар или в ночной ресторанчик, но тело Тесс до сих пор не реагировало ни на пищу, ни на алкоголь. Она мечтала о своей постели, одиночестве и, может быть, косячке.
Китти просунула ей под дверь какую-то корреспонденцию. Тесс иногда звонили в магазин, почта тоже иногда оказывалась там, когда ее по ошибке приносили к главному входу вместо черного. Обычно скорбеть было не о чем. Тесс не присылали ни любовные письма, ни чеки на миллион долларов из Расчетной палаты ассоциации газетчиков. Вот и сегодня поступили совершенно стандартные предложения. Брошюра «Дорогой житель» из местного брачного агентства «Великие надежды». Интересно, мисс Хавишем была довольным потребителем? Каталог «Виктория’с Сикрет» — три года назад она купила у них четыре комплекта белья, и с тех самых пор каждые две недели ей присылали новый каталог. Циркуляр из администрации штата — от этих ничего хорошего не жди. Неужели пора продлевать права?
Из конверта выпал тонкий лист бумаги — фотокопия. Копия страниц налоговой декларации ОЖНА. Она и забыла, что заказывала ее, а прекрасно зная порядки правительства штата, даже не надеялась увидеть копию раньше, чем через обещанные две недели. А потом Сесилии почти удалось убедить ее, что ОЖНА здесь ни при чем.
Она просмотрела нечеткую копию. Да, с момента последнего обновления устава в совет некоммерческой ассоциации ОЖНА вошли два новых члена — буквально этой весной — Симон П. и Луиза Дж. О’Нил. Абрамович был по-прежнему обозначен как агент. Он же приложил этот документ к ежегодной налоговой декларации. Разве Пру не говорила Сесилии, что связь с Абрамовичем была случайной иронией судьбы? Тесс буквально чувствовала, как Абрамович дергает ее за рукав, пытаясь вывести на верный путь, точно так же, как вел ее Джонатан, когда помогал вести беседу с Фокером и копаться в собственных файлах.
Они оба вели ее в одном и том же направлении, к одному и тому же месту.
Место, место, место. В документах Джонатана было сказано, что одна из первых жертв Фокера, Дэймон Джексон, был найден за домом О’Нилов, около реки «Кросс Три Крик». Именно это место назвал Фокер в своем признании, хотя в полицейском отчете река значилась как «Водопады Уаймена».
«Кросс Три Крик». «Водопады Уаймена». Если бы О’Нилы не устроили тогда ту дурацкую перебранку из-за названия, Тесс бы никогда не вспомнила, что к чему.