Страница 28 из 952
– Возможно, это не имеет отношения к делу, – сказала я. – Если у пациента бред, вы можете из кожи вон лезть, но он все равно будет видеть в вас своего врага. К тому же узнать мой адрес не так уж сложно. Даже Моррис Клей и тот сумел его раздобыть.
Бернс в ужасе посмотрел на меня:
– Боже праведный, я бы ни за какие коврижки не согласился на вашу профессию.
– Почему?
– Не хватило бы терпения. Не то что моя работенка. Кто-то совершил преступление, – ответил он и хлопнул в ладоши, как закрыл книгу. – И все. Дело с концом.
– Но ведь на самом деле все не так просто?
– На этот раз нет. – Бернс вынул из кармана огромный носовой платок и вытер им лоб. – Поэтому я и пришел.
– А я-то думала, вас привел ко мне какой-то другой, высший мотив.
– Дело в том, Элис, что я хочу, чтобы вы съездили к Мэри Бенсон. Сейчас она в Лондоне, проходит лечение в одной из клиник.
Я разинула рот. Мне совсем не улыбалась эта затея – встретиться с той, кого таблоиды окрестили самым злобным существом во всей Британии. Это самый худший из всех мыслимых способов провести вечер. Встреча с этой особой наверняка оставит гадкий осадок, от которого не избавиться еще несколько дней. Будь человеческая память чем-то вроде компьютерного жесткого диска, с которого при желании ненужное можно удалить, я вряд ли стала бы возражать. Передав Бернсу нужную ему информацию, я бы просто все стерла к чертовой бабушке.
– Боюсь, не смогу. Извините.
Бернс подпер кулаками массивную нижнюю челюсть.
– Прошу вас, Элис.
– Это не по моей части. Я же вам говорила, что не занимаюсь судебной медициной. Не хватает знаний.
– Но ведь вы участвуете в нашем расследовании, причем с самого начала.
Я откинулась на спинку стула. Бернс буквально буравил меня своими глазками. Не знаю почему, но его взгляду было невозможно сопротивляться.
– Активнее, чем хотелось бы.
– Если вы согласитесь, то я больше не стану ни о чем вас просить. Обещаю.
В нем было прямо-таки ослиное упрямство, патологическая преданность работе, какой бы трудной та ни была. Один бог ведает, чем он будет заниматься, когда жена в конце концов убедит уйти из полиции. Не мытьем, так катаньем Бернс уговорил меня поехать вместе с ним к Мэри Бенсон, а уговорив, с невероятной для его веса грацией встал со стула. Очевидно, его план состоял в том, чтобы скрыться прежде, чем я успею передумать.
Следующим пациентом стала женщина, с которой я начала работать совсем недавно. Она была готова убить меня за то, что сеанс начался с некоторым опозданием. Сев напротив меня, она сразу же начала живописать мне, в какую ярость впадает, просыпаясь каждое утро, как эта ярость липнет к ней подобно платью, которое невозможно стащить с себя, ложась спать. В ее тело входит другая, она заставляет срывать злость на собственных детях. Вчера набросилась с кулаками на мужа, хотя причина этой вспышки непонятна ей самой. Она тараторила без умолку, извергая водопад слов. Я же была вынуждена ждать продыха, чтобы объяснить, что беспричинный гнев часто является симптомом депрессии.
Увы, так и не дождалась. Пациентке нужно было выпустить пар. Она так увлеклась, что не заметила, как я смотрю в окно, думая об авантюре, в которую втянул меня Бернс.