Страница 142 из 952
– Мы не публикуем данных о заработках. Хотелось бы мне знать, откуда у вас такие сведения.
Я обезоружила его милой улыбкой, а поскольку спор не закончился, он отыгрался на Бернсе. Ситуация обострялась, пока Хенрик Фрайберг не взял коллегу за локоть.
– Успокойся, Макс, эти люди пытаются помочь нам.
Я подумала, что Фрайберг похож на старосту, сдерживающего классного задиру.
Пока инспектор убеждал Кингсмита открыть банковские архивы, я оглядела зал заседаний. На стенах висели написанные маслом портреты основателей банка, квакеров. Мужчины в строгих черных сюртуках смотрели сурово, словно убеждая нас расставаться с деньгами. Наконец переговоры закончились, и Хенрик проводил нас к выходу.
– Вы уж простите Макса, – негромко сказал он. – У него ребенок родился, и стресс ему сейчас совсем не нужен.
Прощаясь, я улыбнулась. Может быть, именно жена и была причиной развившегося у Кингсмита комплекса Питера Пена[104]. Стремясь замедлить бег часов, он женился на молодых, детородного возраста женщинах и попал в замкнутый круг.
– Толку мало, да? – Бернс остановился на тротуаре. – Будем надеяться, Лоренс Фэрфилд представит нам завтра истинную картину. Что скажешь об этих?
– Классический случай нарциссического расстройства личности.
– Другими словами, парень с большим самомнением, так?
Я покачала головой:
– Кингсмит построил собственную вселенную, и все должны подчиняться его правилам.
– Я мог бы охарактеризовать его и попроще. Сколько, говоришь, он заработал в прошлом году?
– Пятнадцать миллионов, не считая бонусов.
В мимике инспектора смешались два чувства – зависть и возмущение.
– Как говорится, деньги портят, да? Так что убийцей может быть любой в пределах Квадратной мили.
Дон предложил подвезти меня, но я предпочла пройтись пешком, решив, что десять минут солнца пойдут на пользу, пусть даже и без защитного крема. Палило так, что тротуар светился, а ограда переливалась, как ртуть. Я думала о Кингсмите с его холодными недоверчивыми глазами. От него исходило ощущение опасности. Или, может, мне в свое время довелось общаться слишком со многими «нарциссами». Их мир был жесток, но прост – значение для них имели только их собственные желания и нужды.