Страница 29 из 87
И глядя на неё, я подумал: а почему бы и да? В конце концов, раз предлагают…
— Жди здесь, — предупредил я, выскочив из додзё.
Вернуться через пять минут уже с флакончиком для неё и себя. Для неё, чтобы без залёта, для себя, чтобы без инфекций. Организм, конечно, крепкий, бороться будет, но чесаться не хотелось.
— Пей, — протянул я ей бутылёк. — Раз уж пришла.
Девушка без лишних слов опрокинула в себя стекляшку, после чего мягко, даже чуть-чуть завораживающе улыбнулась. Ну а дальше…
Дальше пошло как пошло. От девушки пахло цветами, её движения были робкими и настойчивыми. Она осторожно встала на четвереньки, когда я сел на кровать и поползла от ног выше, пальцами осторожно толкнув меня в грудь, чтобы я лёг, после чего заползла на меня сверху. Я чувствовал её разгорячённое дыхание и то, как её губы касаются моей шеи, моей груди, моего живота.
До паха не дошла, встала на колени вертикально и, глядя мне в глаза, осторожно спустила свою юкату. Просто касание пальцами плеч, и та опала на пол, как осенняя листва, обнажив тело. Худое, гладкое бледное тело, не дрыщавое, отнюдь, но я мог увидеть каждый контур, её живота таза, грудей. Хотя грудь, конечно, была плоской. Буквально первый, там даже в ладонь не влезут, хотя тёмные соски, наоборот, торчком были. А ещё они не бреются.
После этого азиатка наклонилась и сделала то, что я бы постеснялся попросить, но сам хотел больше всего — взяла в рот. И это было… необычно. Более влажно, более мягко, наблюдать, как девушка берёт в рот, как её губы скользят вниз, слегка оттягиваются на подъёме — это нечто. А ещё она постоянно цеплялась зубами, и под конец я просто оторвал её голову от себя, осторожно приподняв за волосы.
— Думаю, это не твоё, подруга…
И уже сам повалил её, оказавшись сверху. Миниатюрная, хрупкая, не Ценст явно, совершенно другая комплекция склад, совершенно другой секс… вернее, секс тот же, но ощущения другие. Как езда на мотоцикле: казалось бы, два колеса и два колеса, а тот же круизёр и эндурик вообще разные вещи, которые можно понять, только прокатившись.
Девушка же была у нас явным «стритом». Худенькая, тоненькая, юркая, извивающаяся и активная. Она двигалась навстречу, страстно целовалась и пыталась буквально вжаться в меня, обхватив руками и ногами. Это было горячо, это было быстро и сильно. Но быстро. Уже через пять минут я лежал и тяжело дышал рядом с ней. Но что хочу сказать: секс, как его описывают, всё же переоценён. А ещё довольно затратный. Хотя тут, скорее, я кайфовал от другого тела под собой.
Небольшой перекур, и я пошёл на второй круг, от которого девушка не могла отказаться, а потому делала вид, будто сама этого хочет, встав раком и подмахивая задом. Небольшим, круглым и упругим, как две вишни, о который я бился, наблюдая за тем, как вхожу и выхожу, а по её коже пробегают микроволны. Сандалил её сначала спокойно, а потом со всей силы, слушая, как девушка попискивает от каждого шлепка. Искусственно, но прикольно, скажу я.
Эта ночь у меня была жаркой. Секс у нас был, как в последний раз, я наслаждался этим худым нежным телом. Влажные тела, мягкий запах человеческого тепла и цветов, мягкий звук шлепков наших тел. а ещё взгляд, глаза в глаза, когда ты как будто заглядываешь человеку в душу, пусть и рисовую. Единственное, как будто чего-то не хватало в этом. Какой-то детали, которая сделала бы всё более глубоким и… не знаю, глубоким?
Хотя без оплошностей тоже не обошлось, конечно. Было слегка неловко, когда я, будучи сверху, выскочил, а потом соскользнул не туда, засандалив ей по самые яйца. Девушка выпучила глаза, взвизгнула и вылетела из-под меня пулей, схватившись за попу и катаясь по полу под тяжёлое мычание. Если честно, в этот момент я не знал, как её поддержать.
Успокоилась минут через десять, с потёкшей тушью глядя на меня через слёзы и улыбаясь, рукой пытаясь показать, что всё в порядке, когда я попытался её успокоить.
Но не ушла, осталась, и наш марафон продолжился, пусть и после паузы. Даже могу похвастаться, что она кончила, только выглядело это так, будто у неё началась эпилепсия: глаза закатились, её трясёт, я застрял, ещё и слюну пускает. Тут в пору и обосраться, и обрадоваться новому достижению — задолбил до смерти.
Но не всё сводится к сексу. Между активными заходами мы просто лежали, обнявшись друг с другом. В тепле другого тела и чувством душевного удовлетворения. Иногда просто хотелось обычных объятий, чтобы чувствовать рядом что-то нежное и тёплое, живое. И с этим тёплым и живым, когда ты обнимешь и прижмёшься всем телом, отлично засыпалось…
Ей потребовались усилия, чтобы выскользнуть из его рук, не разбудив, и тихонько выйти, подхватив свою одежду. Осторожно подкравшись к выходу, напоследок она обернулась, после чего сверкнула задом и была такова.
Прижав одежду к груди, она оказалась на улице. Воровато огляделась, после чего быстро накинула на себя халат и пошла верх по лестнице, низко опустив голову. Можно было заметить, как она слегка прихрамывает, странно сводя ноги, если в этот момент кто-то был на улице.
Войдя в дом с низко опущенной головой, как и положено прислуге, она пошла по пустым коридорам. Брось сейчас на неё кто-то взгляд, сказали бы, что обычная прислуга или девушка для развлечений или, не более. Но всё изменилось, когда она вошла в одну из комнат, плотно закрыв за собой дверь.
Её плечи расправились, а голова гордо поднялась, будто распустился цветок. Лицо стало холодным, спокойным и уверенным. А стоило смыть с лица краску, в отражении на неё уже смотрел совершенно другой человек. Удивительно, как перекрашенные глаза и лицо могли изменить внешность до неузнаваемости.
Всё прошло более чем удачно, если не считать некоторых казусов: зад до сих пор ныл тупой болью, явно не рассчитанный на такие нагрузки, отчего даже садиться было больно. Да и таз болел, мальчишка совсем не сдерживал своих порывов.
И тем не менее, победителей не судят, верно? В какой-то степени ей даже понравилось, а боль… что ж, это было неожиданно, но терпимо, в своей жизни она переживала вещи и похуже. Главное, что дело было сделано, ровно и чётко, и вряд ли кто-то догадается, что произошло. Все эти подсылания служанок, макияж, невинные слова… а кто-то говорит, что мужчины самые умные и хитрые.
Я сладко потянулся, зажмурившись. Ночь прошла на все десять балов, я бы сказал. И пусть я не любитель азиаток, всё прошло зашибенно.