Осознание

Когда дождь из кусков Вожака опал, на его месте обнаружилась невысокая и обманчиво хрупкая фигурка девчушки, чья светлая макушка выглядела ангельским нимбом средь безумия Ада. Для полного соответствия канону не хватало лишь белых крыльев за её спиной — одеяние же её немногими местами ещё сияло белизной. Неизвестная послушница-спасительница, явившаяся внезапно и так вовремя, словно настоящее чудо, также и исчезла, завораживающе растворившись-распавшись прекрасными лепестками красных цветов…

Затем мгновения внезапной тишины сменились третьим актом драмы.

Такая быстрая потеря своего Вожака не прошла даром для Зверей — настал уже их черёд бестолково метаться среди своего врага. И не зря говорится, что нет ничего более опасного, чем крыса, загнанная в угол — именно в таковых сейчас и превратились бывшие охотники.

Окружающий хаос размножился и достиг новых высот — теперь жертвами стали не только люди, но и сами Стальные.

Началось последнее сражение для всех, где каждый боролся за само право своего существования.

Дикаст страстно желал оказаться на стороне победителей. А потому судорожно пытался понять-осознать, как же вернуть ту Силу. Но дозволять ему такое никто не собирался — похоже, что какие-то обрывочные команды Вожака у стаи всё же остались, так как продолжали по большей части бросаться на тех, кто успел измениться, успел обрести Воплощение. А может, дело вовсе и не в команде, а твари просто чуяли, кто для них представляет самую большую опасность?..

Дикаста вновь захлестнуло живой волной, погребло и потащило по земле. Только на этом похожесть прошлого опыта и закончилась — не возникло более того омерзения от прикосновения мокрых лапок, страха от безысходности, боли от укусов. Стальным с их недюжинной силой сжатия челюстей стало её не хватать для прокусывания его кожи. И парень ощутил совсем другое чувство.

Превосходство.

Движимый им, стал просто-напросто пытаться повторить тот прежний опыт — схватить, оторвать от себя и самому впиться зубами в Зверя, уподобляясь ему, становясь им!

Поначалу ничего не изменилось, за исключением того, что вернулась не Сила, а некоторое недоумение, приправленное толикой омерзения от своих же действий… Но с каждой загрызенной тварью, опустошённой от крови, это чувство меркло. С ним вместе меркло и сознание Дикаста, всё глубже и глубже отправляя того в пучину безумия, пока не поглотило полностью…

Дикаст любил.

Любил свою девушку, свою семью, свою страну. Всех тех, ради кого пошёл в Академию, чтобы стать на Путь Воина Предела. Любил до сегодня, до сейчас.

Ненависть.

Вот что стало финалом драмы.

Вот что отныне текло по всем его артериям и венам. Наполняло силой, жаждой и голодом. Наполняло и требовало выхода.

Вторил этому желанию хриплый безумный смех, вырывающийся из сорванной глотки…

Смех отражался, подхватывался другими замершими фигурами, немногочисленными и такими же гротескными, с головы до пят покрытыми кровью…

* Стальная Крыса:

* Король Стальных Крыс:

* Лунный Леопард: