Грецкий орешек

— Забей. Юль, я сама доеду потом, — проговариваю сквозь зубы, чувствуя, как внутри клокочет закипающая ярость.

— Ага, чтобы тебя потом опять откачивать пришлось полдня, нет уж, — восклицает подруга.

— Я по-прежнему не догоняю, — продолжает сверлить нас обеих непонимающим взглядом Горин. Он реально не сечет. Или же делает вид. С него станется.

Разворачиваюсь к нему достаточно резко и, скорее всего, моя юбка слегка приподнимается, потому что на секунду его взгляд фиксируется на моих ногах. Я замечаю это — как расширяются его зрачки, как он на мгновение теряет нить разговора. Правда, мужчина сразу же поднимается с дивана и засовывает руки в карманы, бросая выжидающий взгляд уже на моё лицо.

Козёл.

— Я хреново вожу, ясно тебе? Недавняя попытка закончилась трясущимися руками и корвалолом. Достаточно понятно? — говорю, чеканя каждое слово.

— Кристально, — отвечает мне грубоватый мужской голос. А потом добавляет: — Ну есть эвакуатор как бы… для таких… кхм.. случаев.

Юлька дарит ему уничтожающий взгляд. А я испытываю какой-то чуть ли не испанский стыд. Потому что ситуация выглядит так, будто мы тут с Юлькой совместными усилиями склоняем кисейную барышню в лице Мирослава к какому-то непотребству, а он ни в какую не поддаётся.

Горин прекрасно осознает, что если сейчас не пойдёт и не спустится на чертову парковку, чтобы посмотреть, что с машиной, при необходимости поболтать с инспектором и потом отвезти тачку куда ему скажут, то Юлька ему голову отгрызет. Ну или как минимум повторения приятельского диалога больше не будет. А ему это нужно — я вижу, как он цепляется за каждую возможность вернуть расположение подруги.

Поэтому натужно кивает и направляется в сторону двери.

— Юль, — развожу я руками, когда он выходит. — Ну вот нафига...

— Ты идёшь или нет? — эту фразу мне в спину бросает неприятный Горин, даже не оборачиваясь.

— У меня встреча через десять минут, не могу присоединиться, прости, — складывает руки в умоляющем жесте подруга. — Мирослав поможет.

В крайней степени раздражения выхожу за дверь. Ещё замечаю, что наш администратор Лиза мечтательно провожает Горина взглядом. От накатившей злости хочется кинуть в неё чем-нибудь — ручкой, например, — чтобы ещё непременно так в лоб угодить.

Я семеню за Мирославом, который даже не оборачивается. Шаг у него широкий, уверенный, и мне приходится почти бежать, чтобы не отставать. В том числе мужчина не сбавляет скорость, когда я уже в третий раз спотыкаюсь и моя нога вылетает из балетки. Ему все непочем. Вот придурок, блин. Мог бы и подождать, знает же, что у меня«короткий ножка» , а он как жираф вышагивает.

Удивительные метаморфозы Мирослава Горина, что тут ещё скажешь. Не ПМС ли у него случаем, а? То зажимает меня у себя в переговорке, то секс прямым текстом предлагает, то извиняется и платит за кофе, говорит, что вёл себя как придурок и обещает минимизировать пересечения. А теперь прётся на парковку как на каторгу. Как будто я его заставила! Как будто мне это надо!

Вот больной! И не нужна мне его помощь, блин! Почти догоняю его, собираюсь ему об этом заявить, даже рот открываю уже... Но в очередной раз поскальзываюсь подошвой балеток по дебильному покрытию пола в бизнес-центре и чуть не прикусываю язык от усилий просто не свалиться мешком на лестнице. Сердце ухает в пятки, руки машинально хватаются за воздух.

И почему в этом здании такая скользкая плитка?