Эльфирская академия магии 2

Глава 17

Плотный график учебы, составленный Хелларионом, не подразумевал свободного времени для общения с друзьями. С Эрметтом и остальными зельдами я хотя бы на парах виделась. Объяснила, что минутки свободной нет — все расписано от рассвета до отбоя. Даже кушать хожу с преподавателем, который быстрее голодом заморит, чем я запомню, для чего куча вилок и ложек предназначена. У меня и так в голове уже каша образовалась от обилия информации. Вдобавок, сам по себе этикет казался бесполезным и ненужным предметом, поэтому и усваивался отвратительно.

Рингар умудрялся еще забегать после отбоя, и тогда мы сидели на крыше и целовались. В такие моменты проблемы улетучивались, а мне было легко и хорошо. Жаль, подобные дни выпадали нечасто. Мне требовалось выполнять домашние задания и заниматься расшифровкой тетради, поэтому приходилось жертвовать личной жизнью.

Надо ли говорить, что подобная отставка расстроила Вериона? Принца лишили тех часов, которые прежде он проводил со мной. И это бесило его до ужаса. Слухи доходили, каким Верион сделался нервным и раздражительным. Иногда наследник заявлялся в башню артефакторов, чтобы подловить меня между парами. А еще неизменно выходил в коридор и буравил взглядом, когда я посещала башню боевого факультета. Я ничего не могла с этим поделать, только считать дни до окончания сезона дождей, когда наваждение схлынет, и принц забудет обо мне.

Из-за Вериона я перестала посещать общие тренировки с боевым факультетом и вернулась к утренним занятиям с Эрметтом.

Хелларион никак не отреагировал на самоуправство, хотя ему докладывали о каждом моем шаге. Стоило выйти из башни артефакторов, как ко мне присоединялся кто-нибудь из северян, дежуривших внизу. Я пробовала пару раз нарушить расписание и прогулять пару, после чего меня ожидала нудная нотация от наследника о недопустимости подобного поведения.

Исильмея после того вечера у наместника в академии не появлялась. Я по этому поводу не страдала, опасалась только, как бы гадина не задумала очередную пакость.

В целом, оставшиеся недели до окончания сезона дождей пролетели незаметно. Делая упор на учебу, я продвинулась в изучении эльфийского языка. Помимо нового преподавателя, со мной отрабатывал правильное произношение Хелларион, попутно поясняя непонятные моменты.

С таном Тинтаром я продвинулась в изучении глифов и поднаторела в составлении всевозможных алхимических составов. Теперь я знала, как склеить между собой кусочки кожи, костей, металла или камня. Освоила десяток составов для дубления кож и разработала собственное средство на основе внутренностей муриды. Декану еще не показывала, потому что подобные разработки оставались собственным секретом мастера.

Единственное, в чем я так и не продвинулась, не считая этикета, это в освоении магии. Источник я не ощущала. На парах по медитации мы учились чувствовать силу и накапливать энергию, чтобы потом использовать для создания артефактов. У меня же на грудной клетке красовался магический символ, оставленный Рокуэном Кентаро, а на средней части грудины осталась отметина Гаи, которую я прежде принимала за часть рисунка. У Рингара на коже имелся такой же символ, я рассмотрела его в подробностях и обнаружила отличие. Возможно ли, что Гая повредила источник? Декан лекарского факультета, к которому обратилась с этим вопросом, обследовал меня и выдал тот же ответ, что и раньше.

— Источник не поврежден, но слишком маленький и слабый. Потребуется годы, чтобы он окреп и набрал силу.

В дневнике древнего говорилось, что для ученика, ступившего на путь «Плетущейся лозы», размер источника не важен. Сила начнет прибывать по мере того, как обучаемый будет постигать ступени развития и наносить на тело древние руны. Обещания выглядели заманчиво, кроме одного момента, что каждый последующий уровень требовал от неофита осознанной жертвы. Каждый раз следовало расставаться с тем, что представляло ценность для испытуемого. Например, первый шаг чаще всего был связан с отречением от прежней жизни и становлением на путь ученичества. Положение в обществе, друзья, семья, любимые увлечения — все это уходило на алтарь достижения цели.

Вот и получалось, что я не так уж нуждалась в магии, чтобы жертвовать тем единственным, что составляло смысл жизни. Жаль, никто не предупредил, что я уже ступила на путь ученичества, когда обнаружила тетрадку. Когда неофит медлил с переходом на новый уровень и колебался, что же принести в жертву, судьба или магия делали выбор за него, обрушивая ворох проблем и неприятностей.

Пока я училась, враги искали новые способы добраться до тех, кем я дорожила. Передав из рук в руки декана артефакт зова, я позабыла о нем, как и о ночном происшествии, случившемся по прибытии в город. Зато гильдия наемных убийц, потерявшая боевую звезду, по крупицам собирала сведения и восстанавливала события того вечера. Охотились они за таном Ярравином, а меня с братом использовали наживкой, которая оказалась им не по зубам. Как видно, убийцы сопоставили, кто из адептов помог Таэлосу, и вышли на меня с Лаэртом. Вернее, брата они приняли за Тэльдара Анвеяра, который и сумел обезвредить опытных убийц. В целом, не так далеко от истины, если не знать, что этого человека не существовало.

Почти три месяца потребовалась гильдии, чтобы выведать информацию и просочиться в академию. Ловушку устроили на полигоне, куда мы с Эрметтом ходили тренироваться по утрам. Пару раз в неделю к нам присоединялся Таэлос, чтобы проконтролировать уровень нагрузки и поучаствовать в спаррингах. Как победителю прошлого турнира, ему приходилось иметь дело с зельдами и их техникой боя, так что опыт бывалого бойца пригодился. Даже Эрметт это признал, когда применил пару советов на практике и улучшил показатели.

Этим утром мы ожидали, что наставник к нам присоединится, но он опаздывал. Затем над ареной врубился непроницаемый защитный купол и вместо тана Ярравина на площадке появились четверо воинов, вооруженных далеко не учебным оружием.

— К бою! — Эрметт моментально прервал спарринг и встал рядом, выстраивая земляной щит.

— Полигон активирован в режиме полноценного боя, — я гулко сглотнула, оглядываясь и отмечая, как набирают мощь атакующие заклинания.

— Кто это? Ты понимаешь, что происходит? — спросил зельд, рассматривая окружающие нас серые тени.