Страница 31 из 94
Глава 8
Несмотря на неудавшуюся ночную вылазку, я не оставила намерений разобраться с Акхаром. В столовой нарочно дождалась Санкоса и подала ему знак, что хочу встретиться. Брат ответил, что заглянет вечером после отбоя.
Днем я места себе не находила, раздумывая, как поступить с Таэлосом. Он старше, опытнее, и ведет себя так, что вроде бы не навязывается, но добивается своего. Я же прекрасно понимаю, что не испытываю к нему чувств. Но его поцелуй взбудоражили тело, заставили его жить собственной жизнью и следовать разгоревшемуся желанию. Себе врать бесполезно, будто мне не понравилось. Значит, необходимо держаться от этого эльфира подальше. Подобные соблазны ни к чему хорошему не приведут.
Отвлекла от тягостных раздумий практика с третьим курсом. На паре мы соединили части выкроек и приступили к нанесению глифов на изнаночную сторону. Помимо того, что нельзя было допустить ни малейшей ошибки, рисовать требовалось особенным составом. Его изготовили, используя измельченные кости тварей, травы и кровь улкара. В идеале можно было бы добавить и своей, чтобы костюм приобрел индивидуальные свойства. Но тогда его не наденет другой человек.
Помимо этого, тан Тинтар предупредил, что нельзя давать в руки постороннего даже каплю собственной крови, потому что этими же глифами наносятся подчиняющие знаки, которые порабощают волю. Знания эти тайные, темные и недоступные большинству магов. Однако никто не гарантирует, что однажды нам не попадется подобный уникум на пути.
Активация и привязка владельца кровью закладывались отдельным условием в уже готовое изделие по желанию заказчика. Такой способ чаще использовался для компактных артефактов, а не для костюмов. Я не видела смысла так изощряться с одеждой из шкуры улкара, но у меня в тайнике хранились настоящие сокровища: хитин хорба и кожа геркона, способная мимикрировать под окружающую среду. Для изделий с этими материалами дополнительная мера предосторожности не помешает. Ради этих редкостей я и отправилась в академию.
Кропотливая работа по нанесению глифов лишний раз подтвердила, что самостоятельно я с этим справлюсь, когда полностью овладею необходимыми знаниями. По-настоящему ценные артефакты я настрою только на себя, чтобы никому не повадно было их подменить на другие или стащить.
Днем, выгадав время на паре по «монстрологии», я вновь отправилась в библиотеку, целенаправленно выискивая в книгах те символы и связки, что встречались в дневнике. Нарочито выписала себе страницы и названия рукописей, чтобы не вызвать у Вериона подозрений, будто эти знания требуются для расшифровки другого текста. Заодно взяла учебник по рунам, чтобы приступить к их подробному изучению.
Таэлос не обманул насчет того, что откажется от занятий по боевой и физической подготовке в нашей группе. На пару, куда я шла с волнением, явился другой преподаватель. Низкорослый и коренастый тан Лиген Дардос — хмурый зельд с курчавой пепельной шевелюрой и темно-серыми глазами. Мое освобождение от интенсивных тренировок он будто бы не заметил и нагрузил так, что из зала выползла на полусогнутых ногах.
Вот это я понимаю! Зверь! И с двуручным мечом управляется так, будто это не пять килограмм смертоносного железа в руках, а легкий деревянный прутик.
Выходит, вот в чем искусны подгорные бойцы с магией земли — в обращении с тяжелым оружием. Их движения со стороны выглядят неуклюжими, как походка обожравшегося эргала, но попробуй, достань такого противника! Обычным полуторником еще придется постараться, чтобы нанести серьезную рану. Зельд к себе попросту не подпустит, раскручивая тяжелый меч на манер ветряной мельницы.
После отбоя, едва закончились занятия с Верионом, я поспешила к себе. Мелкий, хоть я его и предупреждала, болтался под крышей, подвешенный за ногу к балке.
— Вот так ты гостей встречаешь? — пробурчал он, когда помогла выбраться из ловушки. — Радушный прием, ничего не скажешь.
— А я разве не предупреждала, чтобы смотрел по сторонам? — обняла брата и взъерошила светлую макушку. — Соскучилась по тебе, а ты все не находишь времени, чтобы в гости забежать.
— Тай, сама знаешь, как тяжело дается наука, о которой прежде ничего не слышал. Это у эльфиров учителя и наставники премудростям с детства обучают, поэтому те не испытывают трудностей. А детям простолюдинов приходится с утра до ночи зубрить общеобразовательные предметы, чтобы не вылететь из академии. Рассказывай, что у тебя нового?
— Да, ничего, — пожала плечами. — Я решила разобраться, кто скрывается под личиной Акхара. Если это Калим, хочу знать, почему он молчит и ведет себя как чужак.
— И как же ты собираешься это сделать? Я же говорил, к принцу не попасть, там стоит мощная защита. Акхар живет вместе с ним, в комнате для прислуги.
— Это я уже поняла. Но ты подскажи, пожалуйста, где расположены его покои? Есть возможность подобраться снаружи?
— Ха! Попробуй. У меня не получилось. Верхний этаж башни занимают преподаватели, а вот сразу под ними расположены апартаменты для королевских отпрысков. Они объединяют в себе по две-три комнаты со спальней, гостиной или кабинетом. Кто-то селит у себя телохранителей, другие предпочитают держать под рукой надежную прислугу. Сейчас покои заняты представителями Езеарана, Неньясира и Мелисина. Окна Вериона выходят на восточную сторону башни.
— Спасибо, я этого не знала, учту в следующий раз. А ваша с Рингаром комната? Я хоть и заходила в гости, но не запомнила, извини.
Этажом ниже королевских апартаментов, второе окно с южной стороны, — пояснил мелкий, закатив глаза наверх.
— Ой! Можно подумать! Скажи лучше, Рингара когда выписывают?
— Так, уже выписали. Сегодня после обеда. Разве он не предупредил? Ты же вроде вчера заглядывала в гости?
— Ну, мы говорили на другие темы. Чай будешь? С пирожными? — вспомнила, что хотела угостить брата. — Смотри, что у меня есть!
Похвалившись закутком с лабораторией, который братец оценил по-достоинству, я поставила чайник на плитку. Пока он закипал, сделала вид, что заглянула в комнатку, откуда якобы принесла пирожные, выложив их на тарелочку. Неплохо посидели, предаваясь воспоминаниям и болтая о всякой ерунде. Давно надо было встретиться, а не откладывать на потом.