Страница 51 из 62
Обидно, конечно, весь путь пройти бесправной жертвой, даже унижает достоинство Великой измары, но так есть время подумать о насущном и попробовать дозваться Марика. Проводник вызывал опасения, моя интуиция вопила, что приключения только начинаются и где — то внутри под ложечкой неприятно сковывало от наступления невозвратного.
Что мне Марик говорил последний раз, ждать два дня. И что потом? Он сказал, я все узнаю, как раз два дня нам ехать до алтаря Сонной Матери. Она даже своих тварей убрала с пути, чтобы мы беспрепятственно могли к ней добраться. Я думала, что потребовалось от меня заточенному духу и все — таки склонялась, что я могу как — то выпустить ее из закрытого леса. Да ее животные могут быть везде, они ее глаза и уши, а вот она привязана к источнику. Смогу ли пойти на такой обмен, даже не знаю, жизнь подруги или всего остального мира.
Хотя почему я думаю, что Сонная мать плохая. После последнего путешествия в логове изменённых для меня она представляется молоденькой испуганной девушкой, хотя та скорей всего ее дальняя родственница, прошло-то немало лет. И даже если живут сильные маги по пятьсот лет, она, та асинейра Кнерса уже мертва.
На ночном отдыхе нас спустили с ослов и положили рядком на землю. Атом безбожно матерился, Айта просила заткнуть ему рот, Маргела волновалась, чтобы не обижали Химку и вернули Грога, он был у нее в рюкзаке, потом даже поблагодарила Чета, когда он сказал, что Грог напоен, накормлен.
Отчего Айта уже ругалась на Маргелу, запрещая той разговаривать с предателем и просила заткнуть рот и ей. В конце концов, когда нам дали напиться и сунули по куску, хлеба, который пришлось жевать насухо, рот заткнули всем. Я хмыкнула, сколько времени прошло, а эта парочка не меняется. Хотя я их поэтому и любила, что они незыблемы, как скала.
Вот на счет Чета всегда были сомнения слишком он пластичен и приспособляем и тем более влюбился в неподходящую девушку. Еще одно меня успокаивало, Яна подлечили лекари, при этом ругаясь на Ривса, что тот так испортил товар, который везут Сонной матери и даже положили его рядом со мной, не подпуская бешеного мага к нам близко. Алена словно предугадала, что Ривс попробует ночью что — то предпринять, сама стояла на нашей охране. Она, конечно, меня бесит, но тут я была ей благодарна, Ян мне нужен живой и здоровый.
Утром нас опять немного подлечили лекари, спасая от отлёжанных конечностей, но развязывать нас опасались, и я их понимала, после того, что я устроила, оказывается погибло пятнадцать мятежников, что ж сожалеть о них я не буду.
А вот с путем возникли трудности. Лес стал непроходимым, люди продиралась через настоящие дебри. Переплетение ветвей и стволов приводило к тому, что сначала шли люди с топорами и рубили путь, магию выпускать все — таки остерегались не понятно, как на это посмотрит Сонная мать, а не напустит ли она химер, на тех, кто жжёт ее лес. Да и сами деревья имели странные способности впитывать магию и изменяться под ее воздействием, говорят, что могло случиться все что угодно.
Поэтому наше движение очень сильно замедлилось. Даже встали на обед, чтобы рубщики освободили больше дороги.
На этом отдыхе нам дали нормальной еды, кормили всех, теплой похлебкой и вволю напоили. Мне даже в какой — то момент стало смешно, взяли в плен и везут туда куда надо, кормят и в туалет водят. Неужели нельзя было дождаться, когда мы сами придём и схватить нас уже возле Сонной матери.. но оказалось нельзя.
Это началось, когда мы разморённые после обеда опять висели на осликах и переговаривались, рты нам в этот раз не закрыли.
Маргела не могла успокоиться, почему не чувствует магию и спрашивала у друзей так ли у них. Магам, которые только приобрели силу, было страшно потерять ее.
— Так, даже Лейра не может применить магию, — успокаивала подругу Айта.
— Да заткнетесь вы уже, — не выдержал Ривс, который почему — то всегда был поблизости. У меня складывалось такое мнение, что он ждет, что я его позову и буду просить спасти себя, абсурдно, но вся ситуация в целом отдает безумием.
— Это сети специальные, Сонная мать передала, так что ничего с вашей магией не случилось, — тут же оказался рядом Чет и оттолкнул с пути Ривса.
— Ах ты щенок, — воскликнул бывший куратор и хотел кинуться на Чета, но тут на его защиту встала Алена.
— Успокойся Норд, ты заключил договор мы его выполнили, а что у тебя на глазах шоры не наша проблема. Раздражают они тебя уйди в сторону.
Мужчина ушел. Я чуть приподнялась, чтобы увидеть его широкую спину и злые движения.
— Лейра, вечно вокруг тебя странные мужики крутятся, — фыркнула Алена.
— Кто бы говорил, — ответила я, и оглянулась на Яна.
Тот безучастно висел на осле и казалось, не обращал ни на кого внимание. Мне не нравился его настрой. На лицо ему натянули маску у людей он вызывал страх, в прорези поблёскивали черные глаза. Он следил за мной. Я улыбнулась любимому и упала назад, упираясь носом в теплый бок животного. Висеть так было неприятно, к голове приливала кровь и приходилось иногда на силе пресса поднимать голову, чтобы прийти в себя.
Сначала я услышала какое — то жужжание, потом увидела, как один из провожатых словно споткнулся и упал, потом стали падать другие, это стрелы. Кто — то методично отстреливал мятежников. Когда они это поняли, началась суматоха, видимо, они так расслабились, понадеявшись на защиту Сонной Матери, что совсем не следили за местностью вокруг.
Очень скоро показались и те, кто вел охоту на мятежников. Гвардия императора, я застонала, а этим, что здесь надо. Неужели Сонная Мать и с ним заключила сделку, если верить книгам он ее потомок. И когда на побоище выехал сам император, собственной персоной, у меня вообще слов не осталось, повисла в светящейся сетке и притворилась мертвой, может, не заметят.
— Алор, — вздрогнула от голоса главного пожирателя Регирда, — я рад, что ты жив и даже не покалечен, планы, конечно, немного изменились, но наша сделка в силе. Взгляд повелителя Регирда обратилось на меня:
— Лейра, — улыбнулся одними губами, как мог только он, император, — Ты, как всегда, прекрасна.
Мне хотелось материться, посмотрела на Яна, которого уже поставили на землю и развязали из сетки.
— А нас, — возмутился Атом, — мы тоже пострадали.
— О и твоя свита цела, — усмехнулся Регирд и посмотрел на нас и лежащих бессознательными тушками у его ног Алену, Чета и Ривса.