Пробуждение

Глава 1: Пробуждение

Темно-серый цвет. Не было ничего. Ни мыслей, ни желаний, ни каких-либо чувств. Только темно-серый цвет. Я не знаю, как долго смотрел на него, прежде чем в голове появилась первая мысль: «Где я?»

Но, как внезапно эта мысль возникла, так же мгновенно она и исчезла. Будто эхо, эти два слова кружили у меня в голове, не вызывая понимания. Я не знал, что они значат. В голове не было ни одной связной мысли. Только эти два слова. И темно-серый цвет.

Спустя неизвестно сколько времени, может, пять минут, а может и пять часов, промелькнула новая мысль: «Кто я?»

Но и она тут же растворилась, оставив за собой словно послевкусие всё те же два слова. И всё тот же темно-серый фон.

Прошло ещё какое-то количество времени. На этот раз казалось меньше, чем раньше. В голове появилось нечто иное. Даже не мысль, а скорее, инстинктивное желание, осознать себя в пространстве. Но я не чувствовал ничего. Вестибулярный аппарат не подавал ни малейшего сигнала. Я не знал, сижу ли, лежу, стою или... существую вообще.

Почти наугад, не понимая, как это делается, я дёрнулся. И вдруг привычный темно-серый цвет сменился. Я понял: всё это время я смотрел в потолок.

Осознание пришло резко. Как будто что-то в голове щёлкнуло, и с этим щелчком в меня ворвался поток мыслей. Первое: я понял, что лежу. Второе: пришёл ответ на мой самый первый вопрос «Где я?». Ответ простой — на полу.

Дальше понеслись вопросы: «Кто я?», «Что я здесь делаю?», «Почему я ничего не чувствую?» Я попытался начать рассуждать. Но мысли приходили тяжело, словно продирались сквозь вязкую тьму. Если я смог пошевелиться, пусть и наугад, значит, возможность двигаться у меня есть. Это уже что-то.

Я стал пытаться повторить этот «подвиг». Хоть как-то пошевелиться снова. И, спустя каких-то пару десяток попыток, мои старания были вознаграждены: я начал понимать, как управлять телом. Как бы странно это ни звучало, оказалось, что достаточно просто захотеть. Я не ощущал работы мышц. Я не чувствовал напряжения. Но стоило только пожелать подняться, и я начинал подниматься. Когда человек хочет встать, он ведь не просчитывает, как именно это сделать. Как и какие мышцы при этом задействовать. Нет, он просто встаёт. Вот к такому принципу я и пришёл за это время. И это было странно. Словно я заново учился управлять телом.

Следующим шагом я решил заняться зрением. Попробовал помахать рукой перед лицом, и сделал несколько выводов. Во-первых, качество зрения оставляет желать лучшего. Я различал силуэты пальцев, но никаких мелких деталей. Всё было расплывчатым. Во-вторых, отсутствие цвета. Всё, что я видел — это оттенки серого. Множество оттенков. И наконец, в-третьих, самое странное — изображение двигалось не плавно. Будто зрительный сигнал поступал в мозг с задержкой. Вместо видеопотока я наблюдал последовательность кадров, словно смотрел слайды с интервалом в полсекунды.

Осмотреться толком не получилось. Но даже через это странное восприятие я понял, что нахожусь в довольно большом и почти пустом помещении. Прямо передо мной, небольшой стол. А на нём, чёрный куб, по видимому являющийся каким то технологическим девайсом. Остальное терялось за серой пеленой. Мой обзор ограничивался радиусом в пять-шесть метров.

С трудом встав, обернулся назад и увидел диван с лежащим на нём человеком. Сразу же пришла мысль растолкать его и попросить у него помощи, а, возможно, ещё и ответы на мои вопросы. Дотронувшись рукой до его груди, начал потихоньку его расталкивать, но результата это не приносило: он просто игнорировал мои старания. А это были именно старания, потому что пока я пытался его разбудить, пару-тройку раз чуть не присоединился к нему. Не став на этом останавливаться, я подошёл к его голове, чтобы осмотреть его внимательнее, и увидел следующую картину: кожи на его лице практически не было, вплоть до скальпа, как и приличного куска шеи.

Да уж, теперь понятно, почему он не реагировал. Пришёл я к вполне логичным выводам, мысленно вычеркнув этого парня из списка потенциальных игнорщиков. А в том, что это именно парень, я убедился, пока пытался его растолкать.

Продолжив его осмотр, увидел, что на шее у него висела цепочка, на которой был круглый диск, похожий на большую монету. На нём было какое-то изображение, но с моим зрением что-то разобрать, не удалось.

Он был облачен в необычную одежду, похожую на мантию, но самым странным оказалось то, что на нём были элементы брони. Хотя нет, не элементы, а весь костюм представлял собой какой-то технологический скафандр. Интересно, зачем? Тем более что, как оказалось, он не особо-то ему и помог. Больше ничего необычного разглядеть не получилось.

Скинув его ноги с дивана, на котором он лежал во весь рост, я уселся рядом с ним и решил обдумать свои дальнейшие действия. И тут меня осенило: рядом со мной лежит мёртвый человек, а я не испытываю абсолютно никаких чувств. Меня даже не испугало моё состояние, хотя я прекрасно осознаю, что до нормального ему, мягко говоря, очень далеко.

Нужно найти помощь. Хоть какую-нибудь. Сам я, в нынешнем состоянии, со всем разобраться точно не смогу. Встав, решил крикнуть, вдруг есть кто поблизости.

— Ахгхахгхахгххгхааа… — только это и смог глухо и сипло выдавить из себя.

Так. Ещё одна проблема нарисовалась. Нужно разбираться. Произнесение слов — это довольно сложный механизм, который включает в себя работу мозга, дыхательной системы, голосовых связок и артикуляционного аппарата. Мозг подаёт сигнал, воздух из лёгких поднимается через трахею, в гортани начинают вибрировать голосовые связки, создавая звуковой сигнал. А дальше дело остаётся за артикуляционным аппаратом: язык, губы, нёбо и челюсть формируют конкретные звуки. И что-то мне подсказывает, что проблемы у меня именно с последним пунктом, а если конкретнее, то с языком.

Как я это определил? Достаточно просто. Пока всё это обдумывал, я пытался произносить разные звуки и смог выговорить букву «м», а для этого нужна работа челюсти и губ. Но вот букву «н» выговорить уже не получилось, потому что там задействован язык. Возможно, просто нужно больше практики, ведь встать я тоже смог не с первого раза. Ещё, кстати, что меня удивило, откуда у меня вообще такие познания в анатомии. Но пока не стал на этом зацикливаться и решил попробовать расшевелить свой язык.

Я сел обратно на диван, ведь, во-первых, как говорят, в ногах правды нет, а во-вторых, мне сейчас понадобится максимальная концентрация, так как чтобы просто стоять и не упасть, уходит основная часть моей мозговой мощности. Хотя пока слова «мощь» и «мой мозг» кажутся понятиями несовместимыми.