Страница 26 из 57
— Напомни никогда не играть с тобой в стратегические игры.
— Ты проигрывал и без напоминаний.
— Дважды.
— Семь.
— Три.
— У тебя память избирательная.
— После сегодняшнего это особенно неприятное обвинение.
Шутка оборвалась сама. Оба вспомнили, зачем находятся здесь. Они добрались до архивного ядра раньше чужой группы на шесть минут. Элара сразу закрыла основную дверь и вывела статус данных. Копирование, запущенное раньше, завершилось на восемьдесят четыре процента.
— Недостаточно, — сказала она.
— Что отсутствует?
— Последний блок операции К-17. Журнал личного присутствия и транспортные допуски.
Рейнар посмотрел на терминал.
— Именно то, что нам нужно.
— Разумеется.
Внешние отметки снова появились. Группа перестраивалась. Все пятеро двигались вместе. Урок усвоили.
— Четыре минуты, — сказал Рейнар.
— Мне нужно пять.
— У тебя три.
— Раньше ты торговался лучше.
— Раньше ты не пыталась загрузить архив, пока к нам идут пятеро вооружённых людей.
— У нас были другие развлечения.
Элара подключила терминал напрямую. Сорок восемь процентов отсутствующего блока. Пятьдесят два. Система замедлилась.
— Они пытаются отключить архив извне.
Рейнар встал у двери.
— Можешь изолировать?
— Могу потерять доступ совсем.
— Решай.
Вот за что она когда-то ему доверяла. Не «я решу за тебя». Не «делай как сказал». Решай. Элара перевела архив на локальное питание. Экран мигнул. Передача ускорилась.
— Две минуты.
Рейнар проверил коридор.
— Их будет меньше.
— Что ты собираешься делать?
— Купить тебе две минуты.
— Не надо.
Он оглянулся.
— Ты только что сказала, что они нужны.
— Я не сказала, что ты должен один стоять в дверях.
— Элара—
— Если они сюда придут, архив всё равно потерян. Нам не нужно их побеждать. Нужно заставить выбрать неправильное направление ещё один раз.
Рейнар посмотрел на карту.
— Они уже не доверяют системе.
— Именно.
— Тогда чем их обманем?
Элара увидела собственные два челнока на внешней схеме. И поняла.
— Нами.
— Объясни.
Она быстро открыла журнал внутренних идентификаторов.
— Объект отмечает меня как носителя. Все маршруты, которыми мы проходили, записывались в отдельный слой.
— И?
— Я оставлю активную сигнатуру на противоположном выходе.
— Они решат, что мы уходим.
— Не просто решат. Их терминалы получат подтверждение движения.
Рейнар не сразу отвёл взгляд.
— Сможешь?
— Если ты дашь мне свой идентификатор.
— Зачем?
— Чтобы было две отметки.
Он передал допуск без дальнейших вопросов. Элара зарегистрировала ложный выход. Через несколько секунд на карте появились две новые сигнатуры.
ТЕЙН.
КАСС.
Обе двигались от архива к северному шлюзу. Чужая группа остановилась. Затем повернула. Рейнар медленно выдохнул.
— Напомни мне никогда не давать тебе доступ к корабельной системе.
— Поздно.
— Это многое объясняет.
Копирование достигло ста процентов. Элара отключила архив.
— Всё.
— Уходим.
Они выбрали другой путь. Не тот, который показали противнику. И не тот, которым пришли. Третий. Старая сервисная ветка вывела их в небольшой переходный отсек между древним ядром и керренской надстройкой. Дверь закрылась за спиной.
Рейнар вручную заблокировал привод. Элара проверила карту. Чужая группа всё ещё шла за ложными отметками. У них появилось несколько минут. Только тогда тело решило напомнить ей обо всём сразу. Элара прислонилась спиной к стене.
Сердце билось слишком быстро, дыхание не желало сразу выравниваться, ладони дрожали — теперь уже не от слабости, а от того резкого избытка энергии, который ещё несколько секунд назад позволял не замечать ничего лишнего. Рейнар стоял напротив.
Он тоже дышал тяжелее обычного. На виске появилась тонкая царапина — видимо, задел выступ в одном из коридоров. Ничего серьёзного. Элара вдруг поняла, что смотрит именно туда. Рейнар заметил.
— Что такое?
— Ничего.
— Ты смотришь на меня уже секунд десять.
— Семь.
— Прогресс.
Она отвернулась. Не помогло. Слишком тесное помещение. Слишком свежа память о том, как они двигались по объекту почти без слов. Как он точно менял тягу на её счёт. Как она знала, в какой момент он не пойдёт по подсвеченному маршруту. Как оба одинаково поняли, что нужно лгать чужой группе не словами, а движением.
Прошлое не должно было исчезать от нескольких часов совместной работы. Но тело, как выяснилось, тоже имело собственные архивы.
— Она научила тебя этому? — спросила Элара.
— Чему?
— Доверять приказам быстрее, чем людям.
Рейнар сразу понял, что разговор вернулся к Маре.
— Нет.
— А мне показалось, именно это она сказала.
— Сейл хочет, чтобы ты видела во мне человека, которого можно было направить одним приказом.
— А нельзя было?
Рейнар помолчал.
— Тогда — иногда.
— Ты доверял ей карьеру.
— Доверял.
— Жизнь?
— И жизнь.
— Мою, получается, тоже.
Фраза ударила точнее, чем Элара собиралась. Рейнар не стал защищаться.
— Получается, что так.
Его спокойствие вдруг стало невыносимым.
— Перестань соглашаться со всем, что я говорю.
— Я не со всем соглашаюсь.
— Тогда поспорь.
— С чем?
— Скажи, что это несправедливо. Что ты не мог знать. Что Мара использовала систему. Что виновата она, а не ты.
— Первые три пункта могут оказаться правдой.
— А четвёртый?
— Не отменяет моей части.
Элара оттолкнулась от стены.
— Ты прекрасно научился говорить правильные вещи.
— Если бы научился раньше, возможно, нас бы здесь не было.
— Опять.
— Что опять?
— Ты всё превращаешь в вину.
— А ты — в обвинение.
Она шагнула ближе.
— Потому что у меня есть причины.
— Я знаю.
— Не говори «я знаю»!
В тесном отсеке голос прозвучал громче. Рейнар тоже приблизился, но теперь не как командир, проверяющий угрозу. Между ними осталось меньше метра.
— Тогда что мне сказать?
— Правду.
— Я говорю правду.
— Всю?
Он понял, о чём она. О Маре.
— Нет.
— Вот.
— Потому что часть этой правды касается вещей, в которых я сам больше не уверен.