Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 45 из 144

– Вик, а какие именно корейцы красивые? – Таня уважительно восприняла информацию про какаду у преподавателя корейского – она-то знала, насколько сложно договориться с такими птицами.

– Тань, я знаю, что они любят пластику делать, но в общей-то массе они действительно очень красивы сами по себе, а бабушка говорит, что у них очень часто широкие и круглые лица и кожа темноватая, ну бред же! Они совсем не такие! Я же про них уже столько всего знаю!

– Викуш, бабушка просто смотрит на корейское общество, в котором не принята пластика, вот и видит их, так скажем, природный вид, – мягко объяснила Таня.

– Это какое же такое общество? – ревниво спросила Вика, которая была уверена, что о Корее знает уж всяко больше, чем остальные члены семьи.

– Северная Корея, конечно, это же один народ, просто государства разные. В Южной Корее люди помешаны на внешнем виде, вот и делают пластику повсеместно – это условие успешности. И кожу отбеливают, и косметикой пользуются все – и мужчины, и женщины, а в Северной Корее такое не принято, так что, если ты посмотришь на фотографии северян, ты увидишь настоящие лица, которые есть у корейцев от природы.

– Ааа, ты об этом… – Вика примолкла, о Северной Корее она знала откровенно мало, никогда не интересовалась, и даже не задумывалась о том, что народ-то это и правда такой же, как и в её любимой Южной Корее. – Ладно, я посмотрю.

Стоило Тане отключить смартфон, как из терема выскочил Терентий и заспешил к ней.

– Танечка, а ты не могла бы сходить к этой новенькой – к Варваре!

– А что с ней не так?

– Да ею же Басина занялась… решила немного снизить её доверчивость и, кажется, немножечко перестаралась – у девицы истерика!

– А что такое Бася сделала? – изумилась Татьяна, выбираясь из гамака.

– Да она же в сны ходит, ну и нагнала девушке жути.

– И никакой ни жути! – Басина обнаружилась на крыльце, щурясь на солнце. – И нечего было Таню беспокоить.

– Ты же сама сказала, что у Варвары истерика, что она плачет, – напомнил Терентий.

– Сказала, и что? Пусть поистерит и поплачет – ей только полезно! Я всего лишь показала ей несколько снов с реальными сюжетами, и из них она избежала неприятностей только в тех случаях, с которыми сталкивалась – охмурители на неё уже не действуют, и мошенники, которые пытаются вручить что-то для передачи кому-то – тоже, а почти во всё остальное она радостно вляпалась! Вот теперь и переживает моменты… ничего страшного, переживёт, запомнит – а у меня сны незабываемые, и успокоится. Только уже поумнее будет!

– Эта и поумнеет? – презрительно сморщился Терентий.

– Конечно! Стала бы я просто так время тратить! Она вовсе не дура – второй раз на ту же удочку не попадается, просто мыслит не глобально, а точечно, но это бывает не так уж и редко. Вот я, пока она тут живёт, и повожу её по опасным точкам.

– Басенька, только, может, не каждую ночь, а то она сбежит, чего доброго! – мягко сказала Татьяна.

– Само собой, не каждую! Ей же морально переварить надо, а то ещё подавится! – уверенно заявила кошка, полизав правую лапу.

Знала бы она, что в некотором отдалении от Москвы именно в это самое время Вран как раз и видел пример такой «морально подавившейся» особы…

Вообще-то вначале он наблюдал, как ранним утром в розовый особняк у озера пришёл персонал – две женщины и трое мужчин.

– Странно, а почему это парадная дверь не заперта, – встревожились они. – Ворота и калитка были закрыты, а дверь – нет…

Дальше любопытный Вран пролетел вдоль дома, заглядывая в окна, пока не нашёл самое информативное место – кухню – туда сбежались все, кто в доме работал:

– Срочно надо вызывать охрану! Марианны нигде нет, её айфон лежит на столе, а в гардеробной страшный бардак, верёвки какие-то валяются, – рассказывала запыхавшаяся женщина.

– Какие верёвки? – встревожились остальные.

– Скрученные и разрезанные! – зловещим шёпотом ответила рассказчица.

– Так… а чего это у меня кладовая закрыта? – удивился один из мужчин, как видно, повар. – И открыть не могу!

– Тихо! Там… там кто-то есть! – насторожился другой мужчина.

– Там кто-то прячется! – завизжали женщины.

Охрана прибыла быстро – Вран знал, что особняк родителей Марианны находится совсем недалеко. Сотрудники службы безопасности разделились – часть окружили дверь в кладовую, а остальные быстро осмотрели дом, на миг задержавшись рядом с перевёрнутым шкафом и в разгромленной гардеробной.

– Да, Леопольд Брунович, Марианны Леопольдовны нигде нет! В доме следы борьбы, и кто-то прячется в кладовой! – докладывал старший из отряда охранников. – Ломать дверь? Нет, не получится, только взрезать – она же металлическая.

Через несколько минут в дом дочери приехал страшно встревоженный отец, который заметался по кухне, требуя, чтобы дверь в кладовую вскрывали и доставали оттуда злоумышленника, который явно знает, где его бесценная дочка.

Тут из кладовой послышался какой-то шум, грохот, и дверь начала открываться.

– Аааай! – взвизгнула Марианна, выглянув из-за двери и увидев, что на неё наставлено оружие охраны.

Она попыталась было захлопнуть дверь, но ей не дали – охранники выхватили опешившую наследницу Леопольда Бруновича и рванули в кладовую, решив, что там кто-то прячется – кто-то, кто похитил её.

– Тут никого нет! – озадаченно сообщили они через пару секунд. – Только холодильник того… как ураган прошёл!

– Марианночка, родная, что случилось, кто на тебя напал? – пытался выяснить перепуганный родитель, который никак не мог понять, почему же его кровиночка, отчётливо благоухающая колбасой, пятится от него, словно он – её враг.

– А ты не помнишь, кто? – c подозрением спросила Марианна. – И где твои остальные?

– Кто остальные? – опешил отец. – Какие мои?

– Твои копии!

Тут Леопольду Бруновичу стало как-то совсем нехорошо. Правда, он, как опытный бизнесмен, моментально приказал Марианну перебазировать из кухни в комнаты – нечего персоналу уши греть, и только потом приступил к расспросам, разумеется, не обратив внимания на крупного чёрного ворона, который устроился в листве дерева у окна:

– Марианна, какие копии? Что случилось?

– А ты сам не помнишь? Ты же меня ругал и пугал!

– Я? Я уехал домой и не возвращался!

– Ты приехал, но не один, а с тремя другими… – упорно твердила Марианна.

– И как же они выглядели?

– Так же, как ты! А ещё ты скрежетал когтями по окну и ругался из-за Германа!