Страница 19 из 62
Сердце готово выпрыгнуть из груди от страха. Неужели это наказание за желание поскорее заработать? Я ведь не так много прошу. Жизнь – дорогое удовольствие, и да, я хочу скорее уехать из коммуналки. Не привыкла я к такому. Неужели за это стоит так карать, Господи? Я ведь и Кузьминичну хочу с собой забрать. Помочь ей.
– Че застыла? Все, кончился запал?
– Да ладно тебе, Барон. Я б к себе не подпускал, а то прокусит еще что поважнее. Сам справляйся и пошли. Не хватало, чтобы Геныч пришел, ты знаешь, что этих кукол трогать запрещено при любом раскладе, только если сами не раздвинут. А лучше вообще, оставь эту. За жалобу вставят по полной. А если еще и до Шаха дойдет…
Да, мужик, послушай товарища. Давай. Вяло соображаю и пропускаю мимо все слова, но главное услышала – слово «оставь». Остальное неважно.
– Завались, Стас, эта кукла за все ответит. Я такие выходки не прощаю, – прерывает его, вплотную подойдя ко мне. – Выбирай, сама прогнешься, или мне помочь? Во втором варианте тебе не понравится. Ты у меня ответишь за дерзость, и что посмела мне рабочий инструмент повредить, – и больно хватает за убранные в хвост волосы, от чего невольно вскрикиваю.
– Ай, мне больно, – выдаю очень громко, но от вспыхнувшей в его глазах ярости, меня передергивает и голос снова садится, а в глазах скапливаются слезы. Еще немного, и сорвусь.
– Значит, по-плохому.
Хватает и резко разворачивает лицом к стене и из глаз брызжут слезы. Его руки ловко находят пуговицу на моих джинсах, и все, что я могу, это нервно вцепиться в его кисти коготками. Но ему плевать. Я для него букашка.
– Рабочий инструмент у тебя в штанах, Барон. И его поврежу тебе я, если не отойдешь от нее по-хорошему. А по-плохому знаешь, что будет.
За спиной раздается грубый бас, а над ухом звучит довольная ухмылка.