Страница 68 из 107
Я смотрю на телефон. Люся. Нужно сообщить.
Набираю номер.
— Алло. — Ее голос настороженный, усталый.
— Людмила. Можно встретиться? Не дома. Нейтральная территория. Мне нужно тебе кое-что сказать. Лично.
Пауза.
— Я на работе.
— Знаю. Я подъеду к твоему офису. Если хочешь, подожду за углом. Выйдешь на пять минут. Или… или завтра утром, перед работой, в кафе на Тверской.
— Подъезжай. Я выйду, — говорит она и кладет трубку.
Я еду. Стою у ее офиса в машине, с заглушенным мотором. Через десять минут она выходит из здания, садится на пассажирское сиденье. В салоне пахнет ее шампунем и холодным ночным воздухом.
— Ну? — говорит она, не глядя на меня.
— Сергей помещен в частную клинику за городом. На принудительную реабилитацию. По договору. Минимум на полгода. Он не выйдет оттуда и не сможет позвонить без контроля. Его круг общения… нейтрализован. Больше они не будут с ним связываться. Ирина также получила ультиматум. Если она предпримет хоть шаг в эту сторону, она останется без средств к существованию. У нее нет выбора.
Я говорю ровно, без подробностей. Без упоминания налоговых инспекторов и участковых. Просто результат.
Люся молчит, глядя в темное окно.
— Жёстко, — наконец произносит она.
— Да. Но это было единственное, что можно было сделать быстро и наверняка. Не защищать его. Изолировать его. Чтобы защитить вас.
Она поворачивает голову, смотрит на меня. В свете фонаря ее лицо кажется очень бледным.
— Ты не жалеешь?
Вопрос неожиданный и точный, как укол.
— Жалею, — отвечаю я честно. — Жалею, что не сделал этого раньше. Жалею, что позволил ситуации дойти до такого. Жалею, что не смог воспитать сына, и он стал оружием в руках его матери и угрозой для… для тебя. Но не жалею о самом решении. Иногда, чтобы спасти одно, приходится отрезать другое. Даже если оно плоть от плоти. И теперь ты знаешь, что имеешь дело с человеком, чей самый большой провал носит его фамилию.
Она вздыхает. Звук усталый, но в нем уже нет ярости.
— Я знаю. И я выбираю тебя не вопреки, а вместе с этим грузом. Но если этот груз снова ударит по Яне — я уйду. Сразу.
Она выходит из машины и, не оглядываясь, возвращается на работу. Я сижу еще несколько минут, глядя на свет в окне её кабинета.
Угроза нейтрализована не силой оружия, а силой закона, денег и неумолимой логики. Теперь предстоит самое сложное — не строить оборону, а строить мост. Мост между ее миром и моим, который, как она теперь знает, может быть очень жестоким местом. Но она не отступила. Она приняла правила. И дала шанс.