Страница 41 из 107
Я откладываю ручку. Внутри всё застывает. Борисов лезет, он почуял слабину, запах возможного фаворитизма и решил нанести удар. Прямого удара по мне он не сделает — слишком труслив. Значит, он планирует удар через неё.
— Ясно, — говорю я. Мой голос звучит ровно. — Соедините меня с Анатолием Борисовичем.
Дмитрий набирает номер, передаёт мне трубку. Борисов отвечает с жирной, сладковатой улыбкой в голосе.
— Валерий Александрович! Рад слышать! Чем могу…
— Анатолий Борисович, — перебиваю я его, не повышая тона. — Я звоню по поводу согласования документов по проекту «Платина». Мне сообщили о ваших… опасениях.
— Да, понимаете, тут такие риски, такой объём… И люди, не имеющие опыта в рознице… — он начинает виться, как уж на сковородке.
— Ваши опасения отметены, — говорю я, и в голосе впервые появляется сталь. — Проект курирую я лично. Компетенцию привлечённых специалистов оцениваю лично я. Если эффективность вашего отдела в согласовании документов так же высока, как эффективность в создании административных барьеров, мы были бы самой прибыльной компанией в мире. Документы должны быть согласованы сегодня. До конца дня. Всё ясно?
На той стороне провода — мёртвая тишина. Потом сдавленное:
— Я… я понял. Будет сделано.
— Отлично.
Я кладу трубку. Смотрю на Дмитрия.
— Передайте Анатолию Борисовичу то, что я только что сказал, в письменном виде. Для ясности.
Дмитрий едва заметно улыбается.
— Сразу, Валерий Александрович.
Он выходит. Я остаюсь один. Защита оказана. Публично, жёстко, без права на апелляцию. Теперь в банке все будут знать: Корнеева под моим прямым прикрытием. Это сделает её ещё большей мишенью, но и даст неприкосновенность. Пока я здесь.
Я подхожу к окну. Где-то она уже едет к себе в филиал. Думает ли она о проекте? О мозговых штурмах после работы?
Это был необходимый ход. В игре, где ставки повышаются с каждым днём, нельзя допустить, чтобы её атаковали с флангов. Теперь все атаки будут направлены прямо на меня. Так и должно быть.