Страница 14 из 107
Глава 10. Официальный конец света
Конец октября. Город — промозглая, серая акварель, где небо сливается с мокрым асфальтом, а дождь идёт не переставая. Именно в такой день судьба назначает официальный конец моему браку.
И вот я снова в ЗАГСе. Одна. Маша и Игорь ждут на улице, давая мне пространство для этого последнего, приватного ритуала.
Мне выдают небольшой, плотный листок с гербом. «Свидетельство о расторжении брака». В графах — наши имена, дата регистрации (сентябрь) и дата расторжения (октябрь). Брак продлился чуть больше месяца. Фактически — один день.
Я беру его. Ожидаю потрясения, боли, хоть чего-то. Но чувствую только… лёгкость. Не радостную. А такую, как будто с плеч сняли гирю, которую таскала так долго, что мышцы к ней привыкли и теперь странно жить без неё. Это конец. Официальный, заверенный печатями конец света, который случился в моей жизни. И теперь, когда он задокументирован, можно начинать разгребать руины.
Выхожу на крыльцо. Мелкий, колючий дождь бьёт в лицо. Маша и Игорь стоят под одним зонтом. Увидев меня, Маша подбегает, обнимает за плечи.
— Ну что? — спрашивает она тихо.
Я просто протягиваю ей свидетельство. Она смотрит на него, хмурится, потом резко складывает и засовывает мне во внутренний карман куртки.
— Всё. Похоронили. Теперь только вперёд.
Игорь подходит, его лицо серьёзное.
— Получила? — спрашивает он.
— Получила.
— Хорошо, — кивает он. — Тогда… если ты не против, мы можем зайти внутрь прямо сейчас. Подать заявление.
Я смотрю на него, потом на здание ЗАГСа, откуда только что вышла. Абсурдность ситуации настолько велика, что хочется или рассмеяться, или заплакать. Выходишь из одной двери как разведённая жена, а входишь в соседнюю — как будущая невеста.
— Сейчас? — переспрашиваю я.
— Чем раньше, тем лучше, — говорит он практично, но без нажима. — Месяц ожидания. К тому времени… живот будет уже заметен. И лучше, чтобы в свидетельстве о рождении сразу стояла моя фамилия.
Он прав. Это не романтика. Это — следующий логический шаг в протоколе. Защита. Оформление. Закрепление новых правил.
Я смотрю на Машу. Она выдыхает облачко пара в холодный воздух и пожимает плечами.
— Решать тебе, Люсь. Но, по-моему, если уж на то пошло, то давай одним махом. Чтобы больше сюда ни ногой.
Я закрываю глаза на секунду, чувствуя, как холодный ветер бьёт по щекам. Потом открываю.
— Давай.
Мы снова заходим внутрь, но уже в другое окошко — «Запись на регистрацию брака». Заполняем новое заявление. В графе «Фамилия после брака» я, не задумываясь, пишу: «Нечаева». Мне всё равно. Корнеева, Стужева, Нечаева… это просто ярлыки. Содержание от них не меняется.
Через полчаса у нас на руках — ещё одна справка. «Заявление принято. Дата регистрации брака назначена на 28 ноября». Через месяц.
Выходим. Дождь не прекращается.
— Ну что, — говорит Маша, пытаясь встряхнуть атмосферу. — Отметить надо. Конец и начало. Куда пойдём? Я угощаю.
Мы идём в маленькое, дешёвое кафе через дорогу. Заказываем по кружке горячего шоколада и куску торта «Прага». Сидим за столиком у окна, за которым течёт мокрый, вечерний город.
— За… — Маша замирает, не зная, за что тост.
— За документы, — говорю я, поднимая свою кружку. — Которые всё расставляют по местам.
— За документы, — хором повторяют они.
Мы чокаемся. Шоколад сладкий и слишком приторный. Но он греет.
Игорь молча кладёт на стол распечатанный листок — план переезда на новую квартиру на следующей неделе. Маша начинает строить планы, как будет помогать с обустройством. Я слушаю их, смотрю на свои руки, на которые только что лёг отблеск от фонаря за окном.
Сегодня похоронили одно свидетельство и получили справку на другое. Похоронили Людмилу Стужеву. Родилась Людмила Нечаева. Пока только на бумаге. Но, как говорит Игорь, с документа всё начинается.
Я кладу руку на живот, на ещё невидимый миру, но уже ощутимый для меня, живой комочек.
Всё будет по-новому. Официально.