Биас

Ну, завтрак и завтрак, — решила я и первой взяла палочки, подцепив кусочек омлета, невероятно довольная тем, что хоть палочками умею пользоваться как заправский азиат. В комнате стало тише. Опять. Разговоры словно споткнулись. Я уже поднесла еду ко рту, когда заметила, как Минхо на секунду замер с ложкой в руке. Тоюн медленно перевёл взгляд со своей тарелки на меня. Минджун ничего не сказал, но его брови едва заметно сошлись. Нимвон откашлялся.

— Эм… — протянул он осторожно. — Джунки сегодня особенно голодный?

Я моргнула. Палочки зависли в воздухе.

— А? — вырвалось у меня.

Минджун наконец улыбнулся — мягко, почти незаметно, но в голосе появилась та самая лидерская нотка:

— Давайте начнём вместе.

Вместе. Вот оно. Ну, конечно!

Я почувствовала, как щёки снова начинают гореть, и поспешно опустила палочки обратно на стол.

— Да, — пробормотала я. — Извините. Задумался.

Минджун кивнул, будто всё в порядке, и первым взял ложку. Только тогда остальные начали есть. А я сидела, глядя на стол, и мысленно стучала себе по лбу.

Первое правило айдольского выживания: не начинай есть первым. Никогда.

Увидев, как все парни уплетают завтрак, я и сама решилась наконец немного поесть. Всё-таки не совсем ясно, насколько я застряла в этом теле, и перспектива умереть от голода, а заодно убить своего биаса меня не прельщала.

После трапезы, когда мы с парнями убрали со стола и перемыли посуду (хоть тут не налажала!), музыканты собрались разойтись по своим делам. Из разговоров я поняла, что у айдолов выдалась парочка внеплановых выходных — пара дней блаженного безделья, когда нет ни тренировок в зале, ни репетиций, ни важных встреч, и каждый из них собирался заняться чем-то личным. Личным — это хорошо! Можно будет обдумать своё нынешнее положение и попытаться хотя бы в теории прикинуть, как действовать дальше! Может, не так уж и плохо — побыть немного звездой с мировым именем? Хотя, конечно это не совсем то, чего обычно страстно желают фанатки. Ну, правда! Среднестатистическая девчонка-фанатка видит себя обычно возлюбленной айдола, а не им самим! Почувствуйте разницу, как говорится!

На выходе из столовой меня снова поймал Минджун.

— Джунки! Погоди минутку!

Я вжалась в стену, желая слиться с ней воедино и раствориться. Понятно, что вела я себя совершенно не как их макнэ. Парни это сразу заметили, и за завтраком старательно переводили в шутку все мои косяки. Но настал момент икс: тет-а-тет лидер выскажет мне всё, что думает. Но вместо злости или строгости во взгляде Минджуна читалось беспокойство. Ещё большее, чем час назад — словно подкрутили регулятор.

— Джу, ты сегодня какой-то странный! Переживаешь?

Я не понимала, за что должен переживать айдол, но кивнула, удручённо уставившись в пол.

— Соберись, дружок! — похлопал меня по плечу Минджун. — Ты большой молодец! И всё делаешь правильно! А волнение вполне естественно. Иди, отдохни хорошенько, переоденься, в конце концов. Мы все рядом, если тебе понадобится наша поддержка.

Я искренне поблагодарила Минджуна, поклонилась. Не знаю уж, насколько это было правильно, но лидер довольно кивнул и пошёл дальше. А я ещё несколько минут стояла в опустевшем коридоре и слушала звенящую пустоту в чужой черепной коробке.

Кто я? Что мне теперь делать?