Страница 32 из 105
Я в растерянности застыла на месте. Возле на меня на четвереньках, среди кучи рыбы в поисках очков водила рукой Саша, а с другой стороны страшно и грязно ругался Борис, держась за голову.
Опомнившись, я быстро нашла и подала Саше её очки, помогла ей подняться и подошла к Борису.
— Дай, пожалуйста, я посмотрю, — сказала я.
— Зар-раза!.. — рычал, скривившись от боли, Борис. — Твою же мать!..
— Прости, Борь, я не специально! — едва не плача, пропищала Саша.
— Убери руки, и дай мне посмотреть, — сказала я.
— Лана ты же не врач, — отмахнулся Борис.
— Я будущий врач, — ответила я. — И к поступлению в мед меня готовили всю мою сознательную жизнь.
Про то, что я в конце концов провалилась на вступительных экзаменах, я умолчала. Но мой аргумент подействовал и Боря позволил осмотреть его голову.
У Борис оказалась рассечена бровь и прямо посредине лба стремительно разбухала солидная такая шишка.
— Ну, что, — сказала я, — могу тебя поздравить.
— С чем? — насторожился Боря.
— Ты превращаешься, — ухмыльнулась я.
— Что? — не понял Борис. — В кого?!!
— В единорога! — фыркнув, засмеялась я.
Саша тоже хихикнула, а Борис с кислой миной кивнул.
— Могло быть и хуже, — заявил он и шутливо спросил меня. — Что порекомендуете, доктор?
— Порекомендую немедленно продезинфицировать рану на брови и заклеить пластырем, а к голове приложить что-то холодное. А потом обязательно сходить к врачу.
— Зачем? — удивился Борис. — Ничего же серьёзного…
— Затем, что «ничего серьёзного», — строго произнесла я, — может скрывать под собой микротрещины в черепе или сотрясение мозга.
— От пластмассового ведра?! — скривился Борис.
— Медицине известен случай, когда человек умер от подзатыльника, — я пожала плечами.
Борис прокашлялся и поднялся.
— Чё то меня подташнивает…
— Наверное, будет неплохо если с тобой кто-нибудь сходит к врачу, — предложила я и посмотрела на Сашу. — Например, Саша.
Борис взглянул на девушку, и та запинаясь, быстро протараторила:
— Я, конечно! Я всегда! Я… Если ты не против! Но, если не против, то я радостью! Вообще…
— Да, да, — поспешил прервать её Борис, — так будет правильнее… Ты меня ведром звезданула, значит, тебе и сопровождать меня к доктору.
— Хорошо! — обрадованно воскликнула Саша, но тут же с грустью оглянулась на разбросанную по всему помещению рыбу. — Только мне, наверное, сначала нужно убраться…
— Я всё сделаю, — заверила я её, — только покажи где перчатки, чистящие средства и щетки, пожалуйста.
— Пойдём! — с готовностью прощебетала Саша.
Она показала мне где находится хозяйственный инвентарь и даже отдала ключ от него.
— Только не потеряй! — бросила она, торопливо возвращаясь к Боре.
Они ушли, а я осталась наедине с разбросанной повсюду рыбой и замазанным чешуёй полом. Чешуя, каким-то образом оказалась даже на стене. В общем работы мне предстояло много. Ну и хорошо: поможет отвлечься от мыслей о Косте.
Из воды в резервуаре по высовывались морды дельфинов. Все восемь штук. Животные с любопытством наблюдали за мной.
— Привет, — улыбнулась я им, — Я — Лана. А вас как зовут?
Я задала вопрос ради шутки, но дельфины тут же открыли пасти и издали переливчатые визжания.
— Хорошо, — усмехнулась я оттирая щеткой налипшую на пол чешую и рыбью требуху, — будем знакомы…
Чуть слышно скрипнула дверь помещения, я обернулась и увидела его. В дверях, удивленный, застыл Костя.
Он обвёл взглядом помещение и спросил:
— Что здесь такое случилось?
Я не стала подставлять Сашу.
— Я уронила ведро с рыбой.
Едва я это сказала мой взгляд упал на это самое пластмассовое ведро, которое валялось на полу, почти у дверей.
Костя тоже посмотрел на пластмассовое ведро и, приподняв правую бровь, спросил:
— Что, аж на другой конец помещения?
— Да… так вышло, — скомкано ответила я.
Представив, что обо мне думает сейчас Костя, я сжала губы, чтобы не рассмеяться. Кажется, у меня начинается истерика.
— Я тебе помогу, — предложил Костя.
— Правда? — не удержалась я от едкости и оглянулась на него. — А что Инна скажет?
— Хватит, Лана, — голос Кости вновь стал жестким и негодующим. — Не надо к ней так относится, она…
Он замялся, и не очень внятно пробурчал себе под нос:
— Она этого не заслуживает.
— Я тоже не заслуживаю, чтобы мне морочили голову.
— Я тебе и не морочу голову, — развел руками Костя, — я вообще-то тебе ничего не обещал!
Я несколько секунд смотрела на него, а он на меня. Он открыл рот, словно силясь добавить что-то ещё, но мне уже было всё равно.
— Чудно, — обманчиво веселым голосом ответила я, — просто замечательно! На этом и закончим.
— Я не понимаю, на что ты злишься? — Костя тоже вооружился чистящим средством и щеткой.
— Ни на что, — пробубнила я. — Ты пришёл помогать, так помогай.
Костя явно и заметно впал в смятение от того, как я с ним говорила. Но я ничего не могла с собой поделать. Он меня уже дико выбесил! Меня раздражают люди, которые сами не знают, чего хотят и подают другим людям ложные надежды! Р-р-р!
Несколько минут Костя молча чистил пол и подбирал рыбу. У меня внутри всё клокотало от раздражения, я ощущала собирающееся в теле неприятное напряжение. Краем глаза я видела, что Костя то и дело нерешительно поглядывает в мою сторону.
Это меня отвлекало, и я минут десять тёрла щеткой и так чистый пол, в ожидании, что он скажет.
— Лана… — наконец, вздохнув, произнес он.
— Да? — я услышала металл в собственном голосе.
— Я правда не хотел, чтобы ты подумала… лишнее… — он подумал и добавил. — Я надеялся, что ты останешься, чтобы спасти Сореля…
— Вот как? — прохладно переспросила я. — Значит, ничего больше?
Костя снова вздохнул.
— Да… Наверное.
— Наверное? — в мое голосе удивительным образом сочетались гнев, раздражение и надежда.
— Наверное?! — переспросила я громче, когда Костя ничего не ответил, и прятал от меня взгляд.
Я смотрела на этого улыбчивого парня, которому, как мановению волшебства, удалось, банальнейшим образом, вскружить мне голову. И чем? Улыбкой и взглядом? Голосом и… мускулистым влажным торсом? Серьёзно? И вот этого всего хватило, чтобы я потеряла рассудок и способность здраво мыслить?!