Страница 2 из 55
У меня по спине пробежал холодок. Я сглотнула, стараясь не выдать дрожи в голосе. Я боялась собак. Панически, иррационально, с детства. Но здесь, глядя на этого дикого отшельника, я лишь кивнула.
— Хорошо. Спасибо.
Он развернулся и пошёл обратно.
— Если что — зовите. Помогу.
И он ушёл, растворившись в мареве жаркого дня так быстро, словно его и не было.
———
К вечеру я свалилась с ног. Спина ныла, голова гудела. Я выпила две таблетки обезболивающего, заела их сухим печеньем и вышла на крыльцо.
Солнце село, окрасив верхушки сосен в густой фиолетовый цвет. Становилось прохладно. Я завернулась в старый шерстяной плед и сидела, глядя, как темнеет лес.
Тишина здесь была другой. Не пустой, а живой. Лес дышал. Шуршал. Где-то далеко ухнула сова.
Я закрыла глаза, вдыхая остывающий воздух. «Сто восемьдесят дней», — подумала я. Сто восемьдесят рассветов и закатов. Мне стало так спокойно, что захотелось плакать. Не от горя. От облегчения. Больше ничего не нужно. Не нужно лечиться, не нужно надеяться, не нужно бояться завтрашнего дня.
И тут я почувствовала это.
Лёгкое, почти невесомое прикосновение чужого внимания. Кто-то смотрел на меня.
Я открыла глаза и медленно, стараясь не делать резких движений, повернула голову к лесу.
Сумерки сгустились. Между стволами старых сосен стояла тень.
Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле. Холодный липкий страх обдал меня с ног до головы. «Собака», — пронеслось в голове. Большая. Или волк.
Я не могла пошевелиться. Не могла закричать. Я просто смотрела, как тень делает один шаг вперёд, выходя на край света, падающего из окна.
Я закрыла рот от ужаса. И тут же тень рванулась обратно, в чащу, бесшумно и быстро.
Я выдохнула, дрожащими руками натягивая плед на плечи. Может, показалось? От слабости. От таблеток.
Я быстро встала, зашла в дом и задвинула тяжёлый деревянный засов. Потом проверила окна. Заперла всё.
Ночь я провела в полудрёме, вскидываясь от каждого шороха. А когда сон наконец сморил меня, начались они. Мои ночные кошмары. Те, что мучили меня с самого детства.
Я бежала. Бежала по тёмному, сырому лесу, цеплялась за ветки, ноги путались в корнях. А за мной гнался он. Огромный, серый, с тяжёлым, ритмичным топотом лап. Я слышала его дыхание, чувствовала жар, идущий от его тела. Он был быстрее. Он был сильнее.
Вот-вот догонит. Вот-вот схватит. Вот-вот разорвёт.
Я споткнулась, упала на влажный мох, перевернулась на спину и посмотрела вверх.
Надо мной нависла чёрная тень. Огромная голова с горящими янтарными глазами.
Я зажмурилась, ожидая боли. Ожидая, что он вцепится мне в горло.
Но боли не было.
Тяжёлая, горячая голова опустилась мне на грудь. Я почувствовала влажный нос, прикоснувшийся к шее. И вдруг, посреди этого дикого, страшного сна, меня накрыло понимание. Он не хотел меня убить. Но зачем он за мной гнался? Гнался все эти годы.
Я проснулась резко, словно вынырнула из холодной воды.
Сердце колотилось так, что болели рёбра. Ладони были мокрыми от пота. В комнате было темно, только лунный свет пробивался сквозь мутное стекло, рисуя на полу косые полосы.
Я села, тяжело дыша, и провела дрожащей рукой по лицу. Сон. Просто сон.
Но потом я зачем-то посмотрела в окно.
На краю леса, там, где тени сливались в одно целое, стоял он.
Я видела только силуэт и две маленькие точки — янтарные, светящиеся в темноте, как два уголька. Он смотрел прямо на меня.
Страх вернулся, но я не отвела взгляд. Он не двинулся с места. Мы смотрели друг на друга несколько минут.
А потом он медленно опустил голову. И растворился в ночи.
Я медленно легла обратно, натянула одеяние до самого подбородка и закрыла глаза. Стук сердца постепенно успокаивался.
И, к своему удивлению, уснула. Без снов.